— Господин совершенствующий, не ставьте меня в трудное положение. Конечно, мне стоило с первого взгляда понять, что передо мной образованный и мудрый человек, — не моргнув глазом соврала хозяйка гостиницы и нежно рассмеялась. — Но все люди здесь тоже мои гости. Если вам не подходит Туманный Зал, я могу проводить вас в другой. Он меньше, но элегантней и более изысканно украшен. Кроме того, я бесплатно пришлю вам танцовщицу и девушку, чтобы она развлекла вас игрой на пипе. Это вас устроит?

— Нет! Не устроит! Полторы тысячи, только убери отсюда всех этих людей! — проревел грубый голос. — И хватит скулить! Мой молодой господин разозлится, когда увидит все это!

— Ух ты!.. — для собравшихся здесь зевак это и правда была огромная сумма, но Мо Жаню, который когда-то был императором целого мира, она казалась смешной. В прошлой жизни он, не глядя, осыпал Сун Цютун бесценными сокровищами, поэтому сейчас он просто прикусил палочки для еды, хихикнул и, сделав круглые глаза, шепнул Чу Ваньнину:

— Учитель, кажется, этот человек хочет прогнать нас отсюда за полторы тысячи золотых.

Чу Ваньнин отодвинул бамбуковую ширму и посмотрел вниз.

Он увидел, что обеденный зал заполнился людьми. Хотя все они были одеты в обычную одежду, и нельзя было сказать из какого они ордена, у них на поясах висели хорошие мечи, и каждый тянул за собой на упряжи по скалившему зубы демоническому волку. Конечно, оценить на глаз истинную стоимость оружия было довольно сложно, но демонические волки считались очень ценными и редкими сокровищами. Обычный орден средней руки мог позволить себе в лучшем случае одного демонического волка, а здесь он был у каждого. Очевидно, это были не простые люди.

Гости, которые раньше мирно обедали, теперь смотрели на них с ужасом. На мгновение в зале воцарилась полная тишина.

Вдруг гостиница наполнилась ослепительно-белым светом. Люди ошеломленно застыли, а потом с шумом бросились в рассыпную. Раздался испуганный пронзительный крик:

— Здесь демон! Огромный демон!

Это был белоснежный демонический волк высотой в три человеческих роста, со сверкающими кроваво-красными глазами, блестящим как шелк мехом и похожими на ледяные сталактиты зубами длинной с руку взрослого мужчины.

На чудовищном звере, небрежно скрестив ноги, полусидел, полулежал красивый юноша с высокомерным взглядом. Из-под его роскошных легких доспехов виднелась ярко-алая мантия, рукава нижних одежд были вышиты тонкой золотой нитью. На его голове был полушлем, увенчанный «львиной короной», с которой свисала связка мягких алых кисточек.

Увидев его, высокомерные совершенствующиеся немедля опустились на колено и, приложив руку к груди, одновременно прокричали:

— Добро пожаловать, молодой господин!

— Ладно, ладно, — юноша нетерпеливо махнул рукой. — Если уж вы так рады меня видеть, то поприветствовали бы и моего волка.

— Пфф! — Мо Жань рассмеялся и прошептал Чу Ваньнину: — Он потребовал, чтобы они оказывали его волку те же почести, что и ему. Он что, ставит себя вровень с псиной?

— ...

Юноша нахмурился, развалившись на мягкой спине демона:

— Кто хозяин этой вонючей гостиницы? Где он?

Хотя хозяйка и испугалась, она хладнокровно шагнула вперед и с улыбкой обратилась к гостю.

— Хотя я всего лишь служанка недостойная взгляда бессмертного господина, эта гостиница в моем ведении.

— О! — молодой человек посмотрел на нее. — Я хотел бы задержаться тут, но терпеть не могу людскую болтовню и тесноту. Скажи этим людям, что я компенсирую их расходы.

— Но бессмертный господин...

— Понимаю, ты в сложной ситуации, так что это тебе. Хотя, если ты все равно против — ничего страшного. Забудь, — юноша развязал поясной мешок и бросил хозяйке. Внутри лежала груда магических золотых таблеток девятого уровня. Такие таблетки могли за месяц заметно повысить уровень совершенствования и продавались на рынке примерно за две тысячи золотых за штуку. Хозяйка подхватила мешочек и, заглянув внутрь, переменилась в лице от удивления, на смену которому быстро пришло облегчение.

Ни один совершенствующийся не откажется от такого подарка. Теперь будет несложно уговорить их уйти.

Пока хозяйка извинялась перед гостями и дарила им подарки, юноша зевнул и презрительно посмотрел вниз на своих слуг.

— Отбросы, почему мне приходится делать все самому?

Те переглянулись и залепетали:

— Молодой господин так мудр, молодой господин так силен!

Кроме Чу Ваньнина и Мо Жаня, которых не интересовали ни деньги, ни таблетки, все посетители забрали свои вещи и , не смея жаловаться, исчезли из гостиницы, чтобы поесть где-нибудь еще.

— Господин, почти все ушли, — доложила хозяйка гостиницы, — но двое гостей отказались, потому что уже слишком поздно и один из них нездоров, так что они не хотели бы искать другое место для ночлега. Видите ли...

— Забудь об этом, — юноша довольно махнул рукой, — мне нет дела до болезных людей. Не беспокой меня более.

Болезный совершенствующийся Чу Ваньнин промолчал.

Хозяйка гостиницы тут же просияла и с воодушевлением воскликнула:

— Ах, молодой господин так добр! Но уже поздно. Желает ли молодой господин отдохнуть или сначала поесть?

— Я голоден. К черту отдых! Неси еду!

— Если молодой господин голоден, то ему приготовят лучшие блюда. Нашему повару особенно удаются «львиные головы»* и хрустальная говядина...

— Разъяренные львиные головы*? — юноша явно не был южанином и не разбирался в блюдах южной кухни. Услышав название, он на мгновение удивился, а потом махнул рукой. — Нет, не понимаю. Что это за дрянь?

[*Игра слов оба выражения звучат совершенно одинаково “сефэньшицзытоу”: *蟹粉狮子头 — крабовое мясо в пасти льва; **泄愤狮子头 — разъяренная голова льва].

Поначалу он казался наследником знатного рода, то теперь вел себя, как ребенок внезапно разбогатевшего торговца.

— Что бы ни захотел молодой господин, — угодливо ответила хозяйка. — Наша гостиница постарается удовлетворить любой ваш запрос.

— Правильные слова, — юноша указал на своих подчиненных. — Принесите каждому из них по пять цзиней* тушеной говядины, и десять для меня. Еще две бараньи ноги и пол-литра подогретого вина. Пожалуй, хватит, чтобы перекусить. Уже слишком поздно, чтобы набивать живот.

[*斤цзинь — 500 грамм; т.е. 5 цзиней — 2,5 килограмма, 10 цзиней — 5 килограмм].

— Вот это да! — изумился Мо Жань.

Он обернулся, чтобы вместе с учителем посмеяться над юношей с аппетитом бездонной бочки, но Чу Ваньнин пристально смотрел на этого загадочного незнакомца, и его глаза как