В зеленоватом сиянии, струившимся от призрака, это холеное лицо выглядело гораздо старше, чем я его помнила. Высокий лоб, тщательно уложенные волосы, холодный взгляд, высокомерная усмешка тонких губ… Я просто не верила своим глазам!

– Вы?! – воскликнула я. – Но вы никогда не рассказывали, что служили на флоте корабельным магом! Значит, это вашим помощником на «Бегущей» был Вивьен Гроус?

– Зачем бы мне рассказывать о своем прошлом любовнице сына, так и не ставшей его женой? – пожал плечами… лорд Аллем Хокун. – Карьера корабельного мага не принесла ничего, кроме недоразумений. Впрочем, я не прав. Она подарила надежду возродить одно из величайших чудес света – драконов.

– Чтобы вновь поработить их?

– Чтобы использовать во благо, – усмехнулся Хокун-старший. – Тот, кто возродит драконов – завладеет миром. Согласитесь, леди, ради такой цели пойдешь на все!

– Вы так и сделали… – прошептала я. – Двадцать лет назад вы убили Андрония Рича, своего бывшего капитана.

Сэр Аллем снисходительно улыбнулся. Посмотрел на рану, накрыл ее ладонью другой руки и прошептал заклинание. Когда он убрал ладонь, кровь уже не текла.

– Вы не оставите меня в живых, как не оставили папу, – сказала я, глядя ему в глаза. – Ему вы тоже обещали жизнь, если он отдаст свиток, не так ли? А он смеялся вам в лицо, зная, что вы лжете!

Брови Хокуна изумленно взлетели вверх.

– Откуда вам это известно?

– Родовая память, – пробормотала я, делая шаг назад и копя в руках ману.

Заклинание, которое я собиралась выпустить, было слишком сильным, и я знала, к чему это приведет, но в свое последнее мгновение собиралась хоть чем-то испортить жизнь Аллему Хокуну!

– Где чертов свиток? – рявкнул он, делая шаг ко мне.

Передо мной будто предстал другой человек. Маска лощеного аристократа спала, явив безумца, который в ярости не ведает того, что творит: рот перекосился, ноздри дрожали, лорд со свистом втягивал в себя воздух, протягивая ко мне руки с пальцами, сведенными судорогой.

Я отпрыгнула назад, и теперь призрак алхимика висел между нами.

– Вы следили за Гроусом, да? – торопливо спросила я, пытаясь отдалить мгновение собственной гибели. – Вы знали, что именно он привез Черришу Паксу и для чего! Но как вы догадались, что Пакс готов вывести из яйца живого дракона?

Лорд Аллем застыл, будто натолкнулся на стену. На самом деле, его остановило привидение. Даже будучи закованным в заклятье, оно было способно вызвать у человека неприятное ощущение, и это привело Хокуна в чувство.

– Если бы я знал, что вам известно так много, леди Торч, вы оказались бы в моем черном списке гораздо раньше, – усмехнулся он. – Как и капитан, который пытался не допустить моего продвижения по карьерой лестнице после того, как меня списали с «Бегущей». А мне позарез требовалась государственная должность, позволившая и дальше сбывать артефакты на черном рынке! Что касается Пакса – на похоронах своего закадычного друга Гроуса он проболтался, что близок к окончанию Великого Эксперимента. Но когда я пришел к нему, отказался продемонстрировать результат…

– И вы убили его, как и капитана… – пробормотала я, посмотрев на призрака, который издал едва слышимый стон, ножом полоснувший по сердцу.

– Он взбесил меня своим упрямством, – дрогнул ноздрями Хокун. – А нас, Хокунов, лучше не злить!

Я вдруг вспомнила безумный взгляд Виллема, тащившего меня на галерею императорского дворца во время бала в честь Дня рождения императрицы. Я тогда впервые поняла, что совершенно его не знала, и даже не подозревала, что можно так мгновенно впадать в бешенство. А, оказалось, это семейное! Значит, Аллем Хокун, получив отказ от алхимика, в приступе ярости разнес его дом, а затем убил и его самого.

– Папа тоже вас взбесил? – дрогнувшим голосом спросила я.

– Аврелий Торч… – задумчиво протянул Хокун. – Боевой маг Его Императорского Величества, один из лучших! С таким опасно было терять голову. Нет, леди, во время нашего… продолжительного диалога мы оба были в здравом уме и доброй памяти. Ваш отец не терял сознания до самой смерти, чем заслужил мое крайнее уважение. Интересно будет проверить, вы из того же теста, что и он?

Звук за звуком…

Буква за буквой…

Слово за словом – я мучительно осознавала услышанное и чувствовала, как слезы текут по щекам. Их бег было не остановить.

– Почему он уехал из Крааля один? Почему не воспользовался онтилетом? Вы не посмели бы напасть на виду у всех! – срываясь на рыдания, крикнула я.

– Ставки были слишком высоки, – усмехнулся Хокун. – Думаю, ваш отец догадывался о слежке и предпочел не рисковать жизнями пассажиров онтилета, понимая, что они – небольшая цена за власть над драконами. Он не утверждал, как вы, что ничего не знает о свитке. Он просто молчал и улыбался – но это было то же самое, что кричать во весь голос: «Я нашел его!» Я надеялся, Виллем, женившись на вас, сможет добраться до этой тайны, ведь если Аврелий кому и доверил бы ее, то только родне. Но, увы, вы так и не стали моей невесткой…

В другое время и в другой ситуации это признание, наверняка, шокировало бы меня, но сейчас я ощущала твердую решимость стоять до конца.

Хокун щелкнул пальцами, и магические светляки осветили центр гостиной. Я с ужасом увидела столик на колесиках, на котором в идеальном порядке были разложены медицинские инструменты, а также стояли бутылка вина и бокал. Рядом со столиком разместили стул с кожаными петлями.

– По старой памяти я слишком добр с вами, леди Торч, – усмехнулся лорд Аллем, – даю вам последний шанс. У вас две возможности выбраться отсюда по крайней мере живой! Первая – сказать, где свиток. И вторая – заставить Пакса показать результат эксперимента!

– Заставить? – недоумевающе спросила я.

– Можете попросить, – издевательски ответил Хокун. – Все равно, что вы с ним сделаете, меня интересует итог. Виллем говорил, что вы жалеете эти «бедные души», не нашедшие покоя, и они отвечают вам симпатией. Воспользуйтесь этим, в конце концов! Вам он все расскажет, я уверен.

Я посмотрела на призрака, а он посмотрел на меня. С безвольно опущенными руками, висящей набок головой, он казался сломанной игрушкой. В пансионате запрещали игрушки, а если бы и разрешали, соседки по комнате отнимали бы их и ломали у меня на глазах… И, если раньше эта мысль отдалась бы во мне болью, сейчас – принесла решимость.

– Вы знаете, что одно неверное решение может стоить вечности, лорд Аллем? – повторила я слова деда