— Хорошо, спасибо вам огромное, — с большим облегчением сказал Григорий Тимофеевич. — Мы здесь недалеко живём, конечно, будем ходить, здоровье нашего ребенка нам не безразлично…

…С этого момента у Выживалы началась практически новая жизнь. А он ещё не успел привыкнуть и к старой. Однако, пожалуй что, именно с этой поры он начал ощущать себя не Выживалой, а Женькой Некрасовым, и это осознание пришло как-то одномоментно и почти незаметно… По-видимому, воспоминания о старой жизни отошли на второй план, освободив место в голове для новых, которые были более сочными и яркими, чем прежние, которые стали казаться словно кадры чёрно-белого фильма, скучного и неинтересного…

После того как медицинская справка была получена, отец первый раз повёз Женьку на машине в ДЮСШОР. Нужно было увезти лыжи, одежду, форму.

На часах 7:30 утра. Морозный конец января. На улице туман и смог от сгоревшего угля множества топившихся печей. От частного сектора и бараков эта удушливая вонь в зимнее безветрие расползалась по всей округе, захватывая всю местность, прилегающую к вокзалу.

Отец уже успел сходить в гараж, взять машину, получить путевой лист, забрать экспедитора Клавку и приехать к дому. В это время уже одетый и собранный Женька угрюмо ждал его на стульчике у порога. Времени на дорогу оставалось мало.

Забрав сына, посадил его рядом с недовольно фыркающей Клавкой, положил вещи сына в фургон, завёл машину и поехал в Заводской район. Ехать туда не особо далеко, километров 10, однако дороги по традиции, плохо почищены, иногда с гололёдом, со снежным накатом, и ехать пришлось осторожно. Да ещё в темноте: на части улиц не горел свет. Однако приехали, за 20 минут добрались… ДЮСШОР уже работал, в окнах первого этажа горел свет. Осталось только завести сына и оставить его на 4 часа. Потом Григорий Тимофеевич хотел вернуться и увезти обратно. Первый день есть первый день…

Глава 4

Первая тренировка

Женька внимательно смотрел на свою новую спортивную альма-матер. Здание было небольшое, компактное, двухэтажное и, по виду, относительно новое, ну, по меньшей мере, возрастом лет 10–15. Когда ехали сюда, видели целые ряды хрущёвок, тоже построенных всего лет 10 назад. Похоже, в этом районе одновременно с жильём строилась прочая инфраструктура: детские сады, школы, спортивные школы, дворцы культуры. Интересно, используются ли они в 21 веке?

Поднявшись по скользким ступенькам, батя отворил дверь спортивной школы и впустил Женьку внутрь, сам прошёл следом, запустив клубы морозного пара.

Внутри всё как обычно: у входа на вахте письменный стол, за которым сидит уже знакомая Григорию Тимофеевичу вахтёрша, два ряда деревянных стульев с откидывающимися дерматиновыми сиденьями, на которых сейчас переодевались дети разного возраста. На стене плакаты на спортивную тематику. Бронзовый барельеф Ленина на самом видном месте, над ним красный транспарант с надписью: «Нам Ленин великий путь озарил!». Рядом, на стенде вывешены списки секций и расписание занятий.

— Вы новенькие? — спросила вахтёрша. — Я вас помню, вы Светлану Владимировну приходили искать.

— Мы новенькие, — подтвердил Григорий Тимофеевич. — Что нам делать?

— Сейчас раздевайте мальчишку, — ответила вахтёрша. — Снимайте верхнюю одежду и отдавайте в гардероб. Обязательно нужна петелька! Без петельки не принимают! Потом ищите тренера, она сейчас должна быть в тренерской, это первый кабинет в левом крыле. И на будущее: сейчас холодно, и ребята ходят в уличной обуви, однако весной, летом и осенью будет нужна сменная обувь. Без неё на тренировки не пускаем.

На Женьке было надето короткое пальто с меховым воротником из искусственного меха, из рукавов торчат варежки на резинках и круглая меховая шапка, на воротнике завязан плотный шарф. На ногах валенки. Блин, неужели сюда придётся ходить в валенках? Впрочем, были у него и кеды, лежали в небольшой спортивной сумке.Батя сегодня утром сказал, что спортивная одежда пока не требуется, и, естественно, мама по полной упаковала сына…

Батя снял с Женьки пальто, круглую шапку, шарф, всё положил в карман пальто и отдал гардеробщице, разделся сам. Потом мотнул головой и отправился в том направлении, куда показывала вахтёрша.

Тренерская находилась в левом крыле, самый первый кабинет. На двери небольшая табличка: «Тренерская лыжных видов спорта». Батя постучал в дверь, и когда услышал отклик, открыл её и чуть не силой затащил Женьку внутрь.

Обстановка внутри достаточно простая: у окна, у длинной чугунной батареи, друг напротив друга стояли два стола, на них пачки бумаги, какие-то кубки. Вдоль стен тянулись лавки, в углу большие белые механические весы для взвешивания спортсменов, один шкаф для хранения бумаг, другой шкаф для одежды, в которую переодевались тренеры. На стене какие-то вымпелы, грамоты.

В тренерской сидели мужчина и женщина. Мужчине лет 30, в спортивном костюме, с выразительным лицом, которое бывает только у спортсменов. Напротив него та самая Светлана Владимировна Николаева.

— Ох, кого я вижу! — рассмеялась Светлана Владимировна и вышла из-за стола.

Женщина подошла к Женьке и села на корточки, протянув ему руку.

— Ну, здравствуй, Евгеша, — с улыбкой сказала тренер. — Как доехал? Не замёрз?

— Не замёрз, — Женька осторожно пожал ладонь женщины.

— Ну вот и хорошо, — тренер встала и прошла к себе на место, потом показала рукой на стулья. — Садитесь, пожалуйста. Вы всё принесли? Медицинская справка есть?

— Всё есть, — отец достал из кармана медицинскую справку и свидетельство о рождении.

— Вот и хорошо, — заявила Светлана Владимировна. — Я смотрю, у вас есть лыжи, спортивная форма. Перекус на день взяли?

— Да, взяли, — согласился батя. — В сумке пачка печенья лежит.

— Прекрасно. Сейчас давайте пройдём в раздевалку, я вам выделю шкафчик, вы туда аккуратно всё сложите, и можете ехать по своим делам. Занятия закончатся в 12:00. Когда мальчик отправится домой, ему только нужно будет забрать сумку. И ещё: в конце недели, в