— Ребята, судя по всему, приближается гроза, — сказала Светлана Владимировна. — Ничего страшного в этом нет. Мы разбили лагерь в низменности, но вода в палатках скапливаться не будет. Высоких деревьев, как и воды, поблизости нет. Сейчас давайте поплотнее прижмём камнями стены палаток, чтобы они не пропускали влагу и ветер. Думаю, всё будет хорошо. Грозы скоротечные, обычно проходят быстро.

— А почему бы нам не подняться в рудник? — спросила Алёнка, белобрысая девчонка 14 лет, которая в походе нет-нет да выказывала неудовольствие, особенно когда послали чистить картошку. — Там же дождя не будет.

— А мы вот это не знаем, будет там дождь или нет, — возразила Светлана Владимировна. — В горах могут быть скрытые пустоты и трещины, через которые вода легко проходит внутрь, в пещеры, и может оказаться так, что спрятавшись в штольне, мы обнаружим что со всех сторон будет лить холодный душ, и уже ни палатку ни поставить, ни нормально лагерь разбить. Плюс риск обвала, это надо помнить всегда, находясь в пещере или в таких вот заброшенных рудниках. Так что нет, ночевать будем здесь. А пока давайте отдохнём. В общем, чему быть, того не миновать. Если грозы не миновать, значит, нужно приготовиться к ней очень хорошо.

Привалив палатку камнями, ещё раз попробовали тщательно укрепить растяжки, потом занесли все вещи, которые может намочить, внутрь, в том числе и небольшую охапку хвороста на завтра. Как всегда это бывает в такие моменты, когда всё сделано, кто-то лёг отдохнуть, кто-то отправился прогуляться по округе. Женька лёг передохнуть в одну из палаток, в которую его определила Светлана Владимировна. Ночевать ему предстояло с Виталей, Егором и Сашкой. С тем Женька и уснул…

Глава 26

Беда

Проснулся Женька внезапно, от громкого раската грома. Палатку качнуло ветром.

— Началось! — сказал Виталя, выглядывая через полог наружу. — Только что тихо было, полное безветрие, и смотрите, как резко налетело.

Через открытую щель было видно, как в полутьме колышутся под напором ветра близлежащие кусты, загибая ветви дугами. Однако, надо признать, ветер ещё не был стремительным, судя по всему, только начался. Сильного дождя тоже ещё не было, лишь отдельные тяжёлые капли несло ветром, которые падали на палатку, камни, листья кустов и деревьев. Зато молнии и гром присутствовали. Опять сверкнуло и громыхнуло, да так, что по всей речной долине, по окружающим горам и распадкам прокатилось гулкое эхо.

Женька по веткам, расстеленным на дне палатки, подполз к пологу, у которого стоял Виталя, и выглянул наружу. Моментально ветер заметно усилился, гнул кусты, ломая ветви, шумел по стенке палатки. Потемнело как ночью. Потом где-то поблизости снова сверкнула молния, озарив местность как днём, и сразу же громыхнуло так, что заложило в ушах. Похоже, молния попала в вершину горы по соседству, а судя по тому, что после молнии сразу же грянул гром, расстояние от палатки было минимальным, от силы несколько десятков метров. Молнии били в вершину рудника!

— Всё! Началось! — заявил Виталя. — Пошло!

Ветер ещё более усилился, перерос в ураганный и сверху посыпался дождь, переходящий в тропический ливень, и тут же сыпануло крупным градом, который забарабанил по палатке. Потемнело ещё сильнее. Снова ярко, озаряя всё пространство вокруг сверкнула молния и сразу же громыхнул гром.

А потом начало грохотать почти непрерывно. Молнии били много раз, иногда целыми сериями, освещая всю округу как днём. Град прекратил идти, но проливной дождь продолжался примерно полчаса, после чего начал стихать.

Естественно, никто не спал, иногда ребята включали фонарики, с тревогой смотрели, чтобы под ветками на почве не появлялась вода. Конечно, если бы не поставили палатки под небольшим уклоном, не проложили канавки вокруг них и не сделали водоотвод, наверняка сейчас сидели бы на корточках прямо в воде. Вдобавок повезло с установкой палаток: следуя советам Женьки, поставили палатки под таким углом, чтобы ветер не попадал внутрь через раскрытый полог, иначе даже на чуть-чуть его нельзя было открыть без того, чтобы ветер не надул палатку изнутри, как пузырь или парус.

Прошло ещё какое-то время, и ветер стал слабее, оставив на память о себе поломанные ветки кустов. Женька сразу подумал, какой же буйный ветродуй проносился в самом начале грозы, когда налетал стремительными порывами. Даже здесь, в низине, он чувствовался прилично и поломал ветки кустов черёмухи, а на горе, в районе рудника, наверное, вообще бушевал целый ураган, даже отсюда был слышен свист стремительного потока воздуха, проходящего через гору насквозь через штольни.

Сейчас дождь из сумрачного неба сыпал слабый, к ночи, скорее всего, прекратится. Молнии и гром мелькали и бахали в стороне, гроза ушла на север, в сторону города. Однако, несмотря на это, ярче не стало, по-прежнему было очень темно, как бывает поздно вечером.

— Сколько время? — спросил Женька у Витали.

— 20:36, — ответил парень и расстегнул полог палатки почти до самого низа, отдельные капли дождя почти не залетала сюда, зато свежего воздуха стало неизмеримо больше.

Едва парень расстегнул палатку, сразу внутри запахло свежестью, травой, листьями, хвоей, и тем бесподобным запахом, который бывает тогда, когда гроза очистит природу от пыли, грязного воздуха и вокруг разливаются чистота и свежесть.

Именно в этот момент, когда стояли у входа в палатку и вдыхали свежий воздух, Женька услышал слабый женский крик, который донёсся откуда-то издалека.

— Что это? Вы слышали? — спросил Жека у Витали.

Виталя пожал плечами, но вид его был озадаченный. Сразу всем стало как-то неуютно. Кто там может кричать в этой сырой темноте среди бескрайнего леса и гор? Неужели кто-то терпит бедствие в мрачном лесу? Но как это выяснить? По всему выходило, что никак. В данной ситуации в прошлой жизни Женька затихарился бы и ждал, что будет дальше. Искать кого-то в сырой тёмной тайге — верный путь откиснуть самому где-нибудь на склоне горы. Или нарваться на медведя. Или на мифических чудовищ и таёжных ведьм, легенды о которых неизменно ходили у коренных народов Сибири и Севера.

— Кажется, слышал, но это точно не наши, наши все тут, —