Словно вспомнив, что в кабинете есть еще кто-то помимо полковника, Журавлев поднял на Орлова строгий взгляд своих голубых, уже немного выцветших глаз.

— Ну так что там? Докладывай, капитан, — пробурчал Журавлев, — как идет разработка этого твоего Селихова?

— Как и раньше, товарищ полковник, — Орлов безмятежно пожал плечами, — туго. Родственники братьев Селиховых чисты. Не подкопаться. Павел служит себе в десанте. Вернее, лечится. Ранение получил, но легкое. А Александр… Александр проходит курсы и…

— Ты хочешь сказать, — Журавлев наградил капитана Орлова суровым, полным скепсиса взглядом. Совсем таким, каким профессор награждает нерадивого студента, — что сам же надоумил меня на проведение этого «Януса», и сам же не можешь предоставить никаких реальных результатов?

— Разрешите продолжать? — невозмутимо спросил Орлов.

— Ну что ж, — Журавлев засопел. — Продолжай, коль есть что сказать.

— Зацепка все-таки есть, — проговорил Орлов. — Военком краснодарский, что братьев распределял. Что-то с ним не то. Все еще разрабатываем. Подробности в моем рапорте и пояснительной записке к нему, товарищ полковник.

Журавлев открыл папку с грифом «Янус-2», понял, что ошибся и тут же взялся за другую. Раскрыл «Янус-1». Бегло просмотрел пару страниц на тонкой, желтоватой бумаге.

— Думаешь, он все-таки причастен к этому «Зеркалу»? — спросил Журавлев.

— Сложно сказать, товарищ полковник, — Орлов вздохнул. — Разработка продолжается. Но косвенные признаки того, что Александр Селихов все же не тот, за кого себя выдает, у меня имеются. Вернее… Даже не признаки. Соображения.

— То есть домыслы?

— Так точно. Можно сказать и так, — Орлов удержался от того, чтобы закатить глаза.

— И что же это за домыслы, позволь поинтересоваться? — Журавлев терпеливо разгладил усы.

— Я полагал, что в ходе прохождения курсов прапорщиков мы поместим Селихова в предсказуемую, управляемую среду, где за ним будет проще наблюдать и контролировать. Другими словами — проще разработать.

— И?

— И… — Орлов снова вздохнул, — И Селихов, по всей видимости, это понимает. Мы пытались подослать к нему уже троих информаторов. Все — под прикрытием. Каждому дан приказ ни в коем случае не раскрывать себя. Но Селихов каким-то образом… выявляет их. В открытый конфликт не вступает, но не дает информаторам втереться к себе в доверие. Не дает им выстроить с собой связь.

— Или он просто нелюдимый человек? — Журавлев, казалось, заинтересовался всей этой ситуацией.

— Отнюдь, товарищ полковник, — Орлов покачал головой. — У Селихова уже появились товарищи в новом коллективе. Сам Александр там на хорошем счету.

— А их, его близких товарищей, пробовали завербовать?

— Пробовали.

— И что?

— Он не дает.

Журавлев на мгновение округлил глаза.

— Как это… не дает?

— Так, — капитан Орлов пожал плечами. — Будто намеренно ограждает этих людей от контактов с нашими информаторами. Список фамилий, тех, с кем Селихов наиболее сдружился, я, кстати, приложил к делу.

— Так… Суслов, Авакян, Самойлов, — стал перечитывать полковник, — Данильченко. Довольно много. И что? Никого из них не удается завербовать?

— Никак нет.

Журавлев задумался.

— Селихов действует мастерски, — проговорил капитан Орлов. — Он точно этому не учился, потому что школа оперативной работы в его действиях не угадывается. Селихов работает скорее интуитивно. А еще — импровизирует. И пока весьма успешно.

— Иными словами, ты, товарищ капитан, все еще не знаешь, кто он такой, — задумчивость не сходила с грубого лица полковника, — вражеский спящий агент или же просто талантливый и проницательный человек.

— Селихов подозрительно талантлив как в военном деле, так и в оперативной работе, — проговорил Орлов.

— И что ты планируешь делать дальше? — помолчав некоторое время, спросил полковник Журавлев.

— То же, что и раньше, — Орлов вздохнул. — Попробую иные способы внедрения. Может, что-нибудь и сработает.

— У тебя осталось не так много времени, капитан, — сказал Журавлев, когда подался вперед и задумчиво прикрыл усы широкой ладонью. — За два месяца ты ничего не смог. Возможно, не сможешь и за три. Ты ведь понимаешь, что будет, если ты не добьешься результатов?

Орлов молчал.

— Если мы не выявим в нем спящего агента, Особый отдел передаст дело в другой, уполномоченный на это отдел. А может быть — внешней разведке. Майор Наливкин уже давно потирает руки, желая заполучить Селихова себе. И выйдет, что ты переполошил нас зря.

Слова полковника возмутили Орлова. Он почувствовал, как внутри, в груди, клокочет резкое, колкое желание запротестовать. Заглянуть Журавлеву в глаза и сказать ровно в том же тоне, который позволяет себе с высоты звания, должности и выслуги лет этот человек: «Какой другой отдел⁈ Какой Наливкин⁈ Селихов — мой объект. Мое детище, мой вызов в конце концов. И если кто и расколет его панцирь, так это я! Именно я докопаюсь до истины. Пойму, кто же такой этот человек.»

Но, конечно же, Орлов не позволил себе подобной вольности. Более того, он даже не дал собственному телу выдать своего возмущения. Внешне капитан оставался совершенно спокойным. Выглядел даже несколько скучающим.

— Товарищ полковник, — спокойно сказал капитан Орлов. — Я вынужден возразить. Даже в случае, если Селихов не связан с «Зеркалом», его можно использовать как материал…

— Прежде чем использовать, хотя бы разработай, — перебил его Журавлев. — Придумай, как к нему подобраться. Американца ты уже потерял. А скоро потеряешь и твоего «Януса».

— Не потеряю, товарищ полковник.

Орлов заметил, что его голос прозвучал несколько жестче, чем он этого хотел. Оперативник мысленно отругал себя за то, что так не кстати потерял самообладание.

— Да? — Журавлев, между тем, нахмурился. — И как же ты это сделаешь? Может, и план действий у тебя есть?

— Есть, товарищ полковник, — на этот раз Орлов успокоил тон собственного голоса.

— И какой же?

— Если не выйдет в училище, — сказал Орлов, — я достану его по месту службы. Потому что к тому времени, как Селихов прибудет на заставу мангруппы, там уже появятся мои люди.

От автора:

* * *

НОВИНКА!

Мой 2007-й это не про значки и чёлки. Он про рёв трибун, свободу, дружбу, сбитые кулаки и футбольную страсть. Только сперва мне нужно исправить ошибки прошлого:

https://author.today/reader/531642

Глава 26

— … Таким образом, ключевой принцип, товарищи слушатели, — это недопущение ввязывания в беспорядочную огневую схватку, — проговорил лектор, молодой, лет тридцати, капитан по имени Вадим Игоревич Артемьев. — Обнаружив противника, командир обязан: доложить, оценить, отойти на выгодный рубеж и лишь затем действовать по утверждённой схеме.

В аудитории стояла тишина, прерываемая лишь едва слышным скрипом карандашей и ручек по бумаге. Кто-то покашливал. Кто-то, переворачивая страницу, зашуршал бумагой.

Несколько десятков слушателей курсов — большинство афганцы, имевшие за спиной определенный боевой опыт, сидели за партами. Будто внимательные студенты, слушали они преподавателя.

— Любая самодеятельность, — продолжал капитан