Я лежал неподвижно, держал в прицеле часового слева — того, что покрупнее, на случай, если все-таки начнется стрельба. Старался дышать ровно, спокойно.

Прошла минута. Может, две. Мне показалось, что прошла вечность.

И вот из темноты шахты вышел человек. Тот самый, что кричал нам у порта, ругался на Гарсию. Одет он, кстати, был по-щегольски, в отличие от своих подручных, а в правой руке держал револьвер. Перес. Значит он все-таки тут.

Он отошел метров на пять от входа, остановился, оглядел Гарсию и Винни. На его лице играла самодовольная издевательская усмешка.

— Juan, — сказал он громко, чтобы слышно было. — Viniste. Lo sabía. El amor por tu esposa resultó ser más fuerte que tu razón.

— Говори по-английски! — попросил Винни. — Если ведешь переговоры со мной, то я должен тебя понимать.

— Хорошо, — перешел на английский Перес. — Значит, вы все-таки пришли.

— Где Даниэлла? — потребовал Гарсия. Он волновался, в его голосе была слышна дрожь. — Я хочу убедиться, что она жива.

— Она жива, — кивнул Перес, усмешка стала шире. — Пока что жива. Но если ты не заплатишь выкуп, это ненадолго. Понимаешь?

— Сколько? — спросил Гарсия сквозь зубы.

Перес сделал паузу для драматического эффекта он явно наслаждался моментом моментом.

— Пятьдесят тысяч долларов, — сказал он наконец. — Американских. Наличными. Золотом тоже приму, если есть.

Я услышал, как Гарсия сглотнул. Сумма была огромная, даже для него. Для меня нет, но я столько не привез с собой — всего двадцать пять было, да и то часть я уже раздал плантаторам в качестве аванса.

— Это очень большие деньги, — сказал Гарсия.

— Жизнь твоей жены стоит намного больше, — развел руками Перес. — Плюс еще две американки у меня. Мы их немного поспрашивали. Одна — любовница того гринго, Лучано, богатого бизнесмена. Вторая — девчонка его помощника, вот этого, как я понимаю. Думаю, они тоже заплатят за своих женщин. За них еще по сто тысяч долларов. За каждую.

Да он спятил. Двести пятьдесят тысяч долларов… Да, жадности ему не занимать. Или он специально хочет разозлить нас, понимает, что они тут не одни? Надеется, что они выдадут себя?

Я видел, как Гарсия напрягся. Но он все-таки проигнорировал провокацию, и сказал:

— Покажи мне их. Хочу знать, что они живы и невредимы. Иначе никаких денег.

Перес задумался, почесал усы. Потом пожал плечами.

— Хорошо, — сказал он и повернулся к входу в шахту. — Выведите их! Пусть этот дурак увидит свое сокровище!

Он крикнул что-то еще по-испански, более резко. Я напрягся, приготовился. Пока все идет по плану, но сейчас все решится.

Через несколько секунд из темноты шахты вышли люди. Трое мужчин в грязной одежде, с винтовками и револьверами. Они вели троих женщин, руки которых были связаны веревками за спиной. Лица грязные, волосы растрепаны, но платья целы. Похоже, что они не решились портить товар.

Даниэлла. Гэй. Роуз. Все трое здесь.

Я прицелился в первого конвоира, того, что вел Даниэллу. Он держал ее за плечо левой рукой, а в правой у него был револьвер, направленный ей в бок.

Я видел его лицо в прицел — небритое, грязное, с шрамом на щеке. Он щурился на солнце, что-то шептал Даниэлле, видимо, угрожал.

Второй конвоир вел Гэй. Она шла с высоко поднятой головой. На лице ее была ярость. Чистая, холодная ярость. Молодец, девочка. Держишься. Третий вел Роуз. Та была бледная, испуганная, но шла твердо.

— Видишь? — крикнул Перес, широко раскинув руки. — Все живы и здоровы! Пока что. Так что давай деньги, Хуан. Двести пятьдесят тысяч. Принесешь — можешь забирать свою жену и американок. Не принесешь… — он провел пальцем по горлу. — Понял?

— У меня нет таких денег, — сказал Гарсия ровным голосом. Молодец, держался.

— Тогда займи, — усмехнулся Перес. — Или попроси у своего американского друга. Где он, кстати, этот Лучано? Почему сам не пришел за своей шлюхой?

Гарсия помолчал секунду, потом сказал:

— Лучано мертв.

Перес замер. Усмешка медленно сползла с его лица, словно ее стерли тряпкой.

— Что? — переспросил он.

— Твои люди убили его, — повторил Гарсия громче. — Вчера вечером. Засада на дороге. Лучано мертв, так что американских денег не будет. Платить некому.

Перес побледнел. Лицо его исказилось от ярости, губы задрожали. Кулаки сжались так, что побелели костяшки. Гэй вскрикнула, завопила:

— Нет!

— ¡Idiotas! — заглушил ее голос крик Переса, такой, что эхо понеслось по горам. — ¡Les dije que los tomaran vivos! ¡Vivos, bastardos! ¡Idiotas, hijos de puta, yo les…

Пора.

Я мягко, на выходе потянул спусковой крючок. Винтовка ухнула, отдача ударила в плечо, и первый из конвоиров свалился как подкошенный. Даниэлла вырвалась, упала на землю, протяжно заорала. Тем временем я сместил прицел на второго конвоира, тот только начал оборачиваться, пытаясь понять, что происходит. Попал ему в грудь, и он упал. Роуз тоже свалилась на землю.

Третий конвоир повернулся в мою сторону, попытавшись прикрыться Гэй, но она оказалась не лыком шита и укусила его за руку. Тот дернулся заорал, она вырвалась упала, на землю. Я выстрелил в третий раз, и как в замедленной съемке увидел, как его мозги разлетелись во все стороны.

Хорошо, что винтовка самозарядная, с болтовкой я бы так не смог. Она пусть и точнее, но гораздо менее скорострельная.

— На землю! — заорал я. Уже можно было не прятаться, все равно свою позицию я выдал.

Гарсия и Винни упали на землю, прижавшись к ней. Женщины и так лежали. Перес дернулся, вскинул револьвер, выстрелил в мою сторону, а потом рванулся ко входу в штольню.

И тут по всему периметру грянула стрельба, как я и приказывал. Почти три десятка винтовок и дробовиков ударили почти одновременно. Грохот был оглушительным, эхо покатилось по горам.

Часовые у входа мгновенно упали на землю, прошитые десятками пуль, те бандиты, что оказались чуть дальше, тоже попадали. Гарсия взялся за винтовку, выстрелил в Переса, но промахнулся. Он каким-то чудовищным рывком добежал до входа в штольню и скрылся в ней.

А стрельба продолжалась. Тех из бандитов, что были снаружи, буквально изрешетили.

— Хватит! — заорал я, пытаясь перекричать пальбу. — Хватит!

Но, похоже, что патроны в магазинах уже закончились, стрельба прекратилась сама собой. Гарсия вскочил первым, побежал к Даниэлле, Винни рванул к Роуз, помог ей встать, схватил за руку и Гэй, поднял на ноги, и вместе они побежали прочь. Я выстрелил еще дважды в бандита, который высунулся из шахты с винтовкой в руках, попал. Тот завалился обратно в