Примерно такая же ситуация сложилась и в другой стороне города, где подразделения в казармах тоже сдаваться отказались и бились довольно храбро. Вот только их сопротивление оказалось абсолютно бессмысленным: поняв, что вся эта ситуация уже вышла из под контроля совершенно, командующий операций аргентинский адмирал Карлос Бюссер решил прекратить потери собственных людей и вмешаться корабельной артиллерией. После нескольких пристрелочных выстрелов, эсминец «Педро Буэно» начал обстреливать казармы из 127-миллиметровых орудий, а ещё через несколько минут по резиденции губернатора начал отрабатывать «Коммодоро Пи», добавив ещё шесть пятидюймовых орудий.

Меньше, чем через полчаса после этого, всё было кончено. Аргентинский флаг взвился над Фолклендскими — превращающимися в Мальвинские — островами. Вот только цена оказалась на порядок или два дороже заплаченной в другой реальности. И это мгновенно перевело конфликт совсем в другую плоскость…

* * *

Адмирал Хорхе Анайя был раздражен. Да чего там говорить — он был в бешенстве. Тщательно продуманная операция превратилась в отвратительную бойню. Пятьдесят два английских трупа — включая губернатора.

Теперь то, что должно было стать легкой пощечиной для одряхлевшей Империи, превратилось в настоящий пинок пониже спины. Максимально унизительно. И, к гадалке не ходи, теперь-то Тэтчер ответит всем, что есть. Собственно, британцы уже собирали флотскую группировку, запихивая в неё кажется все свои боеспособные корабли. Ещё несколько дней — и они отправятся сюда, на Мальвины. И гневная резолюция ООН за номером 502, требующая от Аргентины немедленно вывести с Фолклендских островов войска, радости Анайе не добавляла. Соединенное королевство уже сформировало «Ставку» — он же «Военный кабинет», и уже направило в Южную Атлантику подлодки.

Сам адмирал прилетел при первой возможности — надо было посмотреть на ситуацию на месте. Адмирал Бюссер, конечно, грамотный мужик, но когда дело дошло до такого… надо лично держать руку на пульсе, не доверяя докладам, улетающим в далекий Буэнос-Айрес.

Апрельский ветер Южной Атлантики пробирался под камуфляж, словно игнорируя все методы утепления, примененные моряком. Здесь, на одном из невысоких холмов, окружавших Пуэрто-Аргентино (а именно так аргентинцы переназвали захваченный Порт-Стэнли), природа словно напоминала, что никакой милости ждать не стоит и что ничего ещё не закончилась.

Именно тут, на возвышенности, копошилась техника и люди — много техники и много людей.

Возводилась одна из позиций для купленного в КНР ЗРК HQ-2 — копия советского С-75… Нет, сначала правительство пыталось приобрести американские MIM-23 HAWK, но Аргентине его просто-напросто не продавали.

Сама идея с ЗРК… Анайя вспомнил, как её озвучил знакомый боливийский генерал, занимающий в правительстве Месы как раз связанную с ПВО должность. Озвученная черноглазым воякой на одном из приёмов мысль запала идеологу возвращения Мальвин в голову: и, после недолгих переговоров, глава хунты Видела договорился с Председателем Дэном. Пять батарей — три прикрывали теперь Буэнос-Айрес и главную ВМБ… А две доставили сюда.

Адмиралу было невдомек, что боливиец тоже не сам такой идее разродился — ему её подсказали. И даже попросили, невзначай, её озвучить. Учитывая скромный подарок в виде скромного автомобиля скромной марки «Ягуар», никаких проблем у вояки из Ла-Паса не возникло.

И теперь британскую авиацию ожидал некоторый сюрприз, учитывая, что готовились тщательно: обваловка, ложные позиции с макетами РЛС и пусковых, бетонированные подземные укрытия для ракет, топлива и расчетов…

С континента доставили бульдозеры, трактора и экскаваторы, а также полсотни прожекторов — и работа теперь велась круглосуточно. Рылись котлованы, устанавливались фундаментные блоки, шла заливка цемента. С завершения операции «Росарио» прошло всего-то несколько дней, а картина уже вырисовывалась. Еще пара недель — и вражеской авиации мало не покажется. И как же хорошо, что англичане отказались от линейных кораблей… Впрочем, они активно собирали гигантскую группировку, на полсотни только боевых кораблей и уже начали разворачивать базу на острове Вознесения. И тут не надо было быть особенным провидцем, чтобы понимать, что именно оттуда прилетит — бомбардировщики «Вулкан».

— Посмотрим, как с вами справится китайское изделие, — усмехнулся себе под нос адмирал.

В конце концов, у их советских «родителей» отлично получалось доставлять целую кучу смертельных неприятностей американским ВВС во Вьетнаме. И «Вулканы» — ничем не лучше «Стратокрепостей».

Несмотря на то, что адмиралу было несколько не по себе, в победе он не особенно сомневался, хотя понятия не имел, что, к примеру, Штаб американского флота считал операцию по возвращению англичанами контроля над Фолклендами близким к невозможному — «bordering impossible», как они писали в докладной президенту.

Вот только Маргарет Тэтчер подобного плевка в лицо собственного правительства в частности и Соединенного Королевства в целом просто так сносить не собиралась. В чем, собственно, ее поддерживали обе палаты Парламента и королева. И собиралась идти до конца.

Чего не знали обе стороны разворачивающегося конфликта, это того, что ещё в начале марта в залив Сан-Карлос, рядом с одноименным поселком, приходила маленькая подводная лодка — модифицированная версия одной из тех, что некоторая организация, зародившаяся в далеком Медельине, активно использовала для перевозки грузов кокаина из Колумбии в США. И что несколько водолазов установило странный герметичный контейнер на дне этого самого залива, замаскировав его песком и камнями. И протянув парочку длинных проводов к скале на берегу. Антенне требовалось прожить совсем недолго.

Второй ровно такой же контейнер разместился на дне на несколько километров севернее, неподалеку от расположенного у входа в залив островка Фаннинг-Айленд.

* * *

В далеком от всех этих событий Медельине Пабло смотрел в окно на каркас «Иглы» — гигантского небоскреба на одном из холмов, окружающих город. Каркас этот уже обшивали стеклом и зримое воплощение его успеха с каждым днем становилось всё ближе и ближе к реальности.

С одной стороны это вызывало гордость — его белый бизнес развивался стремительно, без шуток. Пабло очень быстро шел к званию самого богатого человека не только Колумбии, но и Южной и Латинской Америки в целом. Запуск туристического кластера у Картахены мгновенно выдал ему просто нереальный денежный поток. Поддержанный «грязными» деньгами, конечно — но кому какое дело?

Закономерный успех: шикарные (и не очень) отели, пляжи, ночные клубы, рестораны, новый аэропорт, вычищенный исторический центр, магазины и куча развлечений за относительно вменяемые деньги мгновенно превратили курорт в Мекку как для американского среднего класса, так и для канадского и латиноамериканского. Заполняемость была близка к сотне процентов. А ведь имелись отели