Он кивнул и занял одни из нар. Я лег на те, на которых сидел. Они жесткими были, но к своему же удивлению, стоило мне закрыть глаза, как я провалился в сон.

Интермеццо 2

Манхэттен, квартира Мейера Лански. Около полуночи.

Мейер Лански сидел в своей квартире на Манхэттене. Как обычно, он был полностью погружен в бухгалтерские книги. Сегодня он весь день занимался тем, что рассовывал деньги по разным местам, его люди развозили заработанные на бирже два с лишним миллиона по безопасным домам, сейфам различных подконтрольных ему организаций и другим местам.

К тому же он собирался заняться покупкой золота. Помнил, что Лучано обмолвился о чем-то таком, но сейчас, похоже, забыл. Да и не до того ему было, неспокойная совсем жизнь у этого парня. Когда-то понятного и знакомого с детства, а теперь неожиданно изменившегося.

Люди пойдут по ломбардам, будут скупать старые украшения и монеты. А потом надо будет организовать перевозку драгоценного металла, его хранение. В общем, дел полно.

А потом зазвонил телефон. Лански посмотрел на него и нахмурился — звонки в такое время очень редко сулили что-то хорошее. Но делать было нечего, он встал из-за стола, подошел к тумбе, поднял трубку.

— Мейер Лански, у аппарата.

— Мистер Лански? — переспросил незнакомый голос с сильным ирландским акцентом. — Это Конор Макгрегор.

Мейер напрягся. Макгрегор был из ирландской банды, с которой у Лаки недавно возник конфликт, когда они пытались наехать на один из баров в его районе. Но вроде как они позвали его для примирения, и, судя по отсутствию тревожных новостей, все прошло нормально. Так почему ирландец звонит, да еще и ему самому? И откуда взял номер?

— Слушаю, — ответил Лански.

— Произошла проблема, — сказал ирландец. — Сегодня легавые устроили облаву на наши бои. Вломились, человек тридцать, все с дубинками, кучу народа арестовали. Среди них Лаки Лучано.

Мейер сжал кулак. Вот ведь проклятье, Лаки арестовали. Это не вовремя, очень не вовремя.

— Что случилось? — тем не менее спросил он, стараясь сохранять спокойствие.

— Не знаю точно, — ответил Макгрегор. — Капитан участка взял свою долю, как обычно, а под вечер они вломились и стали хватать всех подряд. Может, кто-то сверху приказал, или конкуренты настучали. Я успел уйти, но взяли многих. И Лаки тоже.

Мейер снял очки, положил их на тумбу и потер переносицу. Тридцать человек на рядовые подпольные бои. Значит, они там не просто разогнать их собирались, а действительно арестовывать людей. Почему?

Ладно, это не его проблема, он с этими боями никак не связан. Вопрос с тем, что теперь делать с Лаки. Какого хрена он вообще туда поперся? Раньше не светился в таких местах, предпочитал держаться в тени, а развлекался в клубах, в кино ходил опять же — очень любил смотреть на движущиеся картинки.

Оставалось надеяться на то, что ему хватило ума не брать с собой пушку.

— А почему Лаки вообще туда пришел? — спросил он все-таки.

— Это я его пригласил, — виноватым голосом ответил Макгрегор. — Мы же контракт заключили на поставку алкоголя, я хотел наладить отношения, показать ему бои, обсудить дела. Думал, ему понравится. Я не знал, что копы нагрянут.

— Понятно.

Мейер закрыл глаза. Значит, Лаки пошел туда по делу, не просто развлекаться. Хотел наладить отношения с ирландцами, посмотреть на то, как идут дела. А в итоге попал под облаву. Не повезло.

— Извините, мистер Лански, — так же виновато продолжил Макгрегор. — Я не думал, что так получится.

— Ладно, — Мейер вздохнул. — Что с ним сейчас?

— Последнее, что я видел — это как его погрузили в салатную корзину. Повезли в участок, скорее всего, в сто двадцатый.

— Хорошо, — это уже было хорошо, отношения с капитаном в сто двадцатом налажены. Он уже взял взятку за то, чтобы не выдвигать обвинения после перестрелки в больнице. — Спасибо за звонок.

— Если что-то нужно будет, дайте знать, — сказал Макгрегор. — Мы поможем, чем сможем.

Мейер удержался от того, чтобы хмыкнуть. Чем мелкие ирландские бандиты вообще могут ему помочь? В целом они могут быть полезны, но явно не в таком случае.

— Хорошо, — повторил Мейер и положил трубку.

Он посмотрел на телефонную трубку. Потом открыл ящик тумбы, на которой стоял аппарат, вытащил из него пачку сигарет. Нужно было подумать, хорошо подумать.

Лаки арестован, это плохо. Нужно будет отправить адвоката в участок, и если получится, решить все до суда. Дать кому нужно на лапу, и данные о его задержании пропадут. Даже штраф платить не придется.

Присутствие на подпольных боях — это мелочь, небольшой штраф. А он полицейским ничего не скажет, это точно. Лаки часто прижимали, и он никогда никого не сдавал, строго соблюдает омерту, чтит традиции.

Но закурить он не успел, телефон снова зазвонил. Мейер поднял трубку:

— Мейер Лански, слушаю.

— Это офицер Отто Бланке, полиция Нью-Йорка. — голос был с другим акцентом, явно выраженным, грубым. Немецким. — Меня попросил позвонить ваш друг, Чарли Лучано. Он арестован, сейчас в сто двадцатом участке на Стейтен-Айленде.

Мейер выпрямился. Коп звонит? Значит, Лаки сумел как-то с ним договориться. Ну это как раз неудивительно, контакты он налаживать умеет.

— Я уже в курсе, — ответил Лански. — Мне звонили. Он просил что-то передать?

— Просил сообщить, что нужен адвокат и деньги на залог.

— В чем его обвиняют? — спросил Мейер.

— Нахождение на незаконном мероприятии, участие в азартных играх. И еще… При нем нашли оружие.

Мейер выдохнул, но в этом выдохе ни капли облегчения не было. Оружие — это серьезно, очень. Это федеральное преступление.

— Какое оружие? — спросил он, сам не зная, зачем ему эта информация.

— Револьвер, — ответил Бланке. — Смит энд Вессон, кажется, видел, как парни его обсуждали.

— Он показал лицензию?

— Показал. Завтра ее проверят, если окажется фальшивой, то получит срок.

Ну и так все понятно. Лицензия фальшивая, и он это знал, потому что сам покупал ее для Чарли через подставных людей. Это очень хорошая подделка, но все равно это фальшивка.

Если проверят информацию, поинтересуются в участке, то вычислят.

— Понятно, — сказал Мейер. — Спасибо за информацию, офицер. Адвокат скоро приедет.

— Есть еще кое-что, — добавил Бланке. — Мне обещали деньги за звонок. Двести долларов, Лучано сказал, что мне привезут их домой завтра утром.

Мейер думал уже о другом. Значит, Лаки пообещал копу денег за звонок. Умно. Двести долларов — это мелочь, но это однозначно поможет вытащить его быстрее.

— Адрес, — коротко сказал Лански.

Бланке продиктовал адрес где-то в Бруклине. Мейер