Лупе очень обрадовалась, увидев дедушкину старую пишущую машинку. Она почти сразу правильно заправила в неё бумагу и наверняка, если немного попрактикуется, скоро будет отлично печатать.

Я увидела в окно Грегори, и мы побежали его встречать. Я сказала ему, что маринованная хикама была просто замечательная, а он спросил Лупе, когда у неё начинаются занятия в школе, и напомнил мне, что в этом месяце у нас не будет встреч 4-Н [13] из-за начала уроков в школе. Потом ему надо было развозить почту, так что мы с ним попрощались.

Когда мы пришли к курам, Баффи вышла поздороваться с нами и даже позволила Лупе себя погладить! Лупе предложила выдать ей Куриный диплом за смелость, как дают ученикам в школе. Крапинка как раз снесла яйцо, Веснушка и Болтушка немного покудахтали по этому поводу, и даже Генриетта к ним присоединилась. Хам, Бегунья, Аки и Алли купались в пыли, принимая пыльные ванны. Лупе так смеялась над ними! Хорошо, что Аки и Алли подружились с остальными курами. Может быть, мы ещё вернемся и посидим с ними. В конце концов, Генриетта ни разу не передвигала людей, по крайней мере, мне про такое ничего не известно.

Потом мы с Лупе поехали в город. Она не могла посмотреть на всё то, что мне хотелось ей показать, ведь кузина должна была следить за дорогой. Лупе очень удивилась дорожным знакам, изображающим корову, которая переходит дорогу. И она не привыкла встречать тракторы на узких дорожках. Но мы всё-таки доехали благополучно.

Лупе понравился магазин кормов, хотя на этот раз кур там не продавали. Джейн показала нам новое лакомство, которое они только что получили: что-то вроде сушёных жуков. Она дала мне немножко на пробу, чтобы я угостила моих кур и рассказала ей потом, как им понравится.

– Если им придется по вкусу, мы сделаем специальную метку, чтобы покупатели знали: товар нравится курам, – сказала она. – Это может пригодиться.

Лупе посмотрела на сушеных жуков в пластиковом пакете. Они были чёрные и блестящие, а некоторые лапки у них оторвались.

– Ого какие! – удивилась она.

– Если готовить деньрожденный торт для кур, то эти лапки можно использовать как посыпку, – сказала я Лупе и Джейн.

Лупе поежилась:

– Хорошо, что я не курица!

Потом мы отправились в библиотеку оформлять Лупе читательский билет.

Когда мы вошли, мисс О’Мэлли заметила нас и воскликнула:

– Слава богу!

Оказалось, что только что закончилась встреча подросткового книжного клуба, на которой обсуждали книги и ели пиццу, но поскольку многие ребята были на каникулах, у мисс О’Мэлли осталось столько пиццы, что она не влезала в холодильник:

– Сможете съесть по две порции? – попросила она нас. – С грибами и оливками.

Мы согласились помочь, как и полагается – по-соседски. Пицца была ещё тёплая! Пока мы уплетали за обе щеки, мисс О’Мэлли выписала Лупе читательский билет и зарегистрировала её.

– А что ты собираешься изучать в колледже? – поинтересовалась она, узнав, что Лупе будет учиться тут.

– Ещё пока не знаю. Возможно, педагогику, чтобы стать учительницей, – ответила Лупе.

Вот не знала, что сестра хочет стать учителем! Я даже не удосужилась спросить о её планах, думала, что сперва просто поступают в колледж, а потом уже решают, кем хочешь стать в будущем.

– Отличный выбор! – похвалила мисс О’Мэлли, вручая Лупе читательский билет. – Софи, мы получили «С любовью, Руби Лавендер» [14]. Тебе, наверное, понравится – там про кур.

Я решила взять эту книгу на пробу. А ещё нашла книжку про выведение цыплят в инкубаторе. Мисс О’Мэлли, конечно, всегда старается помочь.

– Хочешь мороженого? – спросила Лупе, когда мы вышли из библиотеки, и кивнула в сторону кафе. Я пожала плечами.

– У меня нет с собой денег.

Мне не хотелось признаваться, что я ни разу не заходила в кафе, потому что на самом деле у нас нет на это денег.

– Я угощаю! – улыбнулась она.

И мы пошли в кафе. Оно было маленькое, и там всё было выкрашено в цвета мороженого: мятно-зелёные столики и неаполитанские стулья, ванильного цвета лампы, похожие на шарики мороженого, и белая леди в радужном фартуке цветов щербета.

Лупе взяла «Кофейно-шоколадную мечту», а я – «Шоколад и арахис». Лупе расплатилась, и я выбрала столик.

– Как тебе тут живётся? – поинтересовалась Лупе, облизывая мороженое так, что оно постепенно превращалось в конус.

– Всё ещё скучаю по ЛА, – призналась я, слизывая верхушку рожка. – И по вам всем – ну до того, как ты к нам приехала. Но у меня появились тут друзья, да и кур в ЛА разводить не получилось бы.

Лупе кивнула. Какое-то время мы молча ели мороженое.

– Ну что теперь? – спросила наконец Лупе.

Я засомневалась. Как объяснить ей про ферму «Редвуд»? Но мне так хотелось показать кузине её.

– Ты слышала, что я получила в наследство куриную компанию?

(Ой, мне пора идти учить Лупе готовить мигас. Но не волнуйся, после обеда я продолжу письмо и расскажу тебе, что было потом.)

Позднее:

Мы приготовили самый лучший мигас на свете! Тебе бы понравилось. Ну а теперь я расскажу, что ещё произошло за этот день.

Мы немного заплутали, пока ехали на ферму «Редвуд», но всё-таки добрались туда. Лупе притихла, когда вышла из машины. Я попыталась увидеть ферму Агнес её глазами.

На дедушкиной ферме много мусора и там, куда ещё не добрались козы, пока полным-полно сорняков и ежевики, зато на крыше нет дыр, закрытых брезентом. Но нет и красного сарая, который так и просится на картину, и маленького белого домика с облупившейся краской и крыльцом, увитым диким виноградом.

– Тут ещё надо потрудиться, – проговорила я наконец.

Лупе посмотрела на меня.

– Здесь очень красиво, – сказала она, и я поняла, что кузина и в самом деле так думает.

Я достала ключ и провела Лупе по тропинке мимо разросшихся цветов к сараю. Я показала ей коробки с тем, что нужно для цыплят, и куриные вольеры, всё ещё заросшие ежевикой, а потом Лупе захотела посмотреть дом.

Я не сразу решилась.

– Я и сама там ещё по-настоящему не осмотрелась.

– Ну как хочешь тогда.