– До свидания! – рявкнул Осип и помчался дальше.

Он так расстроился, что медуза не смогла ему помочь, так устал за этот день, и ему очень хотелось домой. У Осипа начала кружиться голова от бесконечных ходов и коридоров, и, в конце концов, ему стало страшно… К горлу подступила тошнота, а в глазах стало темнеть всё сильнее.

«Только не бояться, только не бояться, – повторял себе Осип. – Я выберусь, я смогу. Я не заблудился! Выход есть всегда, выход есть…»

Он пытался себя приободрить, но ему становилось всё хуже. «Нет! – решил Осип. – Я должен выбраться! Это же моё секретное задание!» Он вытер подступившие слёзы и снова помчался вперёд.

И в этот момент где-то совсем недалеко ему послышалось, как кто-то его зовёт: «О-осип!» – «Ну вот, – решил он, – у меня, наверное, начались галлюцинации. Наверняка мне это мерещится! Только бы не упасть в обморок».

– О-оси-ип! – снова раздался голос. И на этот раз он стал как будто ближе.

Осип остановился и прислушался. Так и есть, кто-то звал его снова и снова, а потом Осип услышал какое-то сопение и бульканье. Он поплыл на голос и… не поверил своим глазам! Перед ним оказался смешной очкарик Барабусик! Он ужасно запыхался, с трудом пробираясь по лабиринту.

– Откуда ты тут взялся? – воскликнул Осип.

– Ты нашёлся! – обрадовался Барабусик. – Я же не мог бросить тебя одного. Ты меня выручил. Ты мой друг. Вот я и поплыл к обратной стороне скалы, чтобы тебя встретить. Скорей! Нам туда!

Осипу захотелось обнять своего смешного приятеля сразу всеми щупальцами, но, во-первых, ему нельзя выпускать шкатулку и бабушкины ключи, а во-вторых, нужно было торопиться. Надо было как можно скорее доставить шкатулку в безопасное место. Так что он быстро похлопал Барабусика по полосатому круглому боку, подмигнул ему, и друзья помчались вперёд!

Глава 8. Ни минуты покоя

Осип не мог поверить, что наконец-то оказался дома. Он так устал и вымотался, что быстро поставил шкатулку на стол, а сам жадно бросился пить лимонад прямо из кувшина. В этот момент на кухню примчались Гирька и Гантелька, которым, видимо, опять удалось улизнуть с урока плавания пораньше. За ними на восьми лапах весело прискакала такса Клякса. Осипу сейчас совершенно не хотелось возиться с сёстрами, поэтому он повернулся к ним спиной и сделал вид, что ужасно занят: пьёт лимонад, что-то ищет в холодильнике, рисует в альбоме, достаёт из шкафчика коробку с хлопьями, кормит рыбку в аквариуме… Он даже хотел демонстративно заткнуть уши, но тут Гантелька закричала:

– Фэ! Фэ! Буква Фэ!

Осип сначала не осознал всей опасности, он просто решил, что близнецы выучили на занятиях в детском саду новую букву, да к тому же и Гирька, и Гантелька не выговаривали половину из того, что хотели сказать:

– Фэ! – кричали они уже вдвоём. – Фто там?

– Фанфеты!

– Фалфелад!

– Фафельки!

И тут Осип вдруг понял, в чём дело. Он мгновенно развернулся и увидел, что сёстры тянули друг у друга из щупалец его бесценную шкатулку с золотой буквой «Ф» на крышке.

– Немедленно дайте сюда! – закричал он и бросился к ним. – Это моё! Нет там никаких конфет, ни мармелада, ни вафелек! Отдайте!

– Не дам! – завопила Гирька.

– Моё-о-о! – закричала Гантелька.

– Буль-гавк! – добавила Клякса.

Осип вцепился в шкатулку и всё-таки выдернул её у цепких близнецов, которые тут же заревели на весь дом.

Ну, конечно же, на крики примчались папа и мама.

– Что у вас тут стряслось? – закричал папа.

– Неужели нельзя не ссориться? – возмутилась мама. – От вашего визга у меня садится голос, а у меня завтра важный концерт!

– Фэ-э-э-э-э! – рыдали Гирька и Гантелька.

– Они вечно хватают чужое! – выпалил обиженный Осип.

– Ну-ка, показывайте, из-за чего весь сыр-бор! – потребовал папа.

«Ну вот, – подумал Осип. – Это никогда не закончится! Да отстаньте же все от моей шкатулки!»

– Покажи мне, что ты там прячешь! – упрямо настаивал папа.

– Это не моё, – честно сказал Осип и разжал щупальца.

– Где вы это взяли?

– На ф-ф-фтоле, – сообщили близняшки.

Папа на минуту замолчал, разглядывая странную шкатулку. А потом его брови сердито поползли вниз.

– Эф? – спросил он и повернулся к маме. – Тут опять был этот твой невыносимый Фердинанд?

Такого поворота Осип никак не ожидал. Он уже приготовился сочинять историю про то, как у него могла оказаться шкатулка, но папа, видимо, всё решил за него сам. Фердинандом звали устрицу – дирижёра оркестра, с которым всегда выступала мама. Он ходил в чёрном фраке с длинными фалдами и дарил маме жемчужины. Мама говорила, что он её «поклонник» – Осип не совсем понимал, что это такое, но, наверное, она называла его так потому, что Фердинанд очень любил подолгу кланяться после их выступлений.

– А мне откуда знать? – удивилась мама. – Меня же вообще не было дома!

– Потому что на шкатулке буква «Ф» – это же явно Фердинанд!

– Вечно ты всё придумываешь! – мама схватилась двумя щупальцами за голову, двумя за сердце, а двумя – к ужасу Осипа – схватила шкатулку. – Я же при тебе просила его больше не дарить мне никаких подарков. Завтра же отдам ему перед концертом! А пока положу в сумочку, чтобы не забыть.

– Мама! – закричал Осип.

– Что опять? – мама вздрогнула от его крика.

– А м-можно я завтра пойду с тобой на концерт? – это было первое, что пришло Осипу в голову, ведь он ни на секунду не должен был терять из вида шкатулку с золотой буквой «Ф». Пока они дома, шкатулка в безопасности. Мама никому не разрешала залезать в свою сумочку – но вот когда она пойдёт на концерт… Там может случиться что угодно! А если она и правда отдаст шкатулку Фердинанду? Как можно доверить бабушкино сокровище устрице?!

– Ты серьёзно? – мама всплеснула всеми щупальцами сразу. – Но ты же никогда не любил мои концерты, всегда капризничал и говорил, что тебе там скучно! И что это всегда так долго!

– Не скучно! – замотал головой Осип. – И не долго!

– О-о-о! – умилился папа. – Видишь, наш сын научился ценить хорошую музыку.

– Да, – подхватил Осип. – И мама так красиво поёт!

Глава 9. Фердинанд и Океанская опера