– Мы обязательно всех разбудим! – заявил Тио с такой уверенностью, которой я раньше от него не слышала. – Мы справимся. Что-нибудь придумаем.

– Меня же вы разбудили, верно? – напомнила Лейла. – Тио прав, втроем мы справимся.

Переводя взгляд с одного на другого и умиляясь – то ли потому, что они так уверенно говорили, то ли потому, что казались такими сплоченными, – я позволила себе им поверить. И кивнула в ответ.

– Сначала поешь! – Тио подвинул ко мне тарелку с блинами.

Как же сильно я проголодалась! Взяла золотистый поджаренный блинчик, быстро смазала его шоколадной пастой, свернула и жадно засунула в рот. Не успев прожевать первый, я уже намазывала второй. Сладость заполнила желудок, и пришлось напомнить себе, что сначала нужно жевать и только потом глотать.

Тио рассмеялся, глядя, как у меня за ушами трещит, когда я уплетаю блинчики.

– Никак проголодалась?

– Очень вкусно! Как мамины, – похвалила я.

– Спасибо! – Тио слегка улыбнулся мне и вылил новую порцию теста на сковородку.

Не помню, сколько блинов мы съели. Тесто закончилось, и Тио сделал еще. Он перестал печь блины только тогда, когда яиц больше не осталось.

Я откусила кусок своего последнего блинчика, покрытого таким толстым слоем шоколадной пасты, что она вытекала наружу и чуть не капала на тарелку, и почувствовала себя настолько сытой и довольной, что не хотелось шевелиться. Хотелось остаться в квартире Лейлы и лопать блинчики – подальше от всего остального мира.

Словно прочитав мои мысли, Лейла сказала:

– Нам лучше поторопиться. Через несколько часов стемнеет.

Тио застонал. Похоже, он чувствовал то же самое, что и я: вымотался за день и хотел бы спрятаться от всего этого.

– Что с вами обоими такое? – удивилась Лейла.

– Да ничего, просто тяжело уходить отсюда. Сегодня это первое место, которое кажется относительно нормальным.

– Вот уж точно! – торопливо поддакнула я. – Именно такое у меня ощущение. Я знаю, что нам нужно идти, и мне не терпится выяснить, что же случилось, но другая часть меня хочет просто остаться здесь и забыть обо всем, происходящем снаружи.

Я выглянула из окна гостиной во двор. Ничего не изменилось. Куст больше не трясся.

И вдруг со стремительностью падающей в ночном небе звезды через двор пронеслась какая-то тень. У меня от страха сердце в пятки ушло. Кто-то – или что-то – все еще бродило снаружи!

Среда

14:53

Из-за набитого блинчиком рта я не столько крикнула «Смотрите!», сколько поперхнулась.

– Что такое? – Лейла вскочила.

Я показала на окно. Тио резко обернулся, но тень уже исчезла.

Я проглотила блинчик и сумела заговорить внятно:

– Мне показалось, там что-то было.

– Что ты видела? – спросил Тио.

– Какую-то тень, которая очень быстро пронеслась по двору.

Тио решительно подошел к окну и внимательно посмотрел во все стороны:

– Сейчас я ничего не вижу.

Лейла тоже посмотрела. Затем подошла к задней двери, ведущей во двор.

– Не открывай! – невольно вырвалось у меня.

Подруга глянула на Тио, потом снова на меня.

– Мы ведь не можем сидеть здесь вечно. Особенно если собираемся найти Додо и разобраться, что происходит, – мягко сказал Тио.

– Знаю, – кивнула я, – но… Я точно что-то видела. И в кустах тогда тоже что-то было, верно, Тио?

– Да, – согласился он. – Но возможно, оно только на вид страшное, а на самом деле ничего такого. Может, это пара кошек или белок.

Возражать я не стала, хоть и была уверена, что кошки и белки ни при чем. Я не могла этого объяснить, но точно знала: там было что-то другое. Меня охватило то же самое ощущение, как после выхода из квартиры Додо, – за мной следят! Никакой реальной причины для этого не было, но меня все равно трясло.

– Ну же, посмотри сама! – предложила Лейла.

Я сделала несколько неуверенных шагов к окну.

– Мы будем осторожны, – заверила Лейла.

– И будем держаться вместе! – добавил Тио.

Моя рука скользнула в карман и вцепилась в записку Додо. Мы так и не поняли, что она означает, но, если сидеть на месте, ответов мы не найдем. Мы должны преодолеть страх и желание остаться в безопасности в квартире Лейлы. Нам придется выйти наружу – и лицом к лицу встретиться с угрозой.

Среда

15:12

Я несколько раз бывала у папы Лейлы в велосипедном магазине, но не после закрытия. Лейла сказала, что до Бриммингтон-хауса, где работала Додо, довольно далеко, и предложила взять напрокат велосипеды из магазина. Я старалась не смотреть в сторону нашего дома, который стоял чуть дальше по улице. Больше всего на свете мне хотелось вернуться и проверить, как там мама, но нужно было срочно искать способы разбудить всех спящих. Я выбросила из головы мысли о маме, хоть и очень по ней скучала.

Лейла провела нас к заднему входу и отперла серую дверь своим ключом.

– Вот эти быстрые, – показала она на стенд с велосипедами, украшенными светоотражателями разной формы.

Мы на мгновение заколебались. Ведь, строго говоря, мы собирались украсть велосипеды, даже если магазин принадлежал отцу Лейлы.

– Все нормально, – заверила Лейла, явно прочитав мои мысли. – Папа понял бы, зачем они нам понадобились. В любом случае мы же их вернем.

Она выбрала ближайший велосипед и повела его через магазин к задней двери. Тио последовал ее примеру и взял соседний, оставив мне велосипед, украшенный угловатыми драконами, широко раскрывшими крылья в полете.

Давненько я не каталась, но, пару раз вильнув в сторону, мой велосипед начал уверенно рассекать холодный воздух.

Лейла привычно и быстро неслась по дороге, и Тио поднажал, догоняя ее.

Хоть я всего лишь ехала на велосипеде, город стремительно проносился мимо, и казалось, что я летела, скользила по воздуху со скоростью и изяществом драконов, нарисованных на раме. С Лейлой по одну сторону и с Тио – по другую я чувствовала себя сильнее, чем раньше.

Мы мчались по улицам, направляясь к Бримминг-тон-хаусу, и во мне снова затеплилась надежда: а вдруг нам удастся найти Додо?

Бриммингтон-хаус оказался темным величественным зданием.

Лейла покопалась в рюкзаке в поисках ключа, который взяла у мамы, и вставила его в замок. Я слегка переживала, что ничего не получится, но потом замок щелкнул, и Лейла навалилась плечом на дверь, открывая ее.

– Смотрите! – Тио показал на охранника.

Тот сидел, выпрямившись, на стуле, но, когда мы подошли ближе, я увидела, что его голова склонилась и он крепко спит. Мелкие кудряшки его волос были тронуты сединой.

– А, понятно! Некоторые спали в кровати, потому