Фабрицио кивнул, но в этот момент раздался громкий свист, лай, шум, крики, и на площадь, словно ураган, примчались доберман Бублик, капитан Флигель и сержант Штраус. А следом за ними – ещё десяток вооружённых полицейских.

Доберман шёл по следу. Эту опытную ищейку невозможно было обвести вокруг пальца – если она взяла след, ничто и никто не мог её остановить.

– Без паники, полиция, всем оставаться на местах! – раздался в толпе чей-то громкий голос.

– Господин капитан, Бублик взял след, – доложил сержант Штраус. – Грабители где-то рядом, тут, среди этой публики.

– Отлично! – обрадовался капитан Флигель. – Бублик, фас! Взять грабителя!

Доберман Бублик кинулся по следу. Он вихрем подбежал к Конфетной маме, детям, папе Ивару и зарычал на них. Но потом, словно передумав, бросился к усатому Марио и бородатому Бруно, которые тоже совершенно случайно оказались поблизости.

– Ай! – закричал Марио, подпрыгнув словно ужаленный.

– Караул! – завопил Бруно, запрыгивая на лавочку.

Друзья ещё с детства очень боялись собак.

Но доберман Бублик, понюхав горе-грабителей, тут же потерял к ним всякий интерес.

Неожиданно пёс навострил уши, зарычал и бросился в сторону фрау Штрудель и фрау Юханссон.

– Бежим! – крикнула Агата Юханссон.

Увидев, что огромный пёс несётся в их сторону, фрау Штрудель кинула в собаку зонтик, и подруги бросились удирать. Доберман Бублик вцепился зубами в зонтик и легко перекусил его пополам, словно соломинку. Старушки помчались к проезжавшему мимо трамваю и запрыгнули в него на полном ходу.

– Господин капитан, это были грабители, собака не может ошибаться, она узнала их по запаху, – доложил начальнику сержант Штраус.

– Куда же они делись? – закричал капитан Флигель.

– Удрали, господин капитан, – сообщил сержант Штраус. – Им повезло: мимо проходил трамвай, они заскочили туда и уехали в неизвестном направлении. Бублик, к сожалению, потерял след.

– Всё пропало! – чуть не плакал капитан Флигель. – Мы же их почти поймали! А теперь мы не узнаем, кто украл картины из музея.

– Я знаю, кто они! – тихо ответила Конфетная мама. – Я их узнала, это…

– Тихо! – прижал палец к губам папа Ивар. – Не говори никому, мы сами их поймаем.

Глава 17, в которой полиция ловит настоящих грабителей

На следующий день утром вся семья Муценек собралась на кухне за столом. Конфетная мама испекла на завтрак сырники со сметаной, а также открыла банку помидорного джема.

– Вчера я очень испугалась, – призналась Марута. – Когда собака к нам подбежала, я думала, она нас сейчас укусит.

– Доберман узнал нас по запаху, мы ведь тоже были ночью в музее, – сказал Маркус, откусывая кусочек сырника.

– Собака искала не нас, а настоящих грабителей – тех, которые украли картины, – слизывая сметану с тарелки, пояснила Эмилия.

– Да, но грабители удрали у неё прямо из-под носа, – сказал папа Ивар. – Похоже, теперь полиция не сможет их найти.

– Я знаю, кто украл картины! – загадочно улыбаясь, сказала Конфетная мама.

– Мама, тогда нужно срочно звонить в полицию и всё им рассказать! – сказал Маркус.

– Ну уж нет, – усмехнулась Конфетная мама. – Тогда во всех газетах напишут, что это полицейские поймали грабителей, и вся слава им достанется, а не нам.

– А что ты хочешь сделать? – спросил папа Ивар. – Ты уже решила?

– Мы сами поймаем преступников! – заявила Конфетная мама. – Но для этого мне нужно отыскать в корзине одни волшебные носки. Пойдёмте, вы мне поможете.

Аусма перевернула плетёную корзину вверх тормашками. На пол высыпались сотни носков всех цветов и оттенков. Конфетная мама наморщила лоб, словно что-то вспоминая, а затем села прямо на пол и стала надевать по очереди то один носок, то другой. Собака Селёдка бегала вокруг мамы, виляя хвостом, и требовала, чтобы с ней кто-нибудь поиграл.

– Синий и красный? – сама себя спрашивала мама. – Нет, не то.

– Жёлтый и коричневый? – предложил папа Ивар.

– Нет, тоже не годится, – покачала головой Конфетная мама. – А если серый и фиолетовый?

– Мама, а что мы ищем? – спросил Маркус. – Какое именно волшебство ты хочешь найти?

– Секунду, скоро всё узнаете, – задумчиво произнесла Аусма. – Никак не могу вспомнить, какого же цвета были носки, которые однажды мне попались.

– Мама, а что это за цвет? – вмешалась Марута.

– Это жонкилевый, – ответила Конфетная мама.

– А этот оттенок как называется? – спросила Эмилия.

– Этот называется шарлах. О, давайте надену их вместе, посмотрим, что будет, – сказала Конфетная мама.

Аусма надела носок цвета шарлах и жонкилевый, встала на ноги и посмотрела по сторонам, словно прислушиваясь к своим ощущениям.

– Ага, вот, наконец-то я нашла то, что искала! – обрадовалась Конфетная мама. – Скажите, а кто из вас стащил все конфеты из буфета?

– Это я вчера их съела! Ой, зачем же я призналась? – схватилась за голову Эмилия.

– А кто из вас нарисовал курицу фломастером на обоях в нашей комнате? – продолжила мама.

– Это я сделал, – тут же ответил Маркус. – Ох, почему я это сказал?

– Потому что сейчас на мне носки, которые заставляют всех, кто стоит рядом, говорить правду, – пояснила Конфетная мама. – Я их как-то раз надела, вот и запомнила.

– Как будем действовать дальше? – спросил папа Ивар. – Какой у нас план?

– Делаем музыку погромче и начинаем бой подушками. Тот, кто сможет в меня попасть, получит шоколадку! – воскликнула мама и первой запустила в детей подушкой.

Детей уговаривать дважды не пришлось. Маркус схватил большую подушку и запустил её в Маруту. Та не осталась в долгу и кинула её в брата, но промахнулась и попала папе по голове. Эмилия запустила сразу две подушки – одну в маму, другую в Маркуса.

– Ага, промазала! – кричал Маркус, прыгая по дивану.

– Попал! – кричал папа Ивар.

– Мимо! – радовалась Эмилия.

Битва подушками была в самом разгаре, когда раздался оглушительный крик с верхнего этажа:

– Всё, моё терпение лопнуло, я вызываю полицию!

Это кричала фрау Штрудель. Она была в ярости.

– Алло, полиция, срочно приезжайте к кондитерскому магазину «Трюфелька»! – кричала в трубку фрау Штрудель. – Вы спрашиваете, что случилось? Мои соседи устроили в доме форменный бедлам – пол, потолок и стены скоро рухнут. Стены трясутся, подушки летают, дети кричат, собака лает – вам разве этого мало? Это безобразие, мои фикусы в смертельной опасности!

– Ну как? – спросила Агата Юханссон. – Что сказали в полиции?

– Сейчас будут, – потирала руки