Все это кончилось тем, что на деньги, данные матерью и майором на билет и питание, он купил несколько книг.　

„Дойду до магистрали, а там „проголосую“, — подумал он, рассматривая оставшийся рубль.　

Лейтенант узнав, что Петя остался без денег, пожурил его и предложил деньги на билет, но мальчик категорически отказался. Тогда лейтенант вывел его на улицу, от которой начиналось шоссе до магистрали.　

— До свидания, Петя!　

— До свидания, товарищ лейтенант!　

Бодро и легко шагал Петя, на душе было весело, хотелось петь и он стал насвистывать мотив песенки: „Легко на сердце от песни веселой“. Вспомнил прошедшие дни, разговор с майором, и вдруг его словно жаром обдало. Он посмотрел на книги и подумал: „Дома будут расспрашивать, откуда взял деньги на книги. Ведь мать дала ему денег гораздо меньше, чем они стоили. Это может вызвать подозрение у Нечкина. Припрячу пока где-нибудь“.　

Через два часа он вышел на магистраль. Здесь на перекрестке стояли люди и ждали попутных машин. Когда Петя подошел ближе, он увидел деда Дмитрия.　

„Вот попался“, — подумал он, чувствуя, как горячая кровь приливает к лицу.　

— Дедушка, здравствуй! Насилу нашел тебя! Где это ты затерялся? — обратился он к деду, предупреждая встречный вопрос.　

В глазах старика засветились искорки радости, он погладил Петю по голове, хотел что-то сказать или спросить, но в это время подошла машина, засуетился народ, и они полезли в кузов.　

Вместе добрались до первой бригады своего колхоза, откуда до Дубровки было не более трех километров.　

Мать расцеловала сына. Скоро пришел жилец и пожал ему руку, как взрослому.　

— Теперь болеть нельзя, до занятий несколько дней осталось.

— Здорово спать хочется. Мама, я прилягу, — взглянул на жильца и добавил: — Седьмой класс — не шутка.　

Лицо Нечкина было улыбчивым. Он в упор посмотрел на мальчика и сказал:　

— Я хотел пригласить тебя на дежурство в ригу, да ты очень устал с дороги. Придется одному скучать. Впрочем, возьму с собой Дыша, ты не возражаешь?　

— Дыша хотите взять? Возьмите, — ответил Петя и отвернулся, укладываясь спать.　

Во время отсутствия Пети в Дубровке произошло неожиданное событие: приехал на четырех трехтонных автомашинах сборщик металлолома с рабочими. Ребята с большим интересом наблюдали, как пламя автогена, словно острый нож, разрезало металл на куски. Весь лом был уложен на автомашины и вывезен. Рабочая площадь риги расширилась.

ВРАГ У ЦЕЛИ

В сумерки Нечкин направился в ригу. Шел он по улице медленно. За ним на поводке, упираясь, тянулся Дыш. Пес не пошел бы, если бы не приказал Петя, который сам отдал поводок в руки жильца. Так они и прошли на виду всей деревни. Это видели следопыты, и это особенно взволновало Илюшу. Он прибежал к Пете и с укором набросился на него:　

— Зачем отдал Нечкину Дыша?　

Петя успокоил друга:　

— Если Нечкин сам сушит овин, притом взял Дыша с собой, это значит, что вода не зальет.　

— Петя, а ты знаешь, что сегодня приезжали из города и забрали из риги весь лом? — и Илюша рассказал, как работали рабочие, а ребята помогали им.　

— Постой! — прервал его Петя. — Не здесь ли открывается тайна? — Огнем вспыхнула мысль: „Нечкин взял с собой Дыша и прошел с ним на виду всей деревни для того, чтобы никто посторонний не зашел в ригу…“　

— Кто сегодня дежурит в риге? — спросил он Илюшу.　

— Ваня и Шура.　

— Дойди до них и скажи, чтобы в ригу не ходили. Затем Петя загадочно шепнул — Сегодня на дежурство выйдем мы — ты и я.

К вечеру погода изменилась. С запада подул ветер. Тучи нависли и закрыли небо. Темнота　сгущалась, а шум ветра делал неслышными движения человека на расстоянии нескольких шагов.　

В полночь Петя и Илюша подошли к риге с подветренной стороны, прислушались. Осторожно сжимая в руках по железному шкворню, они легли у стены. Из риги слышались приглушенные голоса, звуки падающих комьев земли. Ребята продвинулись вдоль стены. В одном месте сквозь паз мелькнул огонек.　

— Роют, — шепнул Петя, — свет фонаря направлен на то место, где копают, смотри!　

Илюша прильнул глазами к щели: копали двое, лиц их не было видно, они быстро нагибались и выбрасывали землю.　

Петя расковырял ножом вторую щель. Копающие были одеты в какие-то необыкновенные блестящие халаты, на головах — противогазы.

Ребята застыли на месте. Волнения и переживания последних дней — все слилось в эту минуту в острое ожидание. Они забыли даже друг о друге, о времени, не ощущали, как крупный дождь застучал по крыше и сквозь прогнившую доску у застрехи заструилась холодная вода прямо за воротник, по плечам и спине.　

Копающие, видимо, спешили — лопаты все чаще мелькали, выбрасывая комья земли. Один поднялся, освещая яму электрическим фонарем. Сладковато-приторный запах проник в щель, ребята задохнулись и вынуждены были отползти от стены.　

— Трупный запах, — шепнул Петя. Он достал из кармана носовой платок. — На, смочи в воде, дыши через него…　

В риге между тем закапывали разрытую яму. Отдышавшись, ребята снова прильнули к щели. Они ясно видели, как один из копающих держал в руках плоский металлический футляр белого цвета и встряхивал его. Глухой возглас удовлетворения донесся до ребят. Тот, что встряхивал, направился к овину и вернулся с лестницей, приставил ее к стене, второй забрался по ней на матицу и по соломе к самой крыше. Там он пробыл недолго и спустился вниз. Затем они быстро засыпали яму, разровняли землю, набросали на нее мякины и обмолоченных снопов, погасили фонарь и направились к овину. Ребята кинулись в ту же сторону. Почти рядом с ними из ворот вышли на улицу те двое.　

— В такую непогодь с печки канатом не стянешь. Подышим свежим воздухом и обмоемся в Днепре…　

К своей радости, ужасу и удивлению мальчики узнали голос Нечкина. Кто был второй, осталось неизвестным для ребят.　

Когда их шаги не стали слышны, изрядно перетрусивший Петя шепнул Илюше:　

— Теперь не скоро вернутся. Надо Дыша найти.　

Они вошли в ригу, приторный запах стоял там.　

— Посторожи, а я в лаз, — шепнул Петя. — Он спустился в яму, там было темно, лишь чуть заметно золотилось несколько угольков. Мальчик раздул их, достал из кармана клочок бумаги, свернул