Мы с Горти не успели ответить. Хозяйка взяла чайник, разлила по чашкам жидкость слабо-коричневого цвета и продолжила:

— Звонок в калитку! В домофон глянула — стоит женщина. Среди соседей по поселку таких нет. Задала вопрос: «Вы к кому?» Она ответила: «К Татьяне Сергеевне Леоновой по делу». Я решила, что тетке срочно нужна обновка, а в ателье все заняты, вот она и прикатила ко мне. Дело было летом, тепло. Я к ней вышла, спросила: «Чем могу помочь?» Приготовилась услышать «вот прямо к завтрашнему дню сшейте платье», а тетка и говорит: «Простите за беспокойство, может, я не туда приехала… Я ищу Алену Петровну Кузнецову. Мне сказали, вы с ней дружите. Подскажите, как ее найти».

Татьяна положила себе в чай сахар и начала его размешивать.

— Нет бы мне спросить, зачем ей Алена, а я рот разинула, брякнула: «Ничем помочь не могу. В последний раз мы виделись, когда она в Москву уехала в институт поступать. Где живет и как ей позвонить, не знаю». Женщина мне визитку дала, попросила: «Если Кузнецова объявится, попросите ее мне набрать». И все.

— Визитку сохранили? — тут же поинтересовалась Гортензия.

— Да, — кивнула хозяйка коттеджа. — Но Аленка о себе знать ни разу не дала.

— Можно нам посмотреть карточку? — попросила я.

— Сколько? — задала вопрос Леонова.

Я решила, что Татьяна почему-то осведомилась о времени, которое мы потратим, разглядывая визитку, и ответила:

— Всего пять…

«Минут» произнести не удалось.

— Ой, посмотрите на них! — всплеснула руками хозяйка. — Да вы что?! Пять!.. Двадцать пять! Хотя нет, тридцать!

— Полчаса рассматривать картонный прямоугольник? — заморгала я. — Зачем?

— Мы просто запишем номер… — добавила Горти.

— Меньше чем за тридцать тыщ ничего не увидите, — ласково улыбнулась Татьяна. — Если нет налички, можете на телефон бросить.

Так речь не про время, а про деньги!

— Тащите, да побыстрее, — приказала Гортензия.

— Сначала деньги, — потребовала хозяйка. — А то посмотрите, цифры запомните, а мне не заплатите.

— А-а-а, — протянула Горти. — Вот интересненько! А есть ли у вас вообще такая визитка? А то получите денежки, а нам фига под нос!

Татьяна встала, подошла к буфету, вынула из него конверт, вытряхнула на стол груду карточек, выбрала одну и помахала ею в воздухе.

— Вот.

Гортензия показала на свою трубку.

— Деньги ушли.

Послышался тихий звук.

— Получила! — подтвердила Леонова и протянула мне визитку. — Можете фото сделать. Больше рассказать нечего.

Спустя несколько минут мы с подругой молча вышли в прихожую. Надев туфли, Гортензия вдруг спросила:

— Когда Алена заявилась к вам с двумя младенцами и попросила пожить в доме, пока она не найдет работу, какую сумму вы с нее потребовали за съем комнаты?

— Что вы такое придумали? Я не видела ее сто лет! У нее что, двойня родилась? Понятия не имею о жизни подруги детства! Я никогда не вру! Я честный человек! — обозлилась Татьяна.

Когда мы выехали на шоссе, я спросила у Горти:

— Почему ты подумала, что, убежав от гражданского мужа, Алена приехала к подруге детства?

— А куда бедолаге еще деться? — пожала плечами жена Жоры. — Денег у нее нет, на руках пара крохотных детей, знакомыми в Москве не обзавелась. Оставалось только к какой-нибудь доброй душе поехать.

Глава шестая

Зал ресторана украсили розовыми, голубыми и золотыми воздушными шарами. Вдоль одной стены тянулся стол с салатами и горячими блюдами, далее раскинулся бар, где дежурил парень в белых перчатках, он ловко наливал напитки в стопки, бокалы и фужеры. Рита сменила длинное белое платье на короткое, Коля снял пиджак и галстук.

Макс вручил молодоженам конверт.

— Говорите, чего больше всего хотите — того мы с Лампой вам пожелаем, и оно точно случится.

— Чтобы они разного пола были, — сказала Маргарита. — Мы пока не знаем, кто родится.

— О! — воскликнула я.

— Тсс! — шикнул Коля. — Не дай Бог моя мать услышит!

— Ага, — вздохнула Рита. — Она собралась простынь после первой брачной ночи на заборе участка повесить.

— Зачем? — заморгал Вульф.

— Чтобы все видели, что невеста сохранила невинность, — объяснила Рита. — Говорила же Коле, не зови мамашу! Не надо ей знать, что в ресторане отмечаем! Бросить на телефон фото страницы паспорта с печатью, и хватит. Так нет! Он решил ее пригласить! И что теперь делать? Она про простынь, свидетельство чистоты, без остановки талдычит!

Макс тихо рассмеялся.

— Любая проблема имеет решение. Коля, твоя мама отличит на вид кровь человека от куриной?

— Нет, конечно, — ответил новоиспеченный муж.

— И на анализ простынку не потащит! — подпрыгнула Рита. — Вульф, ты гений! Здесь шеф-повар…

— Митька Ростов, — перебил ее Николай. — Мой лучший друг. Он с хозяином поговорил, нам этот праздник по себестоимости обошелся.

— На горячее шикарные котлеты по-киевски, непременно попробуйте, — сказала Маргарита. — Сейчас все сделаю! Дадут мне кровушку! — И невеста метнулась к двери с табличкой «Служебный вход».

— Ну, Макс, ну, голова! — принялся восхищаться Коля. — Мать моя… ну, мама же! Но характер… О Господи!

— Что случилось? — насторожилась я.

Коля невежливо показал пальцем в центр зала.

— Она собралась тост говорить.

— Это нормально, — кивнул Вульф, — родители всегда на свадьбе речь толкают.

— М-м-м, надо предупредить Ритку, — простонал Николай и поспешил к двери, за которой скрылась его женушка.

Тут же в центре зала возникла дородная тетенька в платье, которое обтянуло ее, как кожура сосиску.

— Здрассти! Давайте познакомимся! — закричала она. — Я Евдокия Трофимовна Сытина, мать Николая. Заведую музеем народных традиций в городе Закслобинин. Хоть он и считается провинцией, наше население, в отличие от жителей столицы, чтит заветы предков. Свадьбу у нас играют по русским канонам. Музыка русская, танцы тоже. Здесь вы такое не любите, но надо провыть, иначе у молодых ничего хорошего не будет.

В зале стало тихо. Ведущий кашлянул, потом старательно улыбнулся.

— Провыть? Как волки? У-у-у!

Все рассмеялись. Евдокия топнула.

— Если не знаете, то и нечего хохотать! В прежние времена женились навсегда и жили счастливо. А почему? Потому что соблюдали обычаи! Потом выть перестали, и пошла фигня! Колька, Ритка, вы где? Эй! А ну сюда!

Дверь с табличкой «Служебный вход» приоткрылась, и появилась Маргарита, за ней шел Николай.

— Встали на середину! — велела мать жениха. — Взялись все за руки! Начинаем ходить и выть! Давайте, давайте! Шевелитесь! Все-все поднялись! Никто не сидит!

Присутствующие образовали круг.

— И-и-и! — визжала директор музея. — Во саду или в огороде невесту