- Алло? - ответила я с опаской.

- Александра Леонидовна, это я, - донёсся тихий голос Марины. - Я согласна. Мой ребёнок будет донором для Андрея.

Волна облегчения и радости накрыла меня с головой. Ноги стали ватными, и я рухнула в кресло.

- Милая, родная, золотая! Спасибо! Я буду молиться за тебя всю жизнь! - выдохнула я, едва сдерживая слёзы.

- Но у меня есть условие, - холодно прервала меня Марина.

- Какое? - я насторожилась.

- Вы дадите мне адрес Романа. Вы же знаете, где он живёт?

- Знаю, - ответила я, внутренне радуясь, что отделалась такой малой ценой.

- Диктуйте! - приказала Марина, и я услышала шорох - возможно, она взяла блокнот.

- А какие гарантии, что после родов ты не передумаешь? - проигнорировала я её требование.

- Гарантий нет, - сухо хмыкнула она. - Только моё слово.

- Мне нужно быть уверенной, что ты его сдержишь, - твёрдо сказала я. - Поэтому адрес получишь только после операции.

- Да вы с ума сошли! - вспыхнула Марина. - К тому времени он и думать обо мне забудет!

- Зато он не сможет уговорить тебя на аборт или заявить, что ребёнок не его, - парировала я.

- Но за эти месяцы я и сама смогу его найти! - уже без прежней уверенности возразила она.

- Зачем тебе лишние трудности? - не отступала я.

- Может, вы и правы…

- Значит, договорились?…

- Договорились, - нехотя пробормотала Марина и положила трубку.

- Ну ты и дипломат! - восхищённо произнёс Миша. - Молодец, быстро сориентировалась!

Я покраснела от его похвалы и поспешила сменить тему.

- Но мы же не прекращаем поиски другого донора, верно? - уточнила я.

- Конечно, - кивнул Миша, обнимая меня. - Но дело сдвинулось с мёртвой точки.

На следующий день я немедленно связалась с лечащим врачом Андрея и сообщила, что донор для трансплантации найден. Антон Семёнович объяснил, что в случае с новорождённым самое правильное и безопасное решение - использовать пуповинную кровь. Он уточнил, что необходимо заранее подготовить документы, материал соберут в роддоме, и его нужно будет официально передать в клинику для проведения необходимых анализов и подготовки к операции. Мы, не теряя времени, собрали все документы и принялись ждать, отсчитывая дни.

Глава 13

Прошло четыре месяца. Четыре долгих месяца, наполненных постоянной тревогой. Лето закончилось, наступила осень. Аня пошла в школу, я набрала больше учеников, Миша сутками пропадал на работе. Мы экономили на всём, откладывая каждую копейку на будущую операцию. Андрей по-прежнему находился в больнице под наблюдением врачей. Хотя таргетная терапия тормозила болезнь, его состояние медленно ухудшалось. Я вычёркивала дни в календаре, отсчитывая время до родов Марины. Мы не жили эти месяцы - мы существовали, просто переживая их.

Через день то я, то Миша носили Марине сумки с фруктами, соками и йогуртами. Если поначалу она смущалась и отнекивалась, то теперь вовсю капризничала. На прошлой неделе она скривилась при виде яблочного сока и потребовала вишнёвый. Мне пришлось снова бежать в магазин.

Недавно она сделала УЗИ и, позвонив, похвасталась, что у неё будет мальчик. Мы общались часто, но прежней теплоты между нами не осталось. Раньше Марина и её семья казались мне интеллигентными и порядочными людьми, но сейчас я поняла, что ошибалась. Впрочем, разочаровываться в людях для меня было не впервые.

По ночам меня преследовали кошмары. Я просыпалась в ледяном поту и подолгу лежала без сна, следя за полосами света от фар, скользившими по стене. Сны были пугающе реальными: звонок врача с известием о смерти Андрея, роды Марины, где ребёнок появлялся на свет мёртвым, её ледяной голос, отрекающийся от данного слова.

В то утро, проводив хныкающую дочь в школу и хмурого мужа на работу, я застыла перед зеркалом, с тоской разглядывая своё отражение. Переживания оставили на мне неизгладимый отпечаток. У глаз расходилась сеточка морщин, на лбу залегли две глубокие складки - мне даже пришлось отпустить чёлку, чтобы скрыть их. У висков поблёскивало пару седых волосков.

Тяжело вздохнув, я принялась приводить себя в порядок. Через час у меня занятие, а до него нужно заскочить в магазин и отвезти продукты Марине.

Осень выдалась удивительно тёплая. Был уже ноябрь, а деревья всё ещё не сбросили свой огненный наряд. Выйдя на улицу, я на мгновение подставила лицо ласковому солнцу и зажмурилась. Его лучи падали на листья, и те вспыхивали, словно живые.

Поймав такси, я доехала до дома Марины, заскочила в супермаркет и, набрав привычный набор продуктов, направилась к её подъезду. Только я открыла тяжёлую дверь, как из своей будки выскочила консьержка и бросилась ко мне.

- Александра Леонидовна, беда-то какая! - запричитала она, прижимая руки к груди. - Маринку на скорой увезли!

- Как? Что с ней?

У меня похолодело внутри, пакет с грохотом вывалился из рук. Яблоки, груши и бутылки с соком покатились по грязному полу.

- Тут такое было! - всплеснула руками женщина, начиная судорожно собирать продукты. - Маринка, видимо, нашла отца ребёнка. А он женатый оказался! И вот является с утра эта самая жена, вся такая холёная, на каблуках! - тараторила консьержка, запихивая в пакет помятые фрукты. - На меня рявкнула, когда я спросила, к кому, в лифт вскочила. А я по лестнице - мне же надо знать! Только подбегаю, а она уже в дверь Маринкину звонит. Та выходит, и началось у них… Такие слова летели, что у меня уши вяли! А потом эта… как толкнёт Маринку! Та не удержалась и кубарем вниз… Без сознания, а из-под юбки кровь… Я так и остолбенела! А та - в лифт и была такова. Я скорую вызвала и Татьяне позвонила. - Консьержка протянула мне перекошенный пакет. - Только бы с ребёночком ничего… - сокрушённо добавила она.

Ноги подкосились, и я рухнула на холодную ступеньку. Ужас, густой и ледяной, сковал всё тело. Негнущимися пальцами я достала телефон и набрала Татьяну. Она ответила сразу, в её голосе слышалась паника.

- Как Марина? Что с ребёнком? - выдохнула я.

- Родила, - проговорила Татьяна. - Схватки начались ещё в машине. Мальчик, недоношенный… Но врачи говорят, шансы есть!

- А Марина? - нетерпеливо перебила