Сообщение, нацарапанное на поляроидах, которые я нашла в своей кровати – ОНА УБИЛА ИХ ОБОИХ, – повторялось в моей голове.

Я с самого начала знала, что это ложь, но теперь получила этому подтверждение: Мисс 2001 была весьма жива – и, похоже, участвовала в подставе моей тети. Мой желудок скрутило. Я доверяла этой женщине, а она предала самого близкого мне человека.

Затем я отправилась в ванную Кэти Гилман. На краю душа висели чулки, бюстгальтер и пижама. На туалетном столике лежали щипцы для завивки, выключенные, но вставленные в розетку. Рядом с раковиной были разбросаны косметика, духи и увлажняющие средства.

К задней стороне двери ванной был приклеен список на листе разлинованной бумаги, явно вырванном из желтого блокнота. Это был список дел, написанный от руки почерком с наклоном.

Встреча с Деанной по маркетингу

Савилла – идеи для приветствий?

Напомнить ДжиДжи отправить благодарственные письма спонсорам

Обновить учетные записи Дворца Роз

Хм… Непохоже на список, который может составить владелец бутика. Больше похоже на список дел для персоны уровня мистера Финча.

Мусорный мешок был заполнен рваными кусками желтой бумаги. Я наклонилась поднять их, поставила корзину на стойку и вынула кусочки сверху, прижав их к краю раковины. Страницы были разорваны и выброшены, но их легко можно было составить воедино.

Я быстро собрала их в правильном порядке, и получился следующий текст.

«Я сожалею о том, что сделал с Мисс 2001. Я получаю то, что заслуживаю, от человека, забравшего ее корону. Настоящим драгоценностям моей жизни…

О боже! Я слышала эти слова раньше. Из уст Савиллы, когда она зачитала письмо своего отца на весь бальный зал. Разница была лишь в том, что это письмо было неоконченным, и по краям значились отдельные слова, повторяющиеся в различных итерациях: «сожалею» с петлеобразным «ж» и «драгоценностям» с нависающим «д». Как будто кто-то тренировался, чтобы слова выглядели правильно.

Я вытащила следующий лист бумаги и еще один, расставляя их так, чтобы сообщения были не совсем законченными. Разные варианты написания букв по краям повторялись снова и снова.

Я подняла одну из бумажек рядом со списком дел, сравнивая почерк. Почерк не совпадал точь-в-точь, но был достаточно похожим, чтобы обмануть меня на расстоянии. Но обмануть Савиллу и Гленду Финч вблизи?.. Сильно сомневаюсь.

Кэти Гилман написала эти письма, используя список дел мистера Финча, чтобы имитировать его почерк.

Я сорвала список со стены, схватила обрывки бумаги, бросила их в сумку доктора Беллингема и сунула ее под мышку. Это вместе с поляроидными снимками было красноречивым доказательством того, что Кэти была вовлечена в заговор. Ну или, по крайней мере, я подобралась к этому настолько близко, насколько могла.

Когда я повернулась, чтобы уйти, заметила кое-что на полу. В углу двери лежала золотая туфелька на высоком каблуке со стразами, идущими почти по каждому дюйму ткани. Это была вторая половина пары, которую мы с Джеммой и Саммер нашли в туннеле вчера вечером. Каблуки, которые Савилла украла из мамочкиного шкафа. Я слышала, как она произносила эти самые слова в мой первый день здесь.

Мамочка. Савилла Финч знала, что ее мать – Кэти Гилман, и она носила золотые, очень подозрительные каблуки этой женщины.

Вот и нашелся второй хрустальный башмачок Золушки.

Тридцать восемь

Я заметила шерифа в галерее цветов и подбежала к нему.

– Хороший купальник, – сказал он, оценивающе глядя на меня.

– Я сделала его сама из изоленты и суперклея, – пошутила я. – У меня всего минута, но мне нужно тебе кое-что показать.

Он огляделся по сторонам и провел меня за стеклянную витрину через дверь, которую было едва видно. Мы оказались в небольшой комнатке со шкафом, заполненным посудой и принадлежностями для напитков.

– Кладовая дворецкого, – пояснил он. – Согласно чертежам, на первом этаже есть еще две таких.

Он указал на предметы, которые я принесла с собой, и спросил:

– Что это?

– Я нашла это все в комнате Кэти Гилман, – сказала я, раскладывая улики перед ним, как жертвоприношение, и по ходу дела объясняя, что к чему.

Когда я закончила, он вытащил свою рацию и потребовал присутствия двух своих офицеров, прежде чем начать фотографировать улики.

– Хорошая работа, – наконец заключил Чарли, и его ореховые глаза устремились на меня. Я была почти уверена, что он намеревался поблагодарить меня как следует, но это должно было подождать.

Я поспешила обратно переодеваться в свое бальное платье и, когда последовала за другими дамами на сцену для объявления королевы Столетия, думала только о Кэти Гилман. О Кэти, держащей кольцо – вероятно, ее собственное кольцо судьи – и позволяющей шерифу взять его в качестве улики против моей тети. Я представляла себе Кэти, поднимающую свой бокал на ужине в стиле Позолоченного века во время тоста за правосудие. Я представляла, как она изучает почерк мистера Финча. Я практически могла видеть, как она избавляется от улик в задней части поместья. Мой пульс участился, а мышцы напряглись, когда я осознала масштаб обмана, который эта женщина использовала, чтобы одурачить нас всех.

– После непростого обсуждения между судьями, – начала тетя ДиДи, стоя в центре сцены, – у нас наконец-то есть три претендентки на участие в финале конкурса Дворца Роз этого года.

Легкие аплодисменты. Мое сердце забилось в ровном ритме, который нарастал с каждой секундой.

– Эти женщины воплощают основные принципы нашего конкурса, – продолжила тетя. – Уверенность, манеры и взаимодействие с окружающими – и да, они отлично смотрятся в своих костюмах. Каждая из трех женщин, которых я собираюсь попросить выйти вперед, заберет домой один из главных призов в сегодняшнем конкурсе.

Снова аплодисменты. У меня пересохло во рту.

– А теперь, дамы, пожалуйста, выходите, когда я назову ваше имя.

Все мы рассыпались по сцене, пока музыка гремела из динамиков, и я пыталась сдержать гул в груди. Саммер стояла со слезами на глазах и сжав руки, а выражение лица Джеммы казалось почти обнадеживающим.

Пока они думали о своих перспективах, мое внимание было разделено между предвкушением потенциальной победы и