- Умница моя! - Миша поцеловал меня в макушку. - Видишь, ничего криминального. Я пробыл у неё от силы полчаса, успокоил и уехал. Так что не выдумывай. Я её видеть не могу и мечтаю, чтобы она снова исчезла из нашей жизни. - Он отстранился и посмотрел мне прямо в глаза. - Я люблю тебя, Сашка. Понимаешь? И ни на кого никогда не променяю.

Я зарыдала - истерично, навзрыд. Потом повисла на его шее, не обращая внимания на следы туши на белой рубашке.

- Я всё время жду подвоха! - всхлипывала я, размазывая слёзы по лицу. - Мне так сложно доверять! Я люблю тебя до ужаса! И тебя, и Андрея! Я просто умру без вас!

Миша успокаивающе гладил меня по волосам, и вскоре стало легче. В груди будто что-то разжалось, а слёзы постепенно высохли.

Дождь наконец прекратился. Первые лучи солнца выглянули из-за туч, осветив мокрую листву. Я взглянула на окно и улыбнулась: так же и моя надежда на счастье несмело выглядывала из-за тучи проблем. Гром ещё гремел, но гроза отступала. В открытую форточку потянуло свежестью, и я вздохнула полной грудью.

- Андрей назвал меня мамой, - наконец сказала я главную новость, не поворачиваясь к мужу, прижимаясь к нему спиной.

Он несколько секунд молчал, а потом подхватил меня на руки.

- Я никогда в этом не сомневался! - улыбнулся он, целуя меня. - Ты - лучшая мама на свете.

Спустя два дня мы с Мишей сидели в кабинете Антона Семёновича в ожидании приговора. Он должен был сказать, подойдут ли клетки Леры или Романа для операции. Врач долго рылся в бумагах, наконец сложил руки на столе и изрёк:

- Клетки матери абсолютно не совместимы с клетками Андрея. А вот материал отца имеет шанс прижиться, но вероятность всего пятьдесят процентов, а это довольно мало. У вас два пути. Рискнуть и сделать операцию с клетками отца - но результат непредсказуем. Или заняться поисками неродственного донора. Время у нас ещё есть: таргетная терапия дала результат, болезнь приостановлена. Решение за вами.

- Я думаю, нужно попробовать найти донора, - решительно сказал Миша, взглянув на меня.

- Мы не хотим рисковать, - добавила я.

- Что ж, будем искать! - Антон Семёнович потёр ладонь о ладонь. - На этом всё, вы свободны.

- Спасибо, - кивнула я и первой вышла из кабинета.

К Андрею мы решили заехать вечером, так как оба опаздывали на работу. У меня сегодня впервые за долгое время было занятие у Марины. Накануне я позвонила ей, чтобы решить, будем ли мы работать дальше. Девушка с радостью согласилась.

Попрощавшись с Мишей, мы разошлись в разные стороны.

- Здравствуйте, Александра Леонидовна! - широко улыбнулась Марина, открывая дверь. - Как я рада вас видеть! Я так соскучилась!

- Здравствуй, дорогая! - Я поцеловала девушку в щёку. - Как ты? Как родители?

- Всё отлично! - воскликнула она. - Мама уже вышла на работу, а папа пока дома. Давайте я вас с ним познакомлю!

Не дожидаясь моего ответа, она схватила меня за руку и потащила в спальню родителей. На кровати лежал невысокий лысоватый мужчина с узкими глазами и большими пухлыми губами.

- Пап, знакомься! - весело проворковала Марина, влетая в комнату. - Это Александра Леонидовна, мой репетитор по русскому! Безумно хорошая женщина, она мне очень помогала, пока мама была в больнице. Прошу любить и жаловать!

- Мариш, не смущай меня, - с улыбкой сказала я и повернулась к мужчине. - Очень приятно.

- Взаимно, - улыбнулся он в ответ. - Аркадий Сергеевич.

- Ладно, папуля, отдыхай! - Маринка снова потянула меня за руку, на этот раз в свою комнату.

- А ты сама как? - спросила я, усаживаясь за стол.

- Нормально, - пожала плечами Марина, вращаясь на компьютерном кресле. - Вчера была на УЗИ. Сказали, малыш развивается хорошо. Определили точный срок - десять недель.

- Поздравляю! - искренне улыбнулась я и, понимая, что лезу на опасную территорию, всё же спросила: - А отец ребёнка? Не объявлялся?

- Нет.

Лицо Марины помрачнело. Она повернулась к компьютеру и нажала кнопку включения.

- Но я сама его нашла. Проделала титаническую работу - ведь знала только имя и возраст. Теперь хочу выяснить адрес и съездить поговорить. Понимаете, я люблю его, - неожиданно вырвалось у неё. Я не хочу рушить его семью, если он, конечно, действительно женат. Но он мог и соврать, правда? - в её голосе звучала надежда.

- Правда, - вздохнула я, не в силах её огорчить.

Девушка была ещё слишком наивна, чтобы понять: если мужчина бросил её один раз, ждать от него ничего хорошего не стоит. Но найти его было необходимо. Хотя бы для того, чтобы он помог материально.

- Хотите, покажу его? - встрепенулась Маринка. - Я никому не рассказывала о нём - ни маме, ни папе. Но вы… вы мне как подруга, я вам доверяю.

- Конечно, показывай! - Я подошла и обняла её за плечи.

Марина щёлкнула мышкой, загружая страницу. Через мгновение на экране появилась фотография. От неожиданности у меня перехватило дыхание.

- Это он? - прошептала я, чувствуя, как холодеют ладони.

- Да, - кивнула Марина и насторожилась. - Что-то не так?

Я не отвечала, не в силах оторвать взгляд от монитора. С фотографии на меня смотрел, улыбаясь и поднимая бокал шампанского. … Роман.

- Что с вами? - встревоженно вскочила Марина, заметив мою бледность. - Вы его знаете?!

- Нет… то есть… - Я с трудом отвела глаза от экрана, пытаясь взять себя в руки. - Как его зовут?

- Рома, - подтвердила мои худшие догадки Маринка, бросая на фотографию влюблённый взгляд. - Вы ведь его знаете, да?

- Нет, впервые вижу, - соврала я.

Поняв, что ни о каком занятии речи быть не может, я принялась лихорадочно сгребать в сумку разложенные по столу книги и тетради.

- Марин, прости, я тут вспомнила про одно срочное дело! Я завтра приду! - выпалила я на одном дыхании и бросилась к двери, оставив ученицу в полной растерянности.

Словно метеор, я пролетела мимо изумлённой консьержки, выскочила из подъезда и оказалась под палящим солнцем. Прижимая сумку к груди, я заметалась по тротуару, не зная, куда бежать. В голове билась какая-то неоформленная важная мысль, но ухватить её не получалось. Подбежав к ларьку, я купила бутылку воды и залпом осушила её. Ледяная жидкость обожгла горло, но в голове наступила ясность. Усевшись в тени, я несколько минут приходила в себя, а потом поехала домой.

День пролетел незаметно. Я занималась какими-то делами по дому, разговаривала с дочерью, но все мысли крутились только вокруг Марины. Из-за этого я даже не поехала к Андрею, попросив мужа просто передать ему привет и поцелуй. Что-то в этой истории не давало мне покоя, какая-то деталь, которую я не могла уловить. Вечером, когда вернулся Миша, я не решилась ему всё рассказать - по крайней мере, пока не пойму, имеет ли это к нам какое-то отношение.

Около одиннадцати мы легли спать. Сон не шёл, и я, включив ночник, взяла с тумбочки книгу. Неожиданно она меня так увлекла, что я впервые за долгое время смогла отвлечься от реальности, с головой уйдя в вымышленный мир. Миша тоже не спал. Он лежал ко мне спиной, укрывшись от света одеялом, но постоянно ворочался и тяжело вздыхал.

- Не спится? - наконец не выдержала я, откладывая книгу.

- Да… - нехотя признался он, присаживаясь на кровати. - Всё думаю, где нам найти донора и сколько на это уйдёт времени.

- Нам остаётся только надеяться на лучшее, - обречённо заключила я, прижимаясь к его плечу.

Миша помолчал, потом покосился на меня и неожиданно выдал:

- Саш, а давай родим ребёнка!

- Что?! - Я чуть не поперхнулась.

- Ну а что такого? - пожал плечами муж. - Я давно об этом думал. Почему бы и нет?

- Ты что, заранее смирился со смертью Андрея и решил найти ему замену? - вспыхнула я от гнева.

- Да при чём тут это?! - вспыхнул Миша. - Как ты вообще можешь такое говорить!

- Тогда зачем? Почему именно сейчас ты об этом заговорил?

Мы вместе полтора года и ни разу не обсуждали детей, он развёл руками. - Почему?