Из одежды Воан предпочитал темно-синие шерстяные костюмы-двойки, безупречно сшитые по фигуре. Не мешок, но и не в обтяжку, как у модника. Как раз чтобы быть на коне. Во всех смыслах. Сегодня он надел тщательно выглаженную рубашку цвета слоновой кости. А поверх рубашки пустил тусклый винный галстук. Кровь и кости, дамы и господа.

В бело-голубых глазах Воана, почти как у кельтского друида, отражался внутренний огонь.

— А вы, собственно, кто? — Охранник облизал губы.

Воан сунул ему под нос раскрытое служебное удостоверение.

— Так что там, пес? Это ты разнюхал, где труп воняет? Мне несказанно повезло, ежели так. Потому что в таком случае я задам тебе пару вопросов и преспокойно въеду. Но ты, по ходу, нихрена не запомнил, да? И это состояние длится с момента твоих родов, угадал?

Охранник заморгал. Его мозг пытался отсортировать вопросы от оскорблений.

Воан не исключал, что охранника заклинило на информации из служебного удостоверения. Как правило, для замыкания хватало должности Воана. Но вот его фамилия вкупе с отчеством вгоняла людей в еще больший ступор.

— Начнем с чего попроще, малой. Ворота — они закрываются?

— Что? — Охранник попытался взять себя в руки. — Э, да, конечно. Достаточно нажать на кнопку пульта.

— Так запри их, осподи. И пошевеливайся. Нам ведь не нужны шныряющие туда-сюда мигранты с ножами?

Охранник скрылся в домике на въезде. Воан огляделся.

Территорию «Дубового Иста» отличал зверский аппетит. У леса было отожрано не меньше трех гектаров. Воан насчитал десять зданий. Без труда опознал центральное — широкое, с несколькими крыльями. С воздуха наверняка напоминает паука, наложившего лапы на эти земли.

Его внимание привлек какой-то технический домик, у которого стоял мужчина в комбинезоне, завязанном рукавами на поясе, и в кепке-шестиклинке. Кожа этого человека лоснилась особым подкопченным блеском. Он разговаривал с девушкой. Она показала пакет и что-то передала. Мужик принял подачку и только после этого взял пакет.

По лужайке прогуливались старшеклассники в школьных пиджачках. Все ждали своей очереди, чтобы подойти к мужчине и отдать ему какой-то сверток. Легкая морось скрадывала детали происходящего.

— Любопытно, черт возьми, — пробормотал Воан.

Он немного поглазел на водонапорную башню. Довольно старую, из красного кирпича. Остальное вполне отвечало духу современности. Одно из зданий украшал зелено-алый неоновый крест.

Воан перевел взгляд на административный корпус. Там стояли два полицейских и женщина с ярким зонтом. Воан посигналил им и помахал рукой.

Между тем шлагбаум опустился, а откатные ворота поползли на свое место. С них срывались гроздья капель. Вернулся запыхавшийся охранник. Слегка злой, но всё еще сбитый с толку. Он посчитал, что следователь посигналил именно ему.

— Тело. Кто его обнаружил? — упрямо повторил Воан.

На лицо охранника вернулась бледность. Он тут же позабыл, что злится.

— Ну, кто-то из ночной смены. Точно не знаю, но это не я.

— А ты из какой смены?

— Из ночной.

— Стало быть, тело мог обнаружить и ты?

Охранник отчаянно замотал головой:

— Но это не я, говорю же.

— Почему ты еще на работе, если уже день, а смена ночная? Во сколько она заканчивается?

Охранник пояснил: в десять вечера заступил на дежурство, а в шесть утра оно как бы закончилось. Как бы. Потому что случилось то, что случилось. И теперь он просто торчит на месте и следит, чтобы никто не покидал территорию. Его слова могут подтвердить записи с видеокамер.

Воан пожал плечами. До видеокамер он еще доберется.

— А пересменку отменила сама Устьянцева, — добавил охранник. — Это наш директор. Идите лучше ее дербаньте.

Воан посмотрел в сторону полицейских и женщины с зонтом:

— Мудрая женщина. И я бы отдал такое распоряжение, будь я убийца. — Воан сел в машину и высунул голову в окно. — Здесь есть какие-нибудь неучтенные ходы?

— Неучтенные?

— Да, именно что неучтенные. Будешь вешать мне лапшу, малой, и враз получишь дверцей. На этот раз садану по яйцам. Я найду способ.

Охранник замялся и потер лоб, счищая с него капли.

— Ну, такие периодически появляются. Тут есть калитки — их иногда забывают запереть. И еще подвал.

— Подвал? А что подвал?

— Вроде говорят, что через него можно как-то выбраться за периметр.

— Вроде? То есть ты не уверен?

— Ну, я так слышал. Сам-то не лазил.

— Ясно. Что еще слышал?

— Ну, иногда детишки роют подкопы. Забираются в кустарник и копаются там, как жуки. Подкопы делают. — Охранник приосанился. — Это, знаете ли, не остановить, как и не остановить молодость.

— Ошибаешься, — сказал Воан, — этой ночью молодость таки остановили.

Сглотнув, охранник кивнул и отошел.

Воан направил «дефендер» к трехэтажному учебному корпусу.

Здание было огромным и необъяснимо зловещим. Небо и лес брали его в жутковатую призму из серой зелени. В прочих зданиях угадывались оранжерея, пара общежитий и, конечно, медицинский центр — с таким-то неоновым крестом. Как будто детишки сняли городок в глуши.

Вдалеке расстилалось озеро с причалом. Там качались на волнах парусные шлюпки.

Припарковав «дефендер», Воан выбрался наружу и уставился на лес. Что-то не клеилось. Воану казалось, что убийца прячется снаружи, в этой мешанине из темно-зеленых цветов и влаги.

— Коллега? Вы там не заснули?

Воан обернулся.

Полицейские и женщина с зонтом ждали его на ступенях учебного корпуса.

Разумеется, окликнул Воана старпер с погонами полковника. Этот носил повседневную полицейскую форму, подразумевавшую работу в здании. С палитрой безнадеги разительно контрастировали его усы. Они были ярко-медными и пышными, как трубы праздничного оркестра.

Молодой и подтянутый лейтенант носил форму сотрудника патрульно-постовой службы. При виде нее у Воана сразу же зачесались руки.

— Вряд ли мы такие уж коллеги, — наконец проскрежетал он.

Подойдя ближе, Воан достал удостоверение и раскрыл его.

Взгляды троицы сошлись на буквах, а потом поднялись к лицу Воана. Лейтенант приоткрыл рот.

— Любишь поддать газку, сынок? — поинтересовался Усач. — Я видел, как ты наседал на бедного парня у КПП.

— Так пусть не играет на проезжей части. — Воан протянул руку женщине. — Можно просто Иван, если мое имя сбивает вас с толку. Мне без разницы.

— Как пожелаете, господин Машина. Устьянцева Галина Мироновна, директор «Дубового Иста» и ваш мозговой центр. Распоряжайтесь в свое удовольствие.

— А ведь я туда загляну, в этот ваш центр.

— Всегда рада. Только не заплутайте.

Воан с интересом посмотрел на нее.

Устьянцевой было под шестьдесят. Она напоминала Джоди Фостер. Но не из «Молчания ягнят», а скорее из последнего сезона «Настоящего детектива». Вдобавок эта женщина явно ценила каждую свою морщинку и умело подчеркивала их строгой улыбкой.

Как отметил Воан, ее