вроде бы едва-едва стукнуло семь. По местной легенде, детям так нравились блюда матери, что они соорудили на улице небольшой прилавок и продавали кулечки со вкусными острыми овощами, бобами, мясом и кукурузой. На самом деле, конечно, шла Великая депрессия, и дети, вероятно, голодали, как и остальные члены семьи. Но старая Оралия «Голди» Дорада была кухаркой от Бога, готовила просто отлично, бизнес рос и продолжал развиваться, переходя из поколения в поколение. Дом, в котором все началось, тоже увеличивался, но совершенно бессистемно. То к нему сбоку прирастало каменное строение, то над гаражом возникал дополнительный глинобитный этаж. На заднем дворе появился трейлер двойной ширины, где устраивали вечеринки и банкеты. На внешних стенах возникли муралы: некоторые из них были великолепными, а другие – откровенно плохими. Не менялись лишь рецепты да удовлетворение, которое испытывали те, кому довелось отведать приготовленных здесь блюд.

Внутри главного здания было темно, но не слишком уютно. Обстановка наводила на мысли о подземной тюрьме – конечно, если в таких тюрьмах украшают стены тележными колесами. В одном из углов лежала каменная плита, которая, пожалуй, выглядела бы гораздо уместнее где‑нибудь под открытым небом.

Лучшие места тут были за столиками у большого, почти средневекового камина, и Джоди порадовалась, что помощник шерифа Ромеро решила расположиться за одним из них. По другую сторону от утопленного в стену очага находился бар, где частенько шумели, а то и дебоширили, но сегодня, впрочем, ничего подобного не происходило: похоже, людям не захотелось выходить из дома в такую грозу.

Джоди волей-неволей заметила, что все вокруг уставились на них с Ромеро, когда они обменивались рукопожатиями, причем помощница шерифа поднялась для этого со своего места. Видимо, здешние завсегдатаи не очень понимали, как относиться к двум новеньким.

– Рада знакомству, инспектор Луна, – сказала Ромеро.

– Взаимно, и можете звать меня Джоди.

– А я Эшли. – Она улыбнулась, обе женщины сели, и Эшли наклонилась к Джоди: – Можно подумать, они никогда раньше не видели женщин-полицейских!

– Многие, скорее всего, и не видели, – усмехнулась Джоди.

– Ну, значит, придется им привыкать.

Официантка по имени Барбарита подошла к их столику с двумя стаканами воды со льдом и порцией виски, которую она поставила перед Джоди со словами:

– Добрый вечер! Инспектор Луна, мы заметили, как вы подъезжаете, и, надеюсь, у вас не будет возражений против шота вашего любимого виски за счет заведения. – Барбарита кивнула на бар.

Оттуда с улыбкой махала рукой сама Голди, которая в ответ на взгляд Джоди приподняла бутылку с этикеткой «Мертвец» и закричала на весь зал:

– Сделала, как ты любишь!

Джоди захотелось спрятаться.

– Мне бы не надо, я на дежурстве, – вздохнула она. – Но все равно спасибо.

Барбарита развела руками, но оставила бокал на прежнем месте.

– Что еще вам принести?

– Мне чаю со льдом, пожалуйста, – попросила Эшли.

– А я и водой обойдусь, – сказала Джоди.

Когда Барбарита удалилась, Эшли взяла бокал, понюхала и наморщила нос:

– Виски «Мертвец»?

– Это мой любимый бренд, портлендский, – объяснила Джоди. – Но не в рабочее время.

Эшли пожала плечами, залпом осушила бокал и скривилась, как большинство людей после восьмидесятиградусного напитка.

– Да, – протянула она, – это…

– Отличный виски? – подсказала Джоди.

– Ужасный, просто ужасный виски, – заявила Эшли.

Джоди ухмыльнулась:

– Вы просто, похоже, совсем ничего не понимаете в алкоголе.

Перекинувшись еще несколькими репликами о всяких пустяках, они перешли к делу. Им предстояло поделиться сведениями о расчлененке – о частях женских тел, которые они обнаружили.

* * *

Пока Джоди как можно деликатнее рассказывала, что ей известно о «Парнях Зебулона», а Эшли слушала, Лайл Даггетт у стойки бара смаковал вторую порцию неразбавленного виски. Он вовсе не собирался подслушивать, но за время службы в армии привык осмысливать разговоры, которые ведутся поблизости, а в данном случае его интересовала и тема беседы, и сама рассказчица. Лайл позволил себе третью порцию алкоголя, а потом, услышав, что Джоди принесли ее заказ навынос и ножки стульев его соседок загремели по полу, вытащил купюру и оставил ее на стойке. Потом нахлобучил шляпу так, чтобы ни у кого не возникло соблазна остановить его и попытаться втянуть в разговор, и последовал за женщинами к выходу. Придерживая дверь для помощницы шерифа, Джоди вдруг заметила, что Даггетт стоит прямо у нее за спиной и оправляет на себе куртку. Лайл тоже изобразил удивление.

– Жаль, я не знала, что вас увижу, – сказала Джоди. – Отложила для вас часть спинки и филея оленя, который мне по работе достался. В благодарность за овощи: они были просто отличными. Вы знакомы с новым помощником шерифа?

– Пока не имел такого удовольствия, – приподнимая шляпу, ответил Даггетт.

Джоди представила друг другу своих спутников, и те обменялись рукопожатиями. Эшли только что пришел вызов на ДТП, она извинилась за спешку и удалилась. Лайл вышел вперед и придержал дверь для Джоди. Дождь снаружи продолжал лить.

– Пока вы не уехали, – начал Лайл, – хочу попросить уделить мне совсем немного времени и ненадолго заскочить на ранчо.

Инспектор удивленно посмотрела на него, будто услышав неподобающее предложение.

– Лайл, сколько вы выпили?

– Недостаточно, чтобы наделать глупостей, о которых вы подумали, – парировал он, выглянул на улицу убедиться, что Эшли ушла, и, когда ее автомобиль проехал мимо, придвинулся ближе. – Я невольно подслушал ваш разговор про «Парней Зебулона». Думаю, один из них у меня в плену.

Глаза у Джоди расширились.

– Повторите, пожалуйста, – попросила она.

– Я могу держать его, сколько вам захочется, но подумал, что будет мило, если вы заедете с ним потолковать.

Джоди посмотрела на белый полиэтиленовый пакет с едой и вздохнула.

– Нужно отвезти заказ дочке с братом, пока не остыл. Но если вы уверены, что можете придержать этого типа, я заскочу с утра.

– Хорошо, – согласился Даггетт. – Правда, он исчерпал запасы моего радушия, потому‑то я и приехал сюда. И не прогадал.

Луна как‑то странно покосилась на него.

– Вы сказали, что он у вас в плену. Что конкретно это значит?

Лайл вновь нахлобучил шляпу, обаятельно улыбнулся и поднял воротник куртки, собираясь выйти под дождь без зонта.

– Он делал для меня кое‑какую работу на ранчо, и у нас вышло несколько разговоров, вот и все. Утром увидимся.

– Не возражаете, если я прихвачу помощника шерифа Ромеро? Мы сошлись на том, что этим делом должен в основном заниматься ее департамент, учитывая характер преступлений.

– Прихватывайте кого хотите, но, мне кажется, вы узнаете от пленника больше, если для начала приедете одна.

– Хорошо, я подумаю. У меня очень много вопросов, но день был долгим, и мне уже пора для