Варин дом напоминал пряничный домик. Не знаю, возникали ли такие ассоциации только у меня, но факт оставался фактом. Ярко-жёлтые стены, крыша из красной черепицы, голубые ставни, всегда открытые, и крыльцо того же цвета. Интересное сочетание, не правда ли? Но летом здесь было очень красиво. Варя обожала цветы, и с мая по сентябрь её двор пылал красками. Чего здесь только не было: от простеньких астр до причудливых заморских растений с непроизносимыми названиями.

У меня же всё иначе. Обычный деревенский дом, каких много в нашем посёлке, летом - лишь гладиолусы на клумбах. Цветы у меня почему-то не рост - видно, тяжёлая рука. Зато за домом раскинулся прекрасный сад: яблони, груши, вишни, черешня и рябина. Весной, когда всё это цветёт, красота неописуемая, а запах - одуряющий.

- Варюша, не сейчас! - Я остановила подругу, видя, как её распирает от любопытства. - Не при Аньке. Ей и так сегодня хватило. Приходи вечером - попьём чаю, тогда всё расскажу.

- А пирог клюквенный испечёшь? - глаза подруги загорелись.

- А как же диета? - удивилась я.

- Да ну тебя! - надулась Варя. - Не порти настроение!

- Ладно, извини! - Я примирительно похлопала её по плечу. - Будет тебе пирог!

- То-то же! - довольно улыбнулась Варя и крикнула: - Анька! Мама пришла!

Из комнаты вышла насупленная дочка с плюшевым зайцем в руках. По слегка опухшим красным глазкам я поняла - она плакала. Сердце сжалось. Для восьмилетнего ребёнка сегодняшнее событие - большой стресс. Как бы это потом не аукнулось.

После гибели Артёма мне было трудно объяснить дочери, почему папа не возвращается. Я не хотела обманывать её и давать ложные надежды. Поняв, что отца больше не увидит, Анюта замкнулась и перестала говорить. Совсем. Можете представить четырёх летнего ребёнка, который молчит? Не задаёт вопросы, а просто молчит! Я отвезла дочь в больницу, где, узнав подробности, посоветовали показать её психологу. Я послушалась, и через две недели Аня ожила.

Вот и сейчас я боюсь, как бы стресс не пробудил в ней тяжёлые воспоминания.

- Мам, Джек с тобой?

Дочь дёрнула меня за рукав, прерывая грустные мысли.

- Да, солнышко.

Я присела перед Аней, застёгивая пуговицы на её пальто.

- Всё в порядке?

- Да, - пожала плечами Анюта.

Но меня не обмануть! Моя «взрослая» дочь позволила мне о себе позаботиться.

- Анечка, - с внутренней дрожью проговорила я, - почему ты плакала?

- Мне было страшно.

- Почему?

- Потому что ты осталась в лесу, - всхлипнула Анюта, обнимая меня за шею. - Я думала, ты заразишься от той тёти и тоже умрёшь!

- Малыш, смертью нельзя заразиться! - ласково говорила я, гладя её по спине. - Обещаю, что умру, только когда увижу твоих внуков! Лет в сто!

- Правда? - Аня заглянула мне в глаза.

- Правда, - улыбнулась я. - Пойдём домой, будем пирог печь.

Варя молча наблюдала за нами, опёршись рукой на стол. Кивнув ей на прощание, я взяла дочь за руку, и мы пошли домой. Джек весело скакал рядом, и я заметила, как Аня улыбается, глядя на него. Облегчённо вздохнув, я зашла в магазин за продуктами для пирога.

- Да ты с ума сошла! - ахнула Варя, едва не подавившись пирогом, когда узнала про сумку.

Мы сидели на кухне, пили французское вино (по крайней мере, так было написано на бутылке) и ели пирог. Анютка, уставшая за день, уже спала. В доме стояла тишина.

- Сама не знаю, как так вышло… - промямлила я, вертя в руках бокал. Я чувствовала себя полной дурой.

- Ну, Сашка, умеешь же ты влипать в неприятности! - покачала головой подруга, откусывая огромный кусок пирога.

- Почему сразу неприятности? - вяло возразила я. - Завтра отвезу сумку и забуду, как страшный сон!

- Ох, не думаю, что всё так просто! - заявила Варя. - У меня плохое предчувствие!

- Да перестань! - вдруг обиделась я. - Чего раскаркалась?

Всё будет хорошо!

Варька лишь фыркнула, продолжая уплетать пирог.

- Слушай, Сашка, - вдруг заговорила она, таинственно понизив голос, - а где сумка-то?

- В коридоре, в шкафу.

- Сегодня полнолуние… - задумчиво протянула Варя, глядя в ночное окно.

- И? - недоумённо спросила я.

- Не боишься, что покойница за своей вещичкой явится?

У меня отвисла челюсть.

- Я знала, что ты немного того, - покрутила я пальцем у виска, - но не до такой же степени!

- А что такого? - невозмутимо пожала плечами Варя. - Если ты в это не веришь, это не значит, что этого нет!

- Варя, покойники не ходят! Ей эта сумка уже не нужна!

- Откуда ты знаешь? - фыркнула подруга. - Может, как раз очень даже нужна!

- Хватит чепуху молоть! - отрезала я, хотя от её слов у меня по спине побежали мурашки.

В это время на улице сначала залаял, а потом завыл Джек.

Варя вздрогнула и уронила кусок пирога. Он с шумом упал на пол.

- Неужели она пришла? - прошептала подруга сдавленным голосом.

- Ты с ума сошла?! - возмутилась я, чувствуя, как холодеют ладони, а по спине бежит холодный пот. - Джек всегда воет, когда чего-то боится!

- Вот именно, боится… - Глаза Варьки округлились, в них плескался ужас.

- По-моему, тебе пора домой! - вспылила я, понимая, что ей удалось меня напугать. - К тебе-то привидение точно не придёт!

- И то верно! - совсем не обидевшись, Варя вскочила из-за стола. - Завтра расскажешь, как съездила. Пока!

Быстро натянув сапоги и на ходу застёгивая куртку, она выскочила на улицу.

- Дура! - выругалась я, запирая дверь, и отправилась спать.

Но сон не шёл. Всё время чудились скрипы, вздохи и шаги.

Ругая подругу, которая нагнала на меня страх, я включила свет и взяла книгу. И только когда начало светать, я щёлкнула выключателем и наконец задремала.

Глава 2

На следующее утро, отправив Анюту в школу и отпросившись у директора, я поехала в город. Выйдя из автобуса, почти час искала нужную улицу: телефон сел, и карта была недоступна. Прохожие, к которым я обращалась, либо лишь пожимали плечами, либо вовсе не останавливались, словно не замечая меня.