Митч подполз к письменному столу, поднял телефонную трубку и нажал кнопку вызова портье. Никто не ответил. Он выругался, попробовал еще раз. Никого. Он опять выругался и вспомнил о Самире, своем единственном приятеле в этом городе, который мог бы найти врача или даже больницу. Мысль о том, что его увезут на скорой в больницу страны третьего мира, ужасала, как, впрочем, и мысль о том, что его найдут мертвым в номере отеля за полмира от дома.

Следовало попить воды, но бутылка на глаза не попадалась. Прошло пять минут, десять, и Митч поклялся себе дотянуть до тридцати, ведь к тому времени он все еще будет жив и даже поправится, верно? Внезапно нутро вновь обожгло огнем, начались спазмы. Он наклонился на бок и попытался сдержать позыв. Тщетно. Рвало уже не вчерашним ужином – тот давно вышел. Теперь он срыгивал кровь и воду. Митч набрал портье, и опять никто не ответил.

Он набрал номер комнаты Джованны. После четырех звонков она наконец сняла трубку.

– Алло, это кто?

– Я, Митч. Ты в порядке?

Она говорила нормально, может, слегка сонно. Он же с воспаленным горлом и пересохшим ртом хрипел, как умирающий.

– Ну да, а в чем дело?

– Тебя не тошнит?

– Нет.

– У меня беда, Джованна. Похоже на пищевое отравление, нужен врач. Портье не отвечает.

– Сейчас приду!

Она повесила трубку, прежде чем он успел еще что-нибудь сказать. Теперь главное – добраться до двери и отпереть.

* * *

Следующие полчаса он лежал на голом матрасе и старался не двигаться и не разговаривать, пока Джованна прикладывала ему к шее и лбу холодные полотенца. Она сняла простыни, одеяло и наволочки и бросила на пол, прикрыв ими рвоту. Самир обещал подъехать через двадцать минут.

Тошнота прошла, но желудок и кишечник по-прежнему содрогались от спазмов. Митч то страдал от боли, то забывался в полудреме.

Ворвался Самир, рыча на портье, который следовал за ним по пятам и только мешал. Они препирались на арабском. Позади маячили два санитара в форме и с каталкой. Самир переводил. Проверили кровяное давление – слишком высокое. Пульс сто пятьдесят. Сильное обезвоживание.

Самир похлопал Митча по руке и сказал:

– Поедем в больницу, ладно, Митч?

– Ладно. Ты поедешь со мной?

– Конечно! У нас в городе хорошая больница. Верь мне и не волнуйся!

Митча выкатили из номера, повезли по коридору к лифту. Самир с Джованной шли следом, еще один медик ждал в холле. Машина скорой помощи стояла у входа.

– Поедете со мной, Джованна, – распорядился Самир. – Мы отправимся следом за скорой. Митч, я позвонил нужным врачам. Они встретят нас в больнице.

Митч закрыл глаза и кивнул. Кроме воя сирены из своей первой поездки на машине скорой помощи ему не запомнилось ничего.

Без пробок промчались по улицам за считаные минуты и доставили Митча в военный госпиталь Митига – настолько современный, что он смотрелся бы как дома в любом американском пригороде.

– Почему военный госпиталь? – спросила Джованна.

– Он лучший в стране. У кого есть деньги или связи, те приезжают сюда. Наши генералы получают самое лучшее.

Самир преспокойно оставил машину в зоне, где парковка запрещена. Они проскочили в отделение скорой помощи и последовали за каталкой. Митча отвезли в смотровую, переложили на кровать. Вокруг него суетились медсестры и санитары, и он с облегчением доверился их заботе, уже не опасаясь худшего. Самиру с Джованной разрешили войти в палату. К кровати подошел доктор Омран, широко улыбнулся и объявил с сильным акцентом:

– Мистер Макдир, я тоже учился в Гарварде!

Мир тесен. Впервые за последние пару-тройку часов Митч улыбнулся и даже слегка расслабился. С помощью Джованны они припомнили все съеденные ими блюда не только за ужином, но и за обедом. Тем временем две медсестры воткнули иглу ему в руку и поставили капельницу, проверили жизненные показатели и нацедили пробирку крови.

Доктор Омран пребывал в недоумении, однако вроде бы не тревожился.

– Иногда один человек заболевает, а остальные нет. Это необычно, но случается. – Он посмотрел на Джованну и добавил: – Существует вероятность, что в вас сидит бактериальная инфекция; тогда через день-два почувствуете себя не очень хорошо.

– Я прекрасно себя чувствую, – ответила девушка. – Никаких симптомов нет.

Доктор отправил куда-то санитара, что-то по-арабски сказал медсестрам. Затем обратился к Митчу:

– Назначу вам кое-какие лекарства. Одно снимет тошноту и прекратит судороги, другое облегчит боль и, возможно, позволит вам немного поспать.

И то и другое обнадеживало, и Митч вновь улыбнулся. Стараясь не раскисать, он спросил:

– Когда я смогу отсюда выбраться?

– Мы вас только госпитализируем, мистер Макдир, – с улыбкой ответил доктор. – Выйдете вы не скоро.

И Митча это вполне устраивало. Особенно обезболивающее и долгий сон. Нутро все еще сводило судорогами, голова кружилась. У него не было ни малейшего желания чем-либо заниматься. Он вспомнил про Эбби и мальчиков и порадовался, что они в безопасности. Не хватало им сейчас срочного звонка из Ливии с плохими новостями. Через пару часов ему полегчает.

– Митч, уже почти четыре утра, – напомнила Джованна. – Мы должны были выехать в пять.

– Больной не в состоянии ехать, – заявил доктор Омран.

– Мы можем отложить поездку на сутки? – спросил Митч.

Самир с доктором переглянулись и покачали головами.

– Не уверен, что смогу выписать вас через сутки. Надо дождаться результатов анализа крови.

– Поездка одобрена на сегодня, – сообщил Самир. – Придется оформлять еще одно разрешение. Как я уже говорил, правительство закручивает гайки. По понятным причинам оно не в восторге от иска «Ланнак» и одобряет сегодняшнюю поездку лишь для того, чтобы хорошо выглядеть в суде.

– Значит, другую дату могут не одобрить? – уточнил Митч.

– Кто знает? Полагаю, одобрят, но протянут с решением несколько дней, просто чтобы заставить ждать. У нас те еще бюрократы, Митч.

– Сама съезжу! – вызвалась Джованна. – Отчет я изучила, контрольный список и все прочее тоже. Я справлюсь. Давай поскорее с этим покончим!

Митч закрыл глаза, пережидая очередную волну судорог. Он уже достаточно пробыл в Ливии и не чаял ее покинуть.

– Ты все еще считаешь, что это безопасно? – спросил он Самира.

– Митч, если бы я так не считал, нас бы здесь не было! Как я уже говорил, я мотался на стройку десяток раз и никогда не чувствовал угрозы.

– И сегодня поедешь?

– Митч, я работаю на