к дереву и тихо, но твёрдо спросил: — Сможешь выстрелить ему в ногу, чтобы он упал? А я уберу этих двоих. Сергей замер, взгляд метнулся к фигурам у трейлера. Он сглотнул, голос дрогнул: — Но это же люди… не заражённые. Мне что, стрелять в человека? Дмитрий пригнулся ближе, почти касаясь уха Сергея, и прошептал: — Это не заражённые, но и не люди. Это те самые уроды, которым эта ситуация развязала руки. Сергей глубоко вздохнул, сжал автомат крепче, кивнул: — Да... Смогу... — Рюкзак оставь здесь... Стрелять мы должны одновременно. На счёт три. Готов? Один… два… три! Два автоматных выстрела разорвали ночную тишину с оглушительной силой. Эхо раскатилось по лесу, заставляя птиц срываться с веток. Третий мужчина, тот, что стоял у скорой, рухнул на землю с криком — пуля пробила ему колено. Один, тот, что ударил Аню, упал, второй резко развернулся, но Дмитрий уже выскочил из укрытия. Выстрел — и второй тоже упал. В лагере воцарилась жуткая тишина, нарушаемая лишь стоном раненого и тяжёлым дыханием Дмитрия и Сергея. Сергей бросился к женщинам, на ходу доставая нож. Резким движением он разрезал верёвки. — Всё, всё, вы свободны, — хрипло проговорил он, глядя на них. Дмитрий тем временем подошёл к раненому, приставил ствол автомата к его голове: — Кто вы такие? Мужчина, корчась от боли, лишь злобно усмехнулся: — Мы... мы освободители. Освобождаем людей от этой жизни, — он хрипло рассмеялся и добавил: — А вы ещё об этом пожалеете… Но его слова заглушил отдалённый рёв моторов. Где‑то вдали, за лесом, приближались фары. Дмитрий резко наклонился, с хрустом вдавив приклад автомата в кровоточащую рану на ноге пленника. Тот взвыл, забился в грязи, но хватка Дмитрия не ослабла. — Сейчас чётко и быстро отвечаешь на мои вопросы, — голос Дмитрия звучал холодно, без эмоций. — И, может быть, останешься жив. Раненый, задыхаясь от боли, с трудом выдавил сквозь стиснутые зубы: — Да пошёл ты… — Сколько вас? Где находитесь? — Дмитрий повторил вопросы, не меняя интонации, лишь чуть сильнее надавил прикладом. — Пошёл ты на хуй, уёбок… — прошипел раненый, сплевывая кровь и грязь. Дмитрий замер на секунду, пристально глядя в наполненные злобой и страхом глаза. — Понятно... — сказал он. В его взгляде не было ни гнева, ни сомнения — только холодная решимость. Плавным, почти ленивым движением он поднял автомат. Выстрел грохнул, словно раскат грома, разорвав напряжённую тишину. Тело обмякло, глаза остекленели. Не тратя ни секунды, Дмитрий резко развернулся к женщинам. Все четверо стояли, прижавшись друг к другу, в их глазах плескался неподдельный ужас. Он окинул их быстрым, цепким взглядом: — Никто не ранен? Карина, ты в порядке? И где Александр Петрович и Никита? Карина бросилась к отцу, обняла его и всхлипнула, уткнувшись лицом ему в грудь. — Всё... нормально, пап... — тихо прошептала она.

Аня, едва сдерживая дрожь в голосе, хрипло ответила: — Они в машине… — Мертвы? — коротко бросил Дмитрий. — Нет… Вроде нет… — Аня сглотнула, её пальцы нервно теребили край грязной куртки. — Кто ещё умеет водить машину? — Дмитрий обвёл взглядом женщин. Ольга медленно подняла руку, её лицо было бледным, но в глазах читалась решимость: — Я. Дмитрий выдохнул, на долю секунды прикрыв глаза. Потом отстранился от дочери, заглянул ей в глаза и ласково сказал: — Иди в трейлер, всё будет хорошо. Карина, немного поколебавшись, пошла к трейлеру. Затем Дмитрий резко выпрямился, голос зазвучал чётко, командно: — Значит, план такой. Ольга, садишься за руль скорой. Я — с тобой, поедем сзади, будем прикрывать трейлер. Сергей, ты садишься за руль трейлера и едешь впереди. Он сделал шаг вперёд, обводя всех жёстким взглядом: — Звуки выстрелов слышны далеко, особенно ночью. Нас уже могли услышать. Вычислить, где мы, не так сложно, поэтому нужно срочно уезжать. Никаких разговоров, никаких задержек. Каждый делает своё дело — и делаем это быстро. — А где... Владимир? — спросила Ольга. Дмитрий покачал головой: — Он... Ему не повезло... Потом подошёл к Сергею: — Возьми, — сказал Дмитрий и протянул ему рацию. — Будем на связи. И не забудь забрать рюкзаки. Сергей, всё ещё держа автомат наготове, коротко кивнул, взял рацию и пошёл к трейлеру. — Ольга, возьми ключи от скорой, — Дмитрий бросил ей связку, которую успел выдернуть из кармана убитого. — Аня, проверь состояние пострадавших, но не трать время на подробности. Нам нужно быть в движении через две минуты. Аня молча кивнула и направилась к скорой вместе с Ольгой. Карина, которая стояла возле входа в трейлер, с трудом оторвав взгляд от тел на земле, повернулась к отцу: — А если они… если они догонят нас? Дмитрий молча поднял автомат, его глаза сверкнули в тусклом свете: — Не бойся, мне есть чем их встретить. Дмитрий, напоследок окинув взглядом место происшествия, направился к убитым. Наклонился и осмотрел их, у одного нашёл широкий нож в ножнах на поясе, у второго был пистолет за поясом, но без патронов, у третьего, которого он допрашивал, ничего не нашлось. Он забрал всё оружие и пошёл к скорой. Каждая секунда тянулась как минута, но он держал себя в руках — паника сейчас была бы смертельна. — Две минуты, — повторил он, глядя на часы. — И мы уезжаем. Анна уже была в салоне. Дрожащими пальцами проверила пульс Александра Петровича — ровный, устойчивый. Никита тоже дышал ровно, лишь веки слегка подрагивали. Она провела ладонью по его лбу, смахнув прилипшую прядь волос, затем быстро осмотрела обоих — никаких видимых ран, только шишки на затылках и связанные руки. Дмитрий подошёл, разрезал верёвки. Повернувшись к нему, Аня сглотнула ком в горле и тихо произнесла: — Они в порядке. Через какое-то время придут в себя. Дмитрий устало посмотрел на неё. В его глазах читалась не только усталость, но и что-то ещё — будто он силился удержать внутри бурю эмоций. Мягко, почти шёпотом, он сказал: —