(Постуму.)
Нежданно ты овеян ею был,Как воздуха нежнейшею струею.
Цимбелин
Здесь есть глубокий смысл.
Прорицатель
Могучий кедр –Ты, Цимбелин, а ветви – сыновья,Которых у тебя украл Беларий.Они считались мертвыми, но нынеВновь приросли к могучему стволу,Суля стране и мир и процветанье.
Цимбелин
Прекрасно! С мира и начнем. – Кай Луций,Хоть победили мы, но добровольноВласть Цезаря и Рима признаёмИ обещаем дань платить, как прежде,От коей отказались мы по волеСупруги злобной нашей. Но ееИ сына справедливо покаралоСудилище богов.
Прорицатель
Персты небесных сил коснулись струнГармонии и мира. То виденье,Которое перед кровавой битвойЯ Луцию поведал, стало явью.Орел наш римский, с юга воспарив,На запад полетел и, уменьшаясь,Исчез там в свете солнца. Это значит,Что царственный орел, могучий Цезарь,Свою любовь с великим Цимбелином,Сияющим на западе, сольет.
Цимбелин
Хвала богам! Пусть дым от алтарейНесется к небу! – Возвестить о миреВсем подданным! – Идем! Пусть реют вместеБританские и римские знамена!Так мы пройдем по городу во храмВеликого Юпитера, где с РимомСкрепим союз и празднество устроим.Хотя еще с мечей не стерта кровь,Но мир царит; войне не вспыхнуть вновь!
Уходят.
Троил и Крессида
Действующие лица
Приам, царь троянский.
Гектор, Парис, Троил, Дейфоб, Эллен – сыновья Приама.
Эней, Антенор – троянские вожди.
Калхас, троянский жрец, сторонник греков
Пандар, дядя Крессиды.
Маргарелон, побочный сын Приама.
Агамемнон, греческий полководец.
Менелай, брат его.
Ахиллес, Аякс, Улисс, Нестор, Диомед, Патрокл – греческие вожди.
Терсит, безобразный и непристойный грек.
Александр, слуга Крессиды.
Елена, жена Менелая.
Андромаха, жена Гектора.
Кассандра, дочь Приама, пророчица.
Крессида, дочь Калхаса.
Троянские и греческие солдаты, слуги и народ.
Действие происходит частью в Трое, частью в греческом лагере.
Пролог
Арена – Троя. Гневом благороднымОхваченные, к гавани АфинШлют корабли властители Эллады.На кораблях – войска, орудья битв.Все – для войны. И вот, шестьдесят девятьУвенчанных царей дают обетРазрушить Трою и от волн афинскихПускаются к далеким берегам.Там нежится за крепкими стенами,Похищена Парисом и в егоОбъятиях – супруга Менелая –Предмет раздора. Греки пристаютК Тенедосу. Тяжелые судаНа берег груз воинственный спустили,И бодрые, не смятые борьбой,На царственных равнинах дарданийскихРазбили греки пышные шатры.Все шесть ворот у города Приама:Тимбрийские, Троянские ворота,Антеноридские, Дарданские, ХетскиеИ Илионские, – скрывая за собойПитомцев Трои, замкнуты вплотнуюЖелезными засовами внутри,Входящими в огромнейшие скобы.Надежда на себя так разжигаетТех и других, что греки и троянцыРавно рассчитывают только на удачу.И если я, Пролог, являюсь здесьВполне вооруженным, то, конечно,Не с тем, чтобы актеров защититьИль автора перо, а лишь поведать,О зрители почтеннейшие, вам,Облекшись в плащ,Достойный представленья,Что, опустив начало той войны,Все действие начнется с серединыИ оборвется там, где надо. ВыХвалите представленье иль браните,Все в вашей воле. Здесь, как на войне.От случая зависит все вполне.
Акт I
Сцена 1
Троя; перед дворцом Приама. Входит вооруженный Троил, с ним Пандар.
Троил
Зови слугу. Я вновь сниму доспехи,Зачем мне биться вне троянских стен,Когда во мне, во мне самом ужаснейКипит война! Пусть с греками уж тотСражается, кто сам над сердцем властен.Троил, увы, утратил эту власть.
Пандар
Ты нянчиться с собой намерен долго?
Троил
Умеют греки силою своейРаспорядиться. Ловкость их доходитДо лютости, а лютость – до геройства…Я ж женских слез слабее, я пугливейНочного сна, глупее, чем незнанье.Геройства же во мне не больше, чемУ девушки в полночи. Ловкость! Ловкость!Любой ребенок превзойдет меня.
Пандар. Ладно. Достаточно у нас с тобой было говорено об этом. Больше я не намерен вмешиваться в это дело. Кто желает получить пшеничный пирог, пусть подождет, пока смелют пшеницу.
Троил. Разве мало я ждал!
Пандар. Да, пока мололи. Подожди, пока просеют.
Троил. Разве мало я ждал!
Пандар. Да, пока просеивали. Подожди, когда взойдет тесто.
Троил. Ждал и этого.
Пандар. Да… теста! Но это не все. Еще надо замесить тесто, сделать пирог, затопить печь и посадить в нее пирог… Да и этого еще мало. Надо дать пирогу простыть, а не то неравно губы обожжешь.
Троил
Терпенье – бог, но даже он едва лиСносить страданья может так, как я!Когда порой за трапезой ПриамаВ моих мечтах возникнет как-то вдругЧарующий и светлый лик Крессиды –Возникнет! О, как смею я так лгать!Да есть ли миг, когда он не со мною!
