– Оружием не бросаются, из него стреляют! – усмехнулся он.

Мелхиседек успел приблизиться к агенту на расстояние удара палкой, которую он продолжал держать в руке. Удар не замедлил обрушиться на человека в штатском, но не достиг цели – тот ловко увернулся, но палка попала по руке – на мосту лежало уже два пистолета. Агент схватился за ушибленную руку, перекувыркнулся к пистолету, быстро поднял его, но тут увидел, как из-под моста выплывает Анна с ребенком. Это была цель номер один – он произвел два выстрела, прежде чем монах накинулся на него, пытаясь забрать пистолет, оба они поднялись на ноги, Мелхиседек прижал агента к ограждению моста. Тело убийцы стало перегибаться через парапет, а пистолет своим дулом неумолимо наклонялся к лицу Мелхиседека. Еще секунда и должен прозвучать выстрел – последний для схимонаха. И он прозвучал – но не последний. Агент промахнулся, резким движением его противник вывернул ему руку, но не смог верно распределить вес тела и оба они упали в воду. В падении пистолет заговорил снова, выплюнув несколько пуль.

В этом время силы покидали Анну – из двух выпущенных агентом пуль одна попала в цель, застряв где-то в животе, ноги свело судорогой. Она в последний раз толкнула челнок и стала погружаться в глубину…

***

Я как будто выплывал из глубины – тяжело, медленно. Я уже понимал, что все это – сон, страшный сон. Я открыл глаза, перевернулся на другой бок, различая в темноте силуэт спокойно спящей жены. «Не забыть, не забыть, что мне приснилось… Записать? Нет сил встать». Может, будет продолжение? Я закрыл глаза, полежал некоторое время, перевернулся обратно и снова заснул. Мне виделось, что челнок через несколько метров прибило к берегу. Пожилой мужчина, лицо которого было не разглядеть, вытащил ребенка, прижал к себе, воровато оглянулся и быстро пошел прочь.

Прозвенел будильник и окончательно рассеял сон – пора на работу…