то она у каждого писателя своя, написанная им собственноручно, и заучивает он ее наизусть, а бумажку с текстом уничтожает, чтобы не дай бог никто ее не украл и не воспользовался. Были случаи, когда молитвы успешных и знаменитых писателей крали и продавали за несусветные деньги писателям молодым и незнаменитым. В послевоенное время, когда писателей развелось видимо-невидимо, существовал даже черный рынок этих молитв, но он быстро рассыпался из-за огромного количества наводнивших его подделок. Вроде и молитва точно та самая, что была, скажем, у самого Ильфа и Петрова, которую они читали вдвоем перед началом написания «Двенадцати стульев», и слова в ней на тех же местах, и прочтешь ее не меньше трех раз, и лоб о письменный стол расшибешь, кланяясь, но достаточно одну запятую переставить, не говоря о слове, и… станешь писать и получается такая «Мать»… или даже «Цемент»…

83

Предлагали разные варианты названия рюмочной – и «Капитанская дочка», и «Выстрел», и «Гаврилиада», и «Кастальский ключ», и даже «Маленькие трагедии». По этому поводу писатели перепились и переругались между собой еще до заседания комиссии.

84

Впрочем, этот случай скорее по медицинской части, чем по стихотворной.

85

Некоторые поэты и вовсе слышат этот голос непрерывно. Даже фразу «Вы пролили мне на брюки борщ» норовят произнести каким нибудь хореем или ямбом. Ну, это гении – не о них здесь речь».