растерянно опустил руки. Один из караульных снял пищаль с плеча и направил ствол в сторону бегущих иноков, но выстрелить он все же не успел. Енакие, запнувшись ногами о вывороченный кем-то комок дерна, плюхнулся на сырую и грязную землю и на коленках пополз в сторону горящего сруба. Остановившись, он встал перед срубом на колени и, утирая шапкой стекающие по щекам слезы, принялся что-то бормотать. К нему присоединился Симона.
– Не троньте монахов! – приказал караульным воевода Неелов. – Пущай молятся.
Сруб догорел и рухнул. Обгоревшие до черноты верхние венцы головешками скатились вовнутрь, похоронив под собой тех, кто так и не смирился с волей царя.
Послесловие
Иерусалим. Храм Гроба Господня. Два инока испуганно жмутся к стене храма. Заметив их необычное поведение, группа монахов-францисканцев в коричневых рясах спешно ограждает их от напирающих толп паломников других конфессий.
– Откуда вы, братие?
– С Руси! – отвечают иноки.
– Далеко вы забрались, однако, – замечают им францисканцы.
– Пути Господни неисповедимы! – отвечают дружно иноки.
– Это верно! – отвечают францисканцы. – Не всякий решится на такой путь.
– Но и не каждому Господь открывает Его дорогу, – отзываются иноки.
Францисканцы согласно кивают.
– Идемте с нами, братие.
Симона и Енакие перекрестились, тяжело выдохнули и исчезли вслед за францисканцами в воротах храма Гроба Господня.
Примечания
1
В двадцатом веке город Пустозерск исчез с лица земли, как и пророчествовал протопоп Аввакум, однако конец света так и не наступил.
