Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 135
героев, тех старых закаленных воинов-менфит, которые воевали с Хармхабом еще в Куши при Небмаатра Аменхотепе Хека Уасет. Каждую мешу разбил на пять чезетов по тысячу человек и назначил чезу из воинов, когда-либо участвовавших в сражениях и давно служивших в армии. Каждую тысячу поделил еще на пять са по двести человек в каждой. В этом подразделении было пятьдесят легких пехотинцев и сто пятьдесят тяжелых. Над каждой полусотней-четом командовал теп-меджет из новобранцев, назначенных самим Хармхабом по рекомендациям старых воинов.
Амени достался пост командира над четом лучников. Новобранцы, попавшие к нему в отряд, оказались из западных оазисов, все крепкие и быстроногие.
Учения начались с изнурительных походов по пустыне. Оружия пока не выдавали. Вместо этого каждого нагрузили мешком, набитым песком. Целый день колонны новобранцев маршировали под палящими лучами солнца. Ноги увязали в раскаленном песке. Пот тек градом. Спину и плечи ломило. Во рту все пересыхало, а губы трескались. Пить разрешалось только во время коротких передышек. Если кто-то терял сознание, его тут же подбирали лекари и определяли: действительно плохо новобранцу или он симулирует. В первом случае, несчастного уносили в лагерь и откачивали влажными примочками; во втором, что случалось крайне редко, лечили палочными ударами. Вместе с колонной всегда шли наставники с короткими древками от копья в руках и следили, чтобы никто не нарушал строй и не ленился. Удары доставались, как простым воинам, так и младшим командирам.
Впереди шел горнист и отыгрывал такт; за ним флагоносец нес штандарт подразделения, следом ставили самых слабых, а самые сильные и выносливые замыкали колонну.
После утомительного похода Амени вместе с другими младшими командирами шел на склад и получал для воинов продовольствие. Обычно им выдавали полбу или ячмень, иногда бобы или чечевицу. Хлеба отмеряли вдоволь, мясо наоборот – строгими порциями. Раз в три дня луковицу на каждого и горсть сушеных фиников. После столь сильных нагрузок такой скудный паек не до конца утолял голод, поэтому Хуто вместе с другими охотниками пропадали в пустыне и частенько возвращались с хорошей добычей, подкармливали мальчишек.
Хуто в войске находился на особом положении. Он и еще десятка два охотника целыми днями отдыхали в тени, а ночью ходили в пустыню охотиться. Хармхаб держал их для разведки. Лучших разведчиков, чем охотники не сыскать. Менфит46 и кушиты занимались отдельно. Герои бились на мечах и штурмовали учебные укрепления. Маджаи стреляли из луков по мишеням и бездельничали.
Войско колесничих занималось обособленно и только вечером, когда жара спадала или рано утром, пока солнце не начинало жечь, – берегли лошадей. Можно было наблюдать, как в сумерках они носятся по пескам, разворачиваясь строем или цепочкой проносясь мимо мишеней, представляющих собой толстые деревянные столбы; стрелки учились поражать цели из луков при быстрой езде.
Для Амени и его товарищей самое тяжелое время наступало вечером. После ужина, когда уставшие новобранцы падали на землю и храпели, теп-меджет собирали в длинном шатре. Здесь они рассаживались, скрестив ноги, и занимались грамматикой, теорией стратегии и прочими науками. Жрецы-преподаватели бубнили монотонными голосами, а наставники из менфит следили, чтобы никто не вздумал задремать. Если кто-нибудь начинал клевать носом, тут же получал по спине палкой. Хармхаб иногда лично вел уроки. А у него не заснешь.
– Мне нужны грамотные командиры! – внушал им полководец.
– Прости, великий, но зачем? – удивился кто-то. – Какая связь между копьем и кисточкой для письма?
– Самая прямая! – ответил Хармхаб. – Вот вам задание: Вы заперты в осажденной крепости. Вам надо послать гонца за помощью. Вы пишите письмо. Берите кисточки и пишите: Я в осажденной крепости, – начал диктовать Хармхаб. – Продовольствия осталось на два дня. Воинов осталось двести человек. Продержусь еще пять дней. Требуется помощь отряда не менее двух тысяч копей. Записали? Покажите!
Хармхаб ходил по рядам и разбирая закорючки на листках папируса.
– Две ошибки! – указывал он. Тут же ученик получал два удара палкой, – три ошибки, – шел он дальше. На каждого, в итоге, обрушилось не менее двух крепких ударов. – Как вы сможете просить подкрепление, если даже писать толком не умеете? Кто вас поймет? Так и погибнете, и воинов своих погубите. – Возмущался он. Прочтя упражнение Амени, он удивился, – Ни одной ошибки. Молодец! Но вот в чем дело: все твои товарищи получили удары, ты – нет. Несправедливо.
– Как мне поступить, Великий? – не понял Амени. – Сделать ошибку?
– Нет. Подумай! – загадочно сказал Хармхаб. – Пусть будет стыдно тем, за кого страдают их товарищи.
Амени понял полководца и скомандовал сам:
– Два удара!
Тут же получил палкой по спине. Сидевшие рядом сослуживцы в благодарность пожали руки.
– Дальше займемся математикой. – Не унимался Хармхаб. – У вас тысяча копьеносцев, сто лучников и десять колесниц. Одна колесница приравнивается десяти копьеносцам или двадцати лучникам. Соответственно, два лучника приравниваются к одному копьеносцу. Противник ваш имеет две тысячи копьеносцев. Чтобы одержать победу, вам надо иметь на двести копьеносцев больше. Из ближайшей крепости вам выслали пять колесниц, копьеносцев и лучников. Копьеносцев в два раза меньше чем лучников. Вычислите: сколько вам пришлют подкрепления. У меня в руках фляга с водой. Как только я допью до дна, должен получить ответ. – И он приложился к фляге.
Амени задумался: ну и мудреную задачку задал полководец! Но он тут же понял хитрость Хармхаба, и быстро нашел решение.
Полководец допил флягу и пошел по рядам.
– Не правильно! Два удара. Совсем неверно. Три удара.
На этот раз Амени и еще два командира четов решили задачу.
– С математикой у вас лучше, – похвалил Хармхаб, но недостаточно хорошо. Амени! – крикнул он юноше. – Только вы трое не получили удары. Нельзя отдаляться от товарищей. И они пусть постыдятся за то, что заставляют страдать ваши спины.
– Слушаюсь, Непобедимый, – вздохнул Амени и скомандовал: – Два удара.
После учения теп-меджеты еле доползали до своих шатров. Прежде, чем растянуться на камышовой подстилке и заснуть, надо было убедиться, что к тебе в постель не забралась змея или скорпион. Эти твари кишели кругом. Никакие заклинания не помогали от них избавиться.
Случалось такое, что кто-нибудь из младших командиров, не выдержав напряжения и побоев, мог разрыдаться. Никто не смел над ним смеяться. Все собирались вокруг него и утешали, просили крепиться. Он успокаивался, и тогда все разбредались по своим лежанкам и засыпали.
Амени иногда перед сном доставал папирус – подарок правителя, и при скудном свете масляного светильника перечитывал гимн:
Великолепно твое появление на горизонте,
Воплощенный Йот, жизнетворец!
На небосклоне восточном блистая.
Несчетные земли озаряешь своей красотой.
– Что читаешь, спросил один из его товарищей.
– Гимн Йоту. Хочешь послушать?
Над всеми краями,
Величавый, прекрасный, сверкаешь высоко…
Ты – вдалеке, но лучи твои здесь, на земле.
На лицах людей твой свет, но твое приближение скрыто.
Когда исчезаешь, покинув западный небосклон,
Кромешной тьмою, как смертью, объята земля…
Рыщут
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 135
