Не дожидаясь, пока моя догадка подтвердится, пробираюсь к краю крыши. Высоко, страшно. А может, все же, я умею летать?

Огромный сугроб спасает меня от переломов и даёт четкое понимание того, что о полетах можно напрочь забыть. Только вот шум сверху приводит в чувство и заставляет продолжать двигаться. Надо отсюда поскорее убраться.

Холод. Сугроб. Ещё один сугроб и противный заснеженный парк, который видела с утра. Где-то дальше должны быть ворота. Пока пробираюсь и оглядываюсь по сторонам, чтобы никто не увидел, чувствую какое-то шевеление за пазухой.

— Мяу! — пищит блохастое рыжее чудище, когда я вытаскиваю его, чтобы выбросить куда подальше.

Заглядываю в наглую морду и песочного цвета глаза.

Проклятье! Я об этом точно пожалею...

— Мяу, — ворчит мохнатый, устраиваясь поудобнее за пазухой.

Высокий забор. Чуть приоткрытые ворота. И я почти свободна.

Новый дом, новый дом! Допросилась! Ну а что, чужое тело — тоже дом, хоть и, надеюсь, временный. Но ничего, пока я здесь — наведу порядок!

Конец.