Баллиста обнаружил, что он смеется. В каком-то смысле он преуспел. Город пал, но он выиграл Римской империи некоторое время. Ценой стольких страданий, стольких жизней, стольких тысяч жизней он купил Римской империи некоторое время. Императоры должны приветствовать его как вернувшегося героя. Конечно, этого бы не произошло. Они хотели мертвого героя, а не живого свидетеля их бессердечного предательства города Арет. Они хотели, чтобы их бесполезный варвар, Дукс Реки, умер с мечом в руке в почерневших от дыма руинах города, а не шатаясь, вернулся в имперский двор, пропахший неудачей и предательством. Баллиста был бы помехой. Его обвинили бы, сделали козлом отпущения, его репутация была бы разорвана в клочья.

Однажды, поклялся он, эта империя пожалеет обо всем, что сделала.

Город все еще горел. Баллиста увидел все, что хотел увидеть.

Повернувшись в седле, Баллиста оглянулась на строй. Все, до кого ему было дело, были там: Калгак, Максим, Деметрий. И там была Батшиба. Другие мысли пришли ему в голову – фигура большого человека в капюшоне, Мамурра, погребенный во тьме под стенами. Он прогнал их. Он оглянулся за колонну. Не было никаких признаков какой-либо погони. Он дал сигнал двигаться дальше.

В тылу колонны последний оставшийся фрументарий смотрел на горящий город Арет. Он задавался вопросом, какой отчет он напишет императорам обо всем этом. Он бросил последний взгляд на пылающий восток и пришпорил лошадь, чтобы последовать за остальными. Он чихнул. И он задавался вопросом, чем закончится это новое путешествие.

Конец