Филимонов. Грибной обожаю.

Лида. Руки помой!

Филимонов (стараясь выглядеть веселым). Ни за что! От грязи в первую очередь дохнут микробы!

Два продолжительных звонка.

Лида. Пришел еще кто-нибудь уговаривать тебя домой возвратиться.

Идет отпирать.

В комнату входит Одинков.

Одинков. Здравствуйте! Произошла трагедия! Хор из Тамбова сорвал ответственный концерт. Согласно телефонограмме, пришло на концерт одна тысяча двадцать зрителей, на сцену вышел только дирижер, но дирижировать ему было некем. Хор исчез.

Филимонов. Это где случилось, в Хабаровске?

Одинков. Что вы! Хор уже давно переслали в Краснодар.

Лида. В Краснодаре хорошо. Там фрукты.

Филимонов (вспылил). Я же распорядился вернуть хор в Тамбов.

Одинков. Понимаете, между Хабаровском и Тамбовом есть город Красноярск. Возникла мысль, чтобы по дороге хористы продемонстрировали свое искусство в Красноярске, но кто-то перепутал…

Филимонов. Кто?

Одинков. Как всегда, неизвестно. И вместо Красноярска коллектив перекинули в Красно — понимаете — дар!

Филимонов. Где же, в конце концов, хор?

Одинков. В краснодарской милиции.

Филимонов (раздраженно). Все пятьдесят человек?

Одинков. Все пятьдесят, как один!

Лида. Групповое преступление?

Одинков. Скорее хоровое. Их всех задержали на рынке, когда они продавали народные костюмы, в которых до этого выступали.

Филимонов. Зачем продавали?

Одинков. Хор поиздержался, хор поизносился. Больше продавать хору нечего, а денег на билет, чтобы наконец-то уехать домой, у хора нет!

Филимонов. Но кому сдались эти пестрые расшитые наряды?

Лида. Коля, ты отстал от жизни. Теперь это модно, я бы сама купила!

Филимонов (Одинкову). Немедленно вылетайте в Краснодар и освободите хор!

Одинков. А потом что мне с ним делать?

Филимонов (в бешенстве). Расстрелять!

Одинков. Не такой уж я идиот, как вам кажется… Вот вы мной помыкаете, но это уже неосмотрительно!

Филимонов (с улыбкой). Вы мне угрожаете?

Одинков (в новой интонации). Предупреждаю. В связи с вашей бурной личной жизнью…

Лида. Одинков, вы обнаглели!

Одинков (Лиде). Я не с вами разговариваю. (Филимонову.) Так вот, на должность, на которую прежде планировали вас, теперь… планируют меня!

Филимонов (пряча улыбку). Рад за вас и за наше общее дело. (Вручает Одинкову торт и шампанское, оставленные Сорокиным.)

Одинков. Это замечательно, что для вас, Николай Семенович, интересы дела выше личных интересов. (Уходит.)

Лида. Ну и полено!

Филимонов. И дураки приносят пользу. Бюрократия, например, не может обойтись без дураков. Дурак всегда исполнителен, потому что дурак. И поэтому он всегда и всем доволен. За глупость с работы не увольняют. В характеристиках слово «дурак» не пишется. (Садится за стол, пробует суп. Нервно.) Остыл!

Лида. Сейчас подогрею! (Берет тарелку и на уходе, как бы между прочим, спрашивает.) Коля, ты когда меня бросишь?

Филимонов. Не болтай ерунды! (Не может себя сдержать.) Ну нет! (Продолжает азартно.) Этот номер у них не пройдет! Пойми, я не могу позволить, чтобы этот недоумок мною командовал!

Лида. Тебе сейчас, Коля, нужно выбрать: либо я, либо карьера. Потому что со мной благополучия не будет. Но, по-моему, Коля, ты уже выбрал… Мне на роду написано быть одинокой. Несчастливая я.

Филимонов. Знаю. Ты только кажешься сильной.

Лида. Рядом с тобой я сильная.

Филимонов. А я рядом с тобой — хороший, может, и не очень хороший, но, во всяком случае, лучше, чем обычно… Подогрей суп!

Лида уносит тарелку на кухню.

Филимонов сидит понурившись.

Возвращается Лида, приносит подогретый суп.

Филимонов молча принимается есть.

Лида. Больше всего на свете, Коля, я хочу, чтоб тебе было хорошо… Чтобы у тебя на душе покойно было. И если тебе, Коля, для жизни легче, чтобы ты ушел, уходи! Если так нужно, я стерплю!

Филимонов. Просто я взорвался из-за этого Одинкова.

Лида. При чем тут Одинков? Если бы он не пришел (грустно улыбнулась), ты бы все равно взорвался по какому-нибудь другому поводу. Ты не создан стоять в очереди за колбасой, склочничать с соседями по квартире и по воскресеньям ходить в киношку.

Филимонов. Все это чепуха. Если мы поженимся, квартиру я добуду!

Лида. Если поженимся… И если ты останешься на прежней должности… Если тебя не скинут за бытовое разложение…

Филимонов. Очень может быть… Меня все осуждают. (Усмехнулся.) Поголовно!

Лида. И тебе тяжело?

Филимонов. Я ведь избаловался. Привык к хорошему. А теперь я слышу за спиной смешки, замечаю снисходительные взгляды. Уже шофер со мной панибратствует. В буфете меня не обслуживают без очереди… Но ужас в том, что и без тебя я не могу.

Лида. Тебя я наизусть выучила. Оказывается, ты уже давно ушел.

Филимонов. Прости меня, Лида, я ведь тебя люблю! Мы можем видеться, как раньше…

Лида. Тайно, что ли? Нет на это моих сил. Я живой человек. (С усмешкой.) Люблю! Разве ты на это способен? Ты никого не любишь. И ничего. Ни меня, ни жену. Ты и работу свою не любишь. Чего расселся? Уходи!

Филимонов. Я еще не доел суп.

Лида. Доешь дома!

Картина восьмая

Вечеринка в квартире Филимонова. Среди гостей — Старикова, Сорокин, Одинков. Счастливая хозяйка угощает гостей. Звучит музыка. Филимонов гостеприимен и, соответственно, вальяжен, как и подобает большому человеку.

Сорокин (провозглашает тост). Ребята, будьте счастливы! Я вас очень прошу!

Филимонов. Мы будем стараться.

Елена Максимовна. Изо всех сил!

Сорокин. Коля, учти, Комитету выделили несколько «Волг».

Филимонов. Я за процветание. Заменим «Жигули» на «Волгу».

Одинков. Николай Семенович, я горжусь, что работаю и впредь буду работать под вашим руководством! И рад, что присутствую, по сути дела, на вашей вторичной свадьбе! Горько!

Филимонов. А что! Устами младенца глаголет истина. (Целуется с женой).

Одинков. Если вы, Николай Семенович, имеете в виду меня, то я не младенец. Мне недавно исполнилось сорок семь лет.

Старикова (растроганно). Так приятно видеть счастливых людей! Вы такая прекрасная пара! Я любуюсь и восхищаюсь вами!

Звонок в дверь.

Елена Максимовна идет открывать.

Филимонов. Кто бы это мог быть? Вроде уже все пришли…

Елена Максимовна возвращается в сопровождении старушки.

Елена Максимовна. Коля, к тебе вот… дама…

Старушка. Дама — это я!

Филимонов (растерянно). Добрый вечер! Простите, вы по какому делу?

Старушка. Сначала сесть бы предложили, хозяин. У меня ноги не казенные.

Филимонов (пододвигая кресло). Присаживайтесь, пожалуйста.

Старуха садится и с интересом оглядывает присутствующих.

Старушка. Рюмку поднесли бы, я старуха пьющая!

Елена Максимовна торопливо подает рюмку.

Старуха ее лихо опрокидывает.

Сорокин. У вас, бабушка, видно, большой опыт.