Андрей достает калькулятор, потом обреченно машет рукой.

Андрей. Ладно, полмиллиона можешь забрать.

Нина. Хорошо. Кроме того, за нанесенный моральный ущерб я хочу получить компенсацию в размере двадцати пяти процентов от общей суммы. Двести пятьдесят тысяч.

Андрей. Не понял. Какой еще моральный ущерб?

Нина. Обыкновенный. Во-первых, ты изменил мне буквально на моих глазах…

Андрей. А ты?!

Нина. Я… я на это пошла, будучи фактически вдовой. К тому же Олег был раньше моим законным мужем. А ты… ты с какой-то секретаршей…

Андрей (потрясая подводным ружьем). Убью!

Нина. Сядешь, как Волчатов. Во-вторых, вступая в брак, ты скрыл, что у тебя ребенок. Это аморально.

Андрей. Я не знал…

Нина. Не знать о существовании собственного ребенка, вдвойне аморально. Могу потребовать еще пятьдесят процентов от общей суммы. Но я не грабительница. Двадцать пять процентов. Еще двести пятьдесят тысяч. И мы в расчете.

Андрей (тычет пальцем в калькулятор). А мне?

Нина. А тебе нужно серьезнее относиться к выбору секретарш, дорогой! Найми кадрового психолога. Шагай в ногу со временем!

Андрей. В ногу со временем? Понял… (Выхватывает у нее чемоданчик, угрожая подводным ружьем.) Ты не получишь ни копейки, аферистка!

Нина. Придется вызвать милицию. Паркинсон, звоните! Здесь вооруженный грабеж!

Паркинсон. Пока я вижу только слишком нервное обсуждение семейного бюджета.

Даша. Андрей, прошу, тебя отдай, не спорь с ней!

Андрей. А что она, вообще…

Даша. Отдай!

Андрей. Не отдам. Мои деньги! Знаешь, сколько я от Волчатова натерпелся?

Даша. Тогда я ухожу. У тебя и в самом деле нечемпионский характер. Твоему сыну гордиться некем!

Андрей. Стой! (Нине.) Бери половину!

Нина. Значит, хочешь, чтобы в отделе по борьбе с оргпреступностью узнали, что Волчатова убил ты?

Андрей. Я не убивал! Я вообще ничего не знал…

Нина. Докажи! Я-то тебе верю. Но следователи ужасно недоверчивые люди. У них план, текучка…

Андрей. Шантажистка! Я тебя убью!

Наводит подводное ружье.

Нина. Отлично! Меня ты хотел устранить как свидетеля. Все видели? Паркинсон, звоните! Здесь покушение на убийство!

Паркинсон. Пока я вижу только обычную семейную ссору.

Нина. Скоро увидите обычный труп жены, пронзенной, как ставрида! Тупой грек!

Даша. Андрей, успокойся! Давай отойдем, я хочу тебе кое-что сказать…

Андрей. Что?

Пока они разговаривают, Нина быстро одевается. Олег ей помогает.

Даша (тихо). У нас с тобой будет ребенок!

Андрей. Уже? Откуда ты знаешь?

Даша. Чувствую.

Андрей. А разве можно?

Даша. Когда любишь, можно все! Ты забыл, как было с Николашкой?

Андрей. Нет, я помню…

Даша. Отдай ей эти деньги. Они грязные и принесут нам только несчастья. Нам и нашим детям. Отдай, прошу тебя!

Андрей. Нет.

Даша. Тогда я уеду одна. И мой адрес ты не купишь за все эти поганые доллары!

Андрей (разбивает калькулятор). Бери, воровка!

Нина. Ты выучился считать в уме?

Андрей. Бери, пока я не убил тебя!

Нина Ну, если ты настаиваешь. Такси еще ждет?

Паркинсон. Ждет.

Олег. Нина, погоди, я с тобой… (Одевается.)

Нина. Ты? Зачем ты мне нужен? Теперь я все буду покупать себе только в дорогих магазинах. Очень дорогих!

Паркинсон. Я вас провожу.

Хочет взять чемоданчик, но Нина указывает на тяжелую сумку.

Уходят.

Даша (бросается Андрею на шею). Ты правильно сделал. У тебя чемпионский характер! Я тебя очень люблю!

Олег (жалобно). А я? А мне что теперь делать?

Даша. Сочинять книги. Твоя писательская копилка, надеюсь, полна? Разве ты смог бы придумать все то, что с нами произошло?

Даша скрывается в своем номере, чтобы собрать вещи. Возвращается Паркинсон.

Паркинсон. Я вызвал еще одно такси. Правильно?

Андрей. Правильно.

Паркинсон. Надбавку за испытание любви платить будете?

Андрей. Буду!..

Паркинсон. Ваша жена… то есть ваша… Ну, в общем, она перед отъездом выпила шампанского. Счет, сказала, отдать вам…

Андрей. Буду… (Расплачивается, подходит к Олегу.) Ладно, давай прощаться. (Обнимает его.) Не чужие все-таки! И запомни, от удара в корпус надо защищаться вот так, а не так… (Показывает.)

Даша (входит). Я готова.

Андрей. Присядем на дорожку.

Все садятся. Андрей и Паркинсон, подхватив вещи, выходят.

Даша на мгновение задерживается, подходит к Олегу и целует.

Даша. Прощай!

Олег. Это окончательно?

Даша. Окончательно. Из квартиры я выпишусь. Не волнуйся.

Олег. Ты меня ни капельки больше не любишь?

Даша. Ну как можно не любить Ольгу Чибисову!

Олег. Скажи, ты уходишь к нему, чтобы у Николашки был родной отец?

Даша. Это уже не важно. Но тебя, Оленька, я никогда не забуду!

Олег. Почему?

Даша. Ты ни за что не догадаешься почему…

Целует его и уходит.

Олег. А что тут догадываться! Женщина может забыть, каким человеком был ее муж. Но каким он был мужчиной, она не забывает никогда! Где моя записная книжка?

СЦЕНА ШЕСТАЯ

Вечер. Холл отеля. Олег сидит с пивом. Паркинсон роется в бумагах.

Олег. Сегодня я видел в море огромную синюю медузу. Она напоминала человеческий мозг. И знаете, о чем я подумал?

Паркинсон. О чем?

Олег. О том, что через много тысяч лет эволюции человек превратится в мозг, просто в мозг. И эти, извините за прямоту, мозги будут, как медузы, плавать в океане, разговаривая с помощью импульсов и размножаясь почкованием. И только ночью, покачиваясь в черной глубине, они будут иногда видеть древние сны. Им будет казаться, что они странные существа с ногами, с руками, с волосами, с желаниями, со страстями… И они будут вспоминать, как, плача от счастья, сплетались в тугой узел желания и любви…

Паркинсон. Обязательно запишите!

Олег. Пойду за блокнотом…

Олег начинает подниматься по лестнице. Паркинсон включает радио.

Голос диктора. …Сегодня в аэропорту при попытке вывезти за границу крупную сумму фальшивых долларов арестована молодая женщина. В интересах следствия имя задержанной пока не разглашается…

Олег и Паркинсон значительно смотрят друг на друга. Олег скрывается в номере. Входят молодожены с вещами. Она одета с изысканной строгостью. На нем пробковый колониальный шлем.

Тараканушкин. А вот и мы! Я все боялся опоздать к ужину.

Паркинсон. Простите, вы заказывали номер?

Тараканушкин. Ну, конечно, моя фамилия – Тараканушкин.

Паркинсон. Ах, вы – супруги Тараканушкины!

Тараканушкин. Нет, Тараканушкин – это я. А жена у меня – Иванова. Она почему-то не захотела взять мою фамилию. Может, передумаешь, дорогая?

Иванова.