горести, главная из которых, как оказалось, – переводчики, которые не выносят критики и любят постоять у него над душой, не переосмысливая свои поступки, а приставая к руководителю журнала, чтобы тот исказил истину. Они писали ему письма, звонили, составляли статьи – словом, устраивали полный переполох. Очевидно, что вместо признания своих ошибок проще отрицать их… Работать с такими субъектами в редакции весьма непросто, и в тот момент я, сам того не ожидая, стал сочувствовать бедняге-руководителю.
Взглянув на наше современное общество повнимательнее, можно обнаружить похожие явления и в других областях. Некоторые не знают, как воспользоваться собственными демократическими правами. Если не предоставляется демократия – слышно негодование, если предоставляется – наступает растерянность. Похоже, чтобы пользоваться демократическими правами, нужен определенный уровень развития и самосознания. Некоторые полагают, что демократия – это судебные тяжбы. Недавно в одном издании я видел новость вот о чем: в каком-то фильме сняли массовую сцену, и в кадр случайно попал посторонний человек. Когда фильм вышел в кинотеатрах, этот человек заметил себя на экране, разозлился и немедленно пожаловался в суд, заявив о нарушении прав на художественное изображение и потребовав пятизначную сумму в качестве компенсации. Я не разбираюсь в законах, однако мне кажется, что в таких действиях «демократия» перехлестывает через край…
Но вернемся к нашим переводческим кругам. Неужели у нас могут произойти подобные инциденты? Это действительно меня беспокоит. Раньше я полагал, что одолеть кризис перевода несложно. Теперь же мне кажется, что это совсем не так. Сейчас мне приходится, как в поговорке, опуститься на колени и показывать фокусы – другого мне уже и не остается.
Однако я не падаю духом и призываю переводчиков, а также широкую читательскую аудиторию объединить усилия, чтобы сообща преодолеть кризис перевода. Я верю, что способ выхода из этого кризиса непременно найдется. Так путешественники прокладывают новые дороги.
9 января 1994 года
Снова о переводе
Страна, где переводов много, но они некачественны, недостойна быть примером для подражания
Я с величайшим уважением отношусь к переводческой работе и надеюсь, что ее не станут обделять вниманием, которого она достойна. Также мне хотелось бы видеть гармоничное развитие этого нелегкого вида человеческой деятельности. Я считаю, что такая работа – полностью продукт духовной культуры, и, в отличие от материальных результатов труда, здесь никак нельзя гнаться за количеством. Действительно, если в вашей стране, например, переводится большое количество текстов, то ее престиж среди прочих стран должен расти. И тут вдруг оказывается, что большая часть этих переводов не просто дурные, а даже вредные – так о каком «престиже» в таком случае можно говорить? Я совершенно уверено, что переводами следует заниматься не для заработка, а для того, чтобы расширять возможности культурного взаимодействия между разными народами.
И совершенно прав был председатель Мао, когда говорил, что нужно «использовать зарубежные достижения в пользу Китая», сделать же это нам позволят переводы иностранных текстов. Как ни крути – они нам необходимы.
Но повторюсь, нельзя браться только за то, на чем можно заработать деньги. Мы уже поняли, что стремление к одному только количеству не приносит в итоге никакой пользы. Но как же тогда стать страной с сильной переводческой школой? Мне кажется, что это тоже не должно быть самоцелью переводческой работы. Я думаю, что следует просто своевременно и добросовестно выполнять свою работу – переводить и представлять на суд читателя хорошие зарубежные произведения, а судить о некой «силе школы» вовсе нет необходимости.
Как повысить качество перевода?
За последние годы я читал мало переводов, а уж тем более не изучал их, так что вполне могу быть неправ в своих суждениях. Однако меня не оставляет ощущение, что наш художественный перевод сейчас представлен низкокачественными, сделанными наспех текстами, хотя справедливости ради надо сказать, что среди них иногда попадаются и весьма достойные. Я неоднократно состоял в жюри литературной группы «Государственной книжной премии», и каждый раз в конкурсе участвовали выдающиеся переводные произведения. Иногда премию получали новые переводы всем давно известных текстов, которые по качеству явно превосходили старые. То есть делать однозначный вывод, что практика перевода в Китае находится в упадке, нельзя. Но, повторюсь, совершенно недостойных работ встречается очень много, и мы не должны закрывать на это глаза.
Причины падения качества переводов разнообразны, сложны и связаны со многими факторами – с техникой переводчиков, их профессиональной этикой, отсутствием критики, недостаточно жестким контролем со стороны издательств.
Здесь мне бы хотелось обратить внимание на два пункта. Во-первых, переводчик должен обладать широким кругозором. Нынешние условия обучения молодых людей иностранным языкам гораздо лучше, чем были в прошлом, а способности современных студентов к пониманию ничуть не хуже, чем в прежние времена. Но их подводит нехватка общих знаний и слабый уровень владения родным, китайским языком. Кроме того, я заметил, что молодые специалисты не могут или же просто не пытаются переводить в разных стилях в зависимости от предмета перевода. Скажу с точки зрения науки: переводы, сделанные преднамеренно плохо, без понимания переводческой этики, теперь встречаются довольно часто, что не может не огорчать. Во-вторых, издательства непременно должны проверять переводы. В прошлом любой текст строго контролировали, и эта добрая традиция должна быть продолжена. К сожалению, сейчас немало издательств подходят к такой работе без должной ответственности, а кое-где и вовсе нет редакторов, знающих иностранные языки. То есть мы отказались от контроля качества перевода, и соответствующей системы у нас просто нет. Для разрешения сложившейся ситуации необходимо, чтобы заинтересованные органы сообща навели порядок в этой области.
Глубоким изучением теории перевода я не занимался, однако по опыту знаю, что к разным его видам выдвигаются совершенно разные требования. В некоторых случаях необходимо строгое соответствие оригиналу, но порой достичь такого соответствия сложно или вовсе не нужно – достаточно выразить общий смысл. Поэтому для переводов весьма непросто выработать какой-то единый общий критерий. Даже используя принципы «точности, доступности и изящества» Янь Фу или прочие системы, выдвинутые его последователями, мы не сможем опираться только на них и должны лишь учитывать их как некий вектор. Художественная литература допускает широкие трактовки и формулировки в силу разного понимания замысла самого автора, произведения и литературного фона. И, разумеется, все эти требования должны основываться на тщательных исследованиях, а не на субъективном желании переводчика.
Снова призываю к учреждению Государственной премии в области перевода
Я считаю, что в целом уровень подготовки наших переводчиков довольно высок, и подтверждение тому – многочисленные успехи в этой области. Конечно, есть и недостатки, которые в основном проявляются в двух аспектах. Во-первых, мало внимания уделяется подготовке свежих переводческих кадров. Во-вторых, сам курс подготовки пока слабоват. Раньше в Шанхае работали высококлассные специалисты,
