Арман её замешательство истолковала верно. Переспросила недоверчиво:

— Неужели никто не поздравил?

— А кому я нужна? Дин, я как тот звёздный остров — сама по себе. Ни близких, ни родных… всё, проехали! — она постаралась удержать неожиданно подступившие к глазам слёзы. — Скажи, когда в Крыму цветут чайные розы?

— В июне, а что?

— Я забыла их аромат.

— Вот беда! Приезжай летом в гости, я тебя свожу на розовые плантации, вернёшь свои воспоминания. И как розы пахнут, и всё остальное.

Елена покачала головой.

— Ты не поняла. При чём здесь воспоминания… Украли кусочек моей жизни, моего прошлого. А я даже не знаю, какой! Может, там было что-то очень важное для меня? И никто, понимаешь, никто мне этого не вернёт.

За Днепром пелена облаков заволокла горизонт. Елена закрыла глаза, устроилась удобнее в глубоком кресле авиалайнера. Тихий гул двигателей навевал сон…

— Мамочка! Не уходи!

Леночка распахнула дверь. Маленькая хрупкая фигурка уходила всё дальше, растворялась в ослепительно-белом небытие.

— Мамочка, не оставляй меня! Пожалуйста!

Женщина вздрогнула, остановилась, неуверенно обернулась. Черты лица растворялись в нестерпимом сиянии, но сердце видело лучше глаз.

— Мамочка! Я не хочу здесь оставаться! Возьми меня с собой!

Женщина присела, призывно протянула руки. Леночка взглянула под ноги. Она стояла на самом краю. Дальше не было ничего, лишь ослепительно сияющая бездна. Зажмурившись, затаив дыхание, она шагнула.