Подошёл Никифор, встал рядом. Помолчали.

— Слабое место в нашей авантюре есть, — сказал он, не глядя на меня.

— Какое?

— Мы никогда не брали тварь такого ранга. Никто из нас. У тебя — интуиция и расчёты, у парней — злость. А опыта — ноль.

Я молчал. Он был прав.

— Поэтому я и тренируюсь, как одержимый!

— Но ты не забывай — ты не один. Отряд за тобой.

Он ушёл в здание. А я ещё постоял, слушая музыку и мысленно считая дни.

До начала контракта оставалось одиннадцать суток.

* * *

Через день мне позвонил Терехов и попросил подъехать к нему для разговора с каким-то важным гостем, который специально прилетел из столицы, чтобы обсудить новую инициативу и доложить о ней на самый верх.

Поехал, куда деваться.

— Хотелось бы узнать, молодой человек, о причинах вашего демарша и конфликта с Гильдией? — сразу после представлений перешёл гость к делу.

— К Гильдии, в том виде, в котором она была задумана, у меня претензий нет, — сразу начал я отделять котлеты от мух, — Но любую, пусть самую замечательную идею можно профанировать, опустив её ниже плинтуса. Приведу пример, чтобы не быть голословным. После смерти начальника Уссурийского отделения к нам прислали «парашютиста» из Хабаровска. И он очень старался развалить всю работу, а сам жил в «люксе» и заказывал на деньги Гильдии лучшую еду, выпивку и элитных проституток. Или Савельев, который продавал секреты Гильдии всем, кто был готов за них платить. Даже иностранцам. Смысл моих аргументов понятен? В Гильдию пробрались люди, нечистоплотные на руку. Неужели за этим никто не следит и кадровый контроль, как таковой, нынче напрочь отсутствует? — играя в словесный пинг-понг, перевёл я мяч на его сторону поля.

— Хм, хороший вопрос. Я его запомню и обязательно доложу. Но разве этого было достаточно для начала конфликта?

— Неужели вас не поставили в курс о том, что по наущению Савельева весь мой отряд отправили на верную смерть?

— Но вы же выжили!

— Чудом! Успели унести ноги буквально за пару секунд до начала полноценной атаки Твари ранга К-7! Кстати, не желаете на неё взглянуть?

— У вас есть фотографии?

— И даже видео, заснятое с пяти разных камер.

— Ах, да. Запамятовал. Мне говорили, что именно вы придумали, как защищать электронику в Пробоях.

— Я могу воспользоваться проектором? — обратился я к Терехову.

— Бога ради, — махнул он рукой, с интересом слушая нашу беседу.

Так-то губернатор на моей стороне, но гостю он пока этого никак не показывает, пусть тот и знает наверняка, что без Терехова мой план был бы обречён на неудачу.

Видеоролик у меня был подготовлен коротким. На три минуты. Как заметил Хуго — это лучшее время, чтобы раскрыть сюжет, захватить внимание и закончить на максимуме эмоций.

— Это… это же был дракон? — проняло гостя не на шутку, аж заикаться начал.

— Очень на то похоже. И нас отправили туда неподготовленными к Твари такого уровня.

— Неужели вы считаете, что если бы вас предупредили… — начал было гость.

— Я подписал контракт на отлов этой Твари живьём, — спокойно заметил я, заставив гостя захлопнуть рот и надолго погрузиться в размышления, а Терехова — побледнеть.

— Насколько я помню, Тварей такого ранга живьём ещё никто не добывал, — наконец-то выдавил высокопоставленный чиновник.

— Правильно помните. Американцы как-то раз И — ранг добыли, но живым свой трофей вынести из Пробоя не смогли.

— И это была небольшая частная армия с тяжёлым вооружением!

— Возможно, я не вдавался в подробности, — пожал я плечами.

— Вы или чертовски смелый парень, или отчаянный везунчик, но если ваш поход удастся, я лично костьми лягу, отстаивая ваш новый проект! — несколько экзальтированно сообщил москвич.

Нет конечно. Никакими костьми он не ляжет, я не тот наивный албанский юноша, кто в такое поверит, но по крайней мере союзника в его лице мы приобрели.

— Буду рад любой помощи из верхних эшелонов власти. Всё в интересах дела и ради обороны страны от Пробоев! — признательно кивнул я в ответ, стараясь попасть в градус эмоций, а заодно, подкидывая ему некоторые тезисы для будущего доклада.

— Как хорошо вы сказали! Прямо мои сокровенные мысли озвучили! — тут же нашёлся он.

Дальше предлагался обед, но тут уж я сослался на жёсткий график тренировок и специальную диету, на том и откланялся.

— «Триада тебя переиграла», — сообщил мне Хуго, и как мне показалось, даже с некоторым злорадством.

— И в чём же?

— Они открыли тотализатор, где можно ставить ставки, на сколько следующая попытка твоего устранения окажется удачной".

— И как у них успехи?

— «Ты не поверишь, но ставят на оба варианта очень активно, а Триада ждёт. Как только порог безубыточности будет перейден, они в очередной раз попробуют тебя исполнить».

— Так. Эта игра в одни ворота мне перестаёт нравится. Мы чем-то можем ответить? — надоели мне попытки отмахиваться от преступного сообщества, как от назойливого комара.

— «Можно предложить им расширить программу тотализатора. Например, попытаться угадать, к кому из руководства Триады, после очередной их попытки устранения, прилетит „голубь счастья“ с десятью килограммами взрывчатки на борту. Понятное дело, что это предложение все клиенты получат как бы от первоисточника, их, китайского. Словно Триада сама им это предложила».

Я замер на полуслове, переваривая услышанное.

— Ты хочешь сказать, что мы предложим им сыграть против самих себя? — уточнил я, хотя уже понял.

— «Именно. Тотализатор — их идея. Мы всего лишь её развиваем. Пусть ставят на то, уцелеет ли Ли Вэй после следующей попытки. Или Чжан Су. Или кто ещё там у них наверху. Заодно всё их руководство вскроем».

— А кто именно наверху? У тебя же наверняка есть досье на каждого.

— «Есть. Но для тотализатора достаточно трёх имён. Третьего я добавлю в последний момент, чтобы посеять панику».

Я потёр подбородок. Идея была грязной, циничной и очень правильной. Китайская Триада привыкла играть чужими жизнями. Пусть теперь поставят на кон свои.

— Делай. Только аккуратно, чтобы они не вычислили, откуда ноги растут.

— «Пакет анонимности — максимальный. Задействую прокси-цепочки через три континента. Примерно, по полторы тысячи контактов каждая. Даже если