В итоге, скачав себе на телефон несколько свежих книг, я спустился, едва не расколотив аппарат при приземлении, и заняв гамак, приступил к отдыху. Посматривая иногда на часы, в ожидании Алены.

Девушка вернулась только через два часа, раздраженная, и злая на весь белый свет.

— Чего там?

— А… — Махнула рукой та, и ничего не объясняя, прошла в дом, пикнув брелком сигнализации. Пришлось закрывать книгу и идти за ней, успокаивать.

Впрочем, процесс утешения мне и самому понравился, и остаток дня мы провели в горизонтальной плоскости, болтая сначала о пустяках, а потом о работе. Где, по словам девушки, собрались разгильдяи, способные заблудиться в трех соснах. И не способные найти на столе единственную папку с бумагами.

— Но ты разобралась?

— Разобралась. — Вздохнула девушка, и тут же ткнула мне в грудь острым ноготком — Но если ты до конца недели опять с телефоном наверх полезешь, я обижусь! Пусть сами разбираются! У нас отпуск!

— А в отпуске кормят? — Поспешил я перевести тему разговора.

— Кузнецов! Ты о чем то кроме еды думаешь вообще? — Деланно возмутилась Алена, а когда я кивнул и попытался продемонстрировать, о чем еще думаю, кроме еды, со смехом порхнула из постели, отправившись готовить поздний ужин.

Вот так незаметно и прошел день. Пока девушка готовила ужин, я откопал в сарае две старенькие корзины, приготовив их на завтра, да отыскал обычные патроны к оружию, решив, на всякий случай взять пистолет с собой. Мало ли что.

А за окном, тем временем, уже давно стемнело, и на небо упорно карабкалась луна, непривычно четкая, в идеально чистом небе. Освещающая местность словно фонарь. Да так, что еще немного и читать можно будет.

Кстати, о чтении, этим мы и занялись перед сном, листая непривычные, бумажные книги. О нечисти, конечно же…

— Слышишь? — Уже за полночь растолкала меня Алена, после того, как я благополучно вырубился, не осилив и десятка страниц. Отличное снотворное мне попалось, надежное… А читал бы скачанный боевик, так и не уснул бы.

— Что? — Оторвав голову от подушки, переспросил я, сонно щурясь и пытаясь полностью открыть глаза — Опять дождь?

На улице снова грохнуло, но молнии я не увидел. Или далеко, или…

— Стреляют, что ли? — напряженно прошептала девушка, глядя в сторону окна.

— Точно не гроза? — Потерев ладонями лицо, уточнил я.

— Точно!

— Ну и хорошо… А то задолбал уже этот дождь…- пробормотал, укладываясь на подушку, и натягивая одеяло на голову. Чтобы через секунду, скинув одеяло, рывком сесть на кровати — Что?

— Стреляют, Вов!

Да я уже и сам понял, что слышу, и метнулся к шкафу, за припрятанным там накануне, пистолетом. А уже вооружившись, принялся одеваться.

— Спокойная деревня… Делать участковому нечего… Скучно живет… — Ворчал я при этом, пытаясь попасть ногой в штанину — Вот что за люди, а?

— Ты куда? — дернулась Алена, стоило мне направиться к двери.

— На улицу, послушаю, что происходит… — Буркнул я — Сиди здесь, я скоро.

Вот только слушать было нечего. То ли у дебоширов патроны кончились, то ли убили уже всех, но стрельба затихла. И в деревне снова воцарилась тишина. Ненадолго, правда.

— Дмитрич, что там? — послышался голос откуда-то дальше по улице.

— Да не пойму пока! — ответили с другой стороны, хриплым, старческим голосом — Может Николашка нажрался и чудит?

— Так он же не пьет?

— Так может сорвался?

— А он что, в завязке разве?

И вот в таком духе… А чуть позже и от моих соседей к собеседникам кто-то присоединился, обсуждая уже не стрельбу, а наклонности местного участкового. Мол в тихом омуте, и все такое…

Я же, пожав плечами уже собрался идти обратно в дом, как снова грохнул выстрел. Уже по другому, не сухим отрывистым кашлем, а раскатисто так, увесисто.

— О, а это уже Константинов! — Прокомментировал неизвестный мне Дмитрич, откуда-то с чердака, видимо.

— Точно, больше некому! Что ж там такое происходит?

Вот и мне было интересно, что там происходит. А тут еще пистолет оттягивал руку, даря странное чувство, незнакомое мне прежде. Подзуживая, пойти и поучаствовать в событиях. Справедливость причинить и добро нанести…

Не было бы оружия, и я бы нырнул обратно в дом, заперев за собой дверь, в надежде отсидеться, а так…

— Что там? — На крыльцо выскочила Алена, уже одетая, грозно сжимая в руках обрез двустволки.

— Не знаю. — Ответил, отойдя с линии прицела, и снова вслушиваясь в темноту, откуда как раз снова грохнуло — Но ничего хорошего, это точно.

— Поможем? — Девушке оружие, видимо тоже внушило уверенность в своих силах…

Собственно, ее вопрос и послужил последней каплей. Если уж хрупкая девушка рвется на помощь, то мне совсем ни к лицу отсиживаться…

Лязгнул затвором пистолет, досылая патрон, обычный, без серебра, и я, уточнив где находится дом участкового, первым просочился сквозь калитку, стараясь держаться в тени забора. И медленно пошел вперед, во все глаза глядя вдаль…

— Потом крикни, что там случилось! — Хриплый голос гаркнул откуда-то сверху, отчего я подпрыгнул, а сзади ойкнула Алена, щелкнув курками незаряженного обреза. После чего я, с трудом сдерживая ругательства, отобрал у девушки оружие, и покрутившись, не найдя куда его деть, вручил обратно, шепотом попросив больше так не делать. Радуясь, что патроны к нему остались в подполе.

— Я нечаянно… — Шепнула Алена, и тут же указала пальцем в сторону чердака дома, мимо которого мы проходили — Это все он!

— Ну чего вы застыли? — Снова послышался голос — Пока вы стоите, там все уже закончится!

— Тьфу ты блин! — Махнув рукой, я перестал прятаться, и попросив девушку держаться сильно позади, просто пошел вперед. Ну какие прятки, если благодаря горластому деду, уже вся деревня в курсе, что мы идем?

И, наверное, хорошо, что мы опоздали. Потому что если бы мы, такие красивые, прибыли к месту событий раньше, нас бы кто-то наверняка пристрелил. Или бледный участковый, вцепившийся в пистолет с замершим в крайнем положении затвором. Или грозно поглядывающий по сторонам дед, в кепке и старом свитере, несмотря на летнюю погоду. Бережно держащий в