— Только не жди, Ром, что я в ответ буду спрашивать, как у вас дела.

— А чего спрашивать, — с улыбкой развёл он руками. — Всё просто прекрасно, но я уверен, что ты и сам это прекрасно знаешь.

На эти слова я лишь хмыкнул.

— Ну, было бы странно, будь оно иначе. От вас клиенты не бегают.

Вот сказал и тут же пожалел.

— В каком смысле бегают? — не понял Роман.

— Да не важно…

— Нет, погоди, Саша, что ты имел в виду. Что это значит, бегают?

— Да то значит, — вздохнул я и всё-таки признался. — С нами не хотят работать.

Не хотелось мне ему этого говорить. Крутые мужики не должны плакаться в жилетку из-за своих проблем. Ага. Мы стойко и молчаливо переносим все тяготы и лишения судьбы.

Но факт оставался фактом. С нами никто не хотел работать. И я не крупные фирмы имею в виду. Я ведь не идиот, чтобы к ним сразу бежать. Там понятно, что никто из них не захочет сотрудничать с мелкой, только что созданной фирмой. Я говорил о небольших компаниях средней руки, которые и должны были стать надёжной опорой.

В особенности молодые, ещё не успевшие набрать жирка. Такие в силу своей молодости стараются экономить на всём. В том числе и на юридической поддержке. А потому ищут недорогих юристов, способных за разумные по их меркам деньги обеспечить им юридическое сопровождение. Вот именно в них я целился изначально.

И чего скрывать, похоже, что мои планы провалились полностью.

В первые месяцы я не придавал этому особого значения, так как это было, в общем-то, в порядке вещей. Ну, то есть это почти что нормально, что даже игроки самой нижней планки среднего уровня испытывают сомнения относительно работы с только что созданной юридической фирмой.

Но чтобы и мелкие компании? Я ведь специально не завышал ценник на наши услуги. В моменте даже снижал его ниже среднего. То есть предложения с нашей стороны были более чем «вкусными». Кто-то по началу соглашался, да. Если бы всё шло хорошо, то на сегодня мы закрыли бы уже две сопровождённые сделки и один корпоративный спор.

Да, фирмы, которые должны были стать нашими «постоянными» клиентами, имели совсем небольшие размеры, но это то, с чего можно было бы начать. Как я уже сказал, я специально целился именно в таких вот клиентов, так как они позволили бы не только заработать в относительно безопасных условиях — чем крупнее клиент, тем сложнее работа — но и наработать себе какую-никакую репутацию. Более того, именно такие дела позволили бы мне держать фирму на плаву в первые годы.

В общем, да. Они бы у нас могли бы быть… если бы не отказались. Все. Даже эти трое, с кем после долгих переговоров и налаживания общения я всё-таки договорился, отказались. Неожиданно. Без объяснения причин, побудивших их принять такое решение. Просто я получал звонок со словами — простите, ваше сиятельство, но мы вынуждены отказаться от ваших услуг. Крайне сожалеем и всё такое. И ведь неустойку с них стребовать не мог. Каждый раз отказ звучал до того, как мы официально подпишем все бумаги.

— Тебя топят, — уверенно проговорил Рома, когда я поведал ему эту историю.

— Спасибо большое. А то я сам и без тебя не понял, — съязвил я в ответ. — Думаешь, что я такой дурак, что не пойму, что кто-то вставляет мне палки в колёса?

— Я думаю, Саша, что ты достаточно умён, чтобы разобраться, что тебе пакостят, — проговорил он с умным видом. — Но совсем другое дело — понять, кто именно это делает. Ты пытался узнать?

— Конечно пытался. Вон, Пинкертонову заплатил за то, чтобы выяснить.

— И?

— И мои деньги улетели в пустоту, — вздохнул я. — Он ничего не смог сказать. Вообще. Мне кажется, что я под собственной паранойей за тенью гоняюсь.

— Слушай, я конечно не хочу показывать пальцем, но…

— Князь тоже не знает, — моментально понял я, о чём он говорил. — Да и в целом, это немного не его профиль.

— Ясно. Может ты за последние полгода на ногу кому наступил или ещё что?

— Может быть, — пожал я плечами. — А может быть и нет. А может…

— А может и не может, — закончил за меня Роман. — Тебе нужно разобраться в этой ситуации. Насколько всё плохо?

Если бы это было банальное любопытство, то я бы не стал отвечать. Да и в целом, даже в любом другом случае не стал бы ничего говорить. Но Роман спрашивал меня об этом… В общем, он спрашивал меня как друг. Так, как мог бы меня спросить Виктор.

— Вместе с последним делом у меня хватит средств поддерживать фирму на плаву ещё несколько месяцев, — сказал я честно. — Если мои ребятки не облажаются в своих делах, то это даст нам полгода для того, чтобы найти ещё подобные дела и выгрести с них всё, что только сможем. Потом придётся лезть в кредитные долги…

— Это отсрочка, Саша…

— Думаешь, что я этого не знаю? — спросил я его в лоб. — Спасибо большое, о мудрейший. У меня тут и так синдром отложенной смерти…

— Так ты давай не заводись. Я, вообще-то, помочь тебе могу…

— Нет, — резко произнёс я. — Я твоих денег не возьму.

— Я знаю, — кивнул он. — Знаю, что не возьмёшь. И осуждать эту твою принципиальность тоже не буду. Сам таким был. Но я могу поговорить с кем-то из своих клиентов, у кого есть небольшие дочки. Может кому-то из дочерних фирм нужен адвокат…

Я понимал, о чём именно говорит. И желание согласиться было очень сильным. Только вот я всё равно не приму такого предложения. И на то есть сразу несколько причин.

Во-первых, если человек с таким репутационным капиталом, как у Романа, будет рекомендовать мою фирму как «дополнительный вариант» для своих клиентов — это не помощь мне. Да, в краткосрочной перспективе это поможет, но в дальнейшем только всё усугубит. Таким действием он снижает саму ценность своего совета. Клиенты, которые платят ему буквально миллионы рублей за стратегические решения и юридическую помощь, не воспримут это как рекомендацию.

Там нет дураков. Они воспримут это как жалость. А жалость — это первый шаг к потере доверия к твоей собственной компетентности. Учитывая, что в будущем я буду целиться в таких клиентов, подобная помощь от Романа будет равна тому, как если бы он собственноручно дал мне лопату и указал, где копать могилу. Потому что, получив работу таким образом, в