— Ну да, теперь помню — согласилась Лена, улыбнувшись.

Парень принес солянку, шашлык и хинкали, и мы приступили к празднику желудка. Через двадцать минут все было сметено со стола.

— Лена, что-то еще будешь? — спросил я, глядя на девушку.

— Костя, с меня достаточно, а то я лопну — улыбнулась Лена, бросив на меня теплый взгляд.

Мы встали из-за стола, Ибрагим принципиально не брал с меня деньги — угощал меня каждый раз. На этот раз с ним никаких дел не было — зима, старательский сезон только впереди.

— Костя, а почему ты не рассчитываешься? — спросила Лена, когда мы стали одеваться.

— Тут меня бесплатно обслуживают, у меня деловые отношения с хозяином — ответил я с улыбкой. — Не хочет брать с меня деньги.

— В смысле, с каким еще хозяином? Это же кафе! Оно же от Горпищеторга работает! — удивилась Лена.

— Ну это условно я говорю «хозяин», может он и не имеет к кафе никакого отношения, но он всем тут заправляет — ответил я с улыбкой. — А каким образом — мне неведомо.

Мы неспешно прошли по улице, погуляли, потом поднялись в нашу квартиру. Лена пошла в ванную переодеться, а я переоделся в спальне — на улице минус сорок и одежда была у нас по сезону.

Я пригласил Лену на кухню.

— Лена, выпьем вина? У тебя же родителей нет дома? Не учуют запах? — спросил я.

— Не, мамка только завтра с утра придет — сказала Лена. — Да она сама нередко поддает на дежурстве, так что не учует, доставай вино! С удовольствием выпью!

Мы выпили по бокалу болгарской Тамянки, я пригласил Лену потанцевать. Вино крепленое, сразу ударило в голову. Мы прошли в зал, я включил магнитофон с записями танцевальных ритмов зарубежной эстрады. Лена положила мне руку на плечо и прижалась ко мне достаточно откровенно. Она и так сюда шла не стихи читать, а вино вообще все тормоза отключило. Мы кружились в танце, наши лица были близки к друг другу, и я осторожно поцеловал девушку. Она неожиданно ответила мне со страстью, я прижал ее к себе и впился губами в ее губы. Танец кончился, а так и стояли, впившись в друг друга губами. Наконец мы расстыковались, я вновь привлек к себе девушку, обхватив за талию. Она обвила мою шею руками и вновь подставила свои губы. Жаркие поцелуи продолжались, я стал смелее ласкать девушку — гладить ее попу, потом начал сжимать ее. Лена только еще плотнее прижалась ко мне.

— Пойдем на диван, там удобнее целоваться — пригласил я ее.

— Пойдем! — улыбнулась Лена, расстегнув еще пару пуговиц на блузке. Я расценил это как приглашение, она села ко мне на колени, и я запустил ей руку под блузку, начал гладить ее груди — её поцелуи стали только жарче. Я стал целовать ее ушки, шею — она млела от удовольствия, ерзая у меня на коленях.

Мне было видно, что Леночке очень хотелось секса. Я решил спросить об этом прямо, поскольку я предполагал, что она еще девственница. Чтобы она не жалела об это поступке, сделанном в порыве страсти.

— Леночка, ты готова потерять невинность? — деликатно спросил я, стискивая ее груди — она не одела бюстгальтер на свидание.

— Ну ты и спросил — засмеялась Лена. — Так прямо! Нет чтобы раздеть, уложить в кроватку и не задавать лишних вопросов!

— Ну я считаю тебя девственницей, поэтому и задаю вопрос. По тебе вижу, что ты этого хочешь, но хочу, чтобы с твоей стороны это был осознанный шаг, а не слабость в порыве страсти — пояснил я с милой улыбкой.

— Видишь ли Костик, мать мне долбит постоянно — не потеряй свою невинность, мужу своему ее сохрани. А сама трахается с соседом, Виктором Степановичем, который старше ее на десять лет. Как-то летом случайно увидела, как она стояла на коленях, держа во рту его член, типа он к нам за солью зашел, а она на кухне ему отсасывала. Как отец в рейс — она бегом к соседу, сохранила для мужа свою невинность называется — хмуро сказала Лена с осуждением. — Я спрашивала ее — почему она к нему бегает. Говорит мне — вырастешь, поймешь. Говорит, что он хороший любовник и щедрый к тому же, подарки разные ей делает, балует ее, не то что батя. А мой батя? Тоже хорош! Ездила этим летом с ним в Магадан в рейс — купить разных вещей к школе. Он меня в Ягодном на стоянке высадил, попросил прогуляться, а сам себе в кабину девицу посадил, по возрасту — ну точно моя ровесница, если не моложе, потом я смотрела, как кабина машины ритмично качалась, трахал он ее там. Сказал мне, чтобы я маме не говорила, это будет наш с ним секрет. И объяснил, чтобы я понимала, что мужчинам воздержание вредно, чтобы мужа в будущем своего за походы налево не ругала. Потом тоже самое повторилось в Талой — другую девицу, уже постарше в кабине оприходовал, я гуляла и смотрела как кабина качается. И на обратном пути все повторилось. Вот такие дела, так что эти разговоры про свою невинность я выбрасываю из головы, не им меня учить жизни. Чего ради я должна отказываться от этих радостей жизни? Все равно в институте лишишься невинности. Иначе что это за студенческая жизнь без секса? А так я еще в школе два года могу позволить себе эти радости жизни — грустно улыбнулась Лена. — Но только я не буду это афишировать конечно.

— Ну а почему меня выбрала, для меня это было несколько неожиданно — сказал я, лаская ее грудь и целуя ушко.

— Костя, ты резко изменился после лета, повзрослел. Ну просто стал другим человеком, взрослым парнем. Я же хотела с Сережкой Герасимом невинность свою потерять, а потом с ним трахаться, дружила с ним, ты знаешь это наверно, гуляли мы с ним часто. Но как-то услышала, как он хвалился своим дружкам, что я за ним бегаю и он вот-вот мне целку сломает, а потом найдет другую девчонку и ее будет уламывать, чтобы целку сломать. Тварь!

Вот после этого желание иметь с ним дело пропало — одно