— Ну эту мы не сломали, — рассмеялся я.

Королевская кровать, кажется, была сделана целиком из очень прочного массива и сколочена так, что даже если бы мы тут вдвоем прыгали словно на батуте, то с ней бы всё равно ничего не случилось. А ещё она, пока что, была самой просторной из тех, на которых мы с девушкой кувыркались в этом мире.

Юлианна словно прочитала эту мысль и добавила:

— Как думаешь, в этом страшном замке найдется кровать побольше и крепче?

— Главное, не гробы.

— Ой, фу-у-у… — шутливо поморщилась она. — Не люблю тесноту.

Немного поёрзав, девушка выскользнула из постели к стоящему неподалеку подносу с графином. Разлила нам немного вина, после чего с бокалами вернулась в кровать.

— Благодарю, — улыбнулся ей, принимая напиток.

— И что, ты теперь вроде как король? — решила она поднять эту важную тему.

— Пока что не чувствую себя таковым, — вздохнул я, потягиваясь. — Да и коронации как таковой не было.

Как и официального отречения Карла. Кое-кто из плененных советников короля взял на себя обязанности подготовить официальный документ, а пока мы просто забаррикадировались в замке, оставив тут только самый минимальный набор слуг. Нас и десяти человек нет, сложно таким составом удерживать город, в котором живет тысяч сто человек.

— Скоро всё организуем, но нам надо бы поискать тебе лояльных ребят из дворянства, которые будут готовы поддержать нас. Сюда мы быстро людей не переправим, да и всё равно окажемся в меньшинстве.

— Тут ты права, нужно как-то решать этот вопрос…

— И есть мысли?

— Да, есть. Правда, это сулит мне очень много хлопот. Кёнигсберг и Вольнов находятся слишком далеко друг от друга, только в одну сторону больше месяца пути. Постройка железной дороги займет годы, если не десятилетия.

— Твои… как их там… автомобили?

— Вариант, это сократит путь с месяцев на дни, но дороги всё равно нужно под них переделывать.

— Тогда…

— Я думаю построить портал.

— Как те, которые мы используем для сражения с монстрами?

— Нет, другого формата. Это как… две двери, связанные между собой. Ты заходишь в одну, а выходишь в другом месте.

— Стой, так можно⁈ — Юлианна вскочила, и теперь сидела на краю, голая и такая обворожительная.

— Можно, но сложно. На расстояния как между Вольновом и Саратовом строить такой смысла нет, а вот между Кёнигсбергом и Вольновом — смысл уже имеет. Но придется тратить империум, там расход энергии будет огромным.

— А у нас его не очень много осталось, — кивнула девушка. — Подумываешь открыть стабильный портал, когда вернемся?

— Придется, но его сложность вырастет. Хотя… можно попробовать провернуть такой трюк в другом месте, например тут, и тогда теоретически это будет считаться совершенно новым порталом. Но империума в нем будет совсем мало, в вольновском его будет больше.

— Ну что ж, это похоже на некоторый план, — улыбнулась Юлианна, допила бокал, а затем отняла у меня второй, поставив его на пол у кровати. — А теперь готовься, король, сейчас я на тебя устрою любовное покушение! И лишу тебя всего достоинства! Хи-хи-хи!

* * *

Утро началось с колокольного звона, заставившего меня подскочить с кровати и дотянуться магнитным полем до триплексов, но видя, что никто не ломится в дверь, да и вообще что ситуация довольно спокойна, расслабился. Юлианна тоже подорвалась, спрыгнула с кровати, но затем чертыхнулась и вернулась ко мне.

— Первым своим указом ты обязан сделать так, чтобы утром никто нас не беспокоил, — сердито буркнула она.

— Приложу к этому все свои силы.

Увы, долго поваляться нам не дали. Не прошло и двадцати минут, как в дверь заколотили, и это оказался Марцевич, сообщивший, что к городским воротам подошли какие-то люди. Пришлось одеваться и, даже не позавтракав, смотреть, что там вообще происходит.

Как оказалось, к замку заявился небольшой армейский гарнизон, требующий немедленной аудиенции у короля. Тогда-то и явился я, спрыгнул прямо к ним, вызвав целую бурю эмоций у воинов.

Старший у них был бородатый, седовласый, но крепкий мужчина в латной броне, при моем появлении немедленно потянувшийся за мечом.

— Колдун…

— Не колдун, а маг, — поправил я его, — и с сегодняшнего дня ещё и король. Так что прояви немного уважения. Карл Двенадцатый сегодня официально отрекся от престола.

Я протянул руку чуть сбоку, и Марцевич скинул мне одну из копий составленного за ночь документа о передачи всей полноты власти Ростиславу Градову, князю Вольнова. Всё заверено печатями и подписями.

Мужчина выпучил глаза, не веря в такую ошеломляющую новость, стал что-то бормотать, но я уже развернулся, собираясь вернуться на стену, правда, бросил перед этим:

— Жду сегодня после полудня самых важных жителей города.

И не дав мужчине возразить, взмыл в воздух. Группа воинов потопталась какое-то время у ворот, но поняв, что их слишком мало, чтобы взять дворец штурмом, ушла. Ну а мы пока занялись подготовкой к предстоящей церемонии передачи власти.

И как было приказано, к полудню в тронном зале собралась довольно пестрая компания местной элиты. Дворяне, купцы, главы гильдий, пара священников Охранителя в черных рясах, даже несколько офицеров из тех, что не разбежались. Человек сорок, может, чуть больше. Все они стояли перед пустым троном, переглядываясь и перешептываясь, явно не понимая, чего ожидать, ну а я решил добавить загадочности и не сразу явил себя публике.

В качестве консультанта и помощника выступал древний камергер прошлого короля Себастьян Кох. Этому старому пню, казалось, уже давно плевать, кому служить, и он просто исправно выполнял свою работу даже в столь преклонном возрасте. Он сообщил, что служил аж шестерым королям, и ни один не жаловался.

Облачившись в одежду простого офицера, я пока наблюдал, стоя у одной из колонн. Старый Кох стоял рядом и на не слишком чистом, но всё ещё достаточно хорошем русском рассказывал о том, кого я вижу.

— Тот седой в синем камзоле — это барон фон Рульф Штайнберг, владеет землями к северу от города. Рядом с ним граф Мирволь Вольфенштайн, один из крупнейших землевладельцев региона. Толстяк с золотой цепью, наверное, самый влиятельный из них, Генрих Мюллер, глава купеческой гильдии, фактически контролирует всю торговлю в порту. Именно через его карманы проходит больше половины денег Кёнигсберга.

— А кто из них троих наиболее опасный?

— Вольфенштайн, у него большая и сильная дружина. Если сможете заручиться поддержкой его и Мюллера, то остальные покорятся без больших проблем, Ваше Величество. Главное, пообещайте им, что при вас станет даже лучше, чем при Карле, и они вас поддержат.

Я кивнул, благодаря старика