— А можно вслух? — Нагло протиснувшись между ними, я тоже встал рядом, и наплевав на тишину, продолжил в полный голос — Что случилось?

— Тебя надо спросить! — буркнул Константинов, и ткнув пальцем мне в грудь, потребовал — Когда ты видел Кольку в последний раз?

— Да он все время за мной шел! — Не понимая, что происходит, воскликнул я, непонимающе глядя на цепочку следов, четко отпечатавшуюся в мягком грунте оставшемся после того, как дерево упало на землю вместе с корнями. И не смотря на то, что я точно помнил, как слышал за спиной шаги, след был один. Мой. Старики то в этот момент как раз по окрестностям бродили, а мы шли прямо, не кружа по округе.

— А я говорил, этому бестолочу, сами сходим! — После недолгого молчания, покачал головой Константинов — Так нет же! Теперь обоих искать!

— Если этого по пути не потеряем. — Кивнул на меня Степаныч, и внимательно окинув меня взглядом, подытожил — Значит так! За Колькой я пойду, иначе его мать с меня живого не слезет. А вы продолжайте Пашку искать. Встретимся у машины.

— А они родственники? — Проводив взглядом охотника, бодро ушедшего назад по следам, спросил я у Константинова, и не услышав ответа, аж на месте подскочил, рывком разворачиваясь назад. И вот он, стоит за спиной, ехидно смотрит… Гад.

— Соседи. Колька на его глазах вырос. Так что он его не бросит, не волнуйся. — Наконец пояснил старик и предупредил уже по делу — держись сзади и не отставай. Если что кричи.

— А как же: «лес тишину любит»? — немного ехидно переспросил я, на что старик лишь посмотрел на меня из-под густых бровей, и головой качнул. Отчего мне даже стыдно немного стало, как в детстве, когда напакостишь, а потом стоишь и слушаешь упреки взрослых.

— А вам это странным не кажется? — Не унимался я, шагая следом за охотником, благо тому было проще слышать мой голос, чем оборачиваться каждый раз, проверяя на месте ли я — Ну, все это? Сначала водитель ушел куда-то. Потом Климов загадочно исчез? Это же не нормально?

— Конечно не нормально. — Кивнул старик, и снова замер, высматривая что-то впереди — Дед мой сказал бы, что леший балует.

— А вы?

— А что я? Со мной ничего такого не случалось, хотя я в лесу полжизни провел. Ну а Колька… Думаю, задержался где-то. По нужде остановился, или еще что. А потом свернул не туда.

— А шаги за спиной? — Продолжал упорствовать я, уверенный, что тут и вправду проделки нечисти. Ну не может без нее хоть в этот раз обойтись. По закону подлости…

— Звуки в лесу звучат по другому. Может ты сам себя слышал?

Кого он уговаривал, меня или себя, я так и не понял, но спорить в этот раз не стал. Просто чтобы самого себя, хотя бы не пугать еще больше. Мне и без того все происходящее сильно не нравилось.

Между тем, наши поиски и не думали заканчиваться. Время шло, и мы шли по следу, часто останавливаясь, чтобы понять, куда двинулся наш потеряшка. А вот тот, думаю, такими вопросами не заморачивался, смело шагая вперед, по замысловатой траектории.

— Прет как лось во время гона! — В какой-то момент буркнул Константинов, и тяжело шагнув к очередному дереву, сел на поваленный ствол, хлопнув ладонью рядом с собой — Садись, перекусим и отдохнем. Староват я стал, для таких приключений.

— А след не «остынет»? — Ввернул я подслушанную где-то фразу, на что старик лишь усмехнулся в усы, даже не став отвечать.

Наконец, из рюкзака на свет были извлечены сверток с бутербродами и термос, а потом и кружки, в которые старик разлил еще горячий чай.

— Ешь давай. — Посоветовал Константинов, первым показывая пример — Неизвестно еще, сколько нам идти.

Помедлив немного, я присоединился к трапезе, чувствуя, как вновь просыпается аппетит, напрочь отбитый исчезновением участкового. И казалось бы, по законам жанра мы должны сейчас озираться и дергаться, всего на свете опасаясь, но… Человек такая скотина, он адаптируется ко всему. И везде пытается чувствовать себя комфортно. К тому же, до темноты оставалось еще полно времени, а днем, даже если знаешь, что где-то рядом нечисть, было почти не страшно. Муторно, да. Но…

— Чай не пил, откуда сила? Чай попил, совсем ослаб! — Продекламировал странную присказку старик, убирая термос обратно в рюкзак — Ну что, городской, как тебе в наших краях?

— Суетно. — Честно признался я, и добавил, увидев удивление на лице старика — Я то думал, у вас тут тишина и покой, а вместо этого сплошные приключения! Вот как сей…

— Тихо! — Вдруг вскинул руку старик, и замер, прислушиваясь, мгновенно забыв о разговоре — Слышишь?

Я замер, прислушавшись, пытаясь понять, что имел ввиду старик. Но ничего не заметил. Нет, лес, конечно, не замер в мертвой тишине. Все так же гулял в макушках деревьев ветер, создавая разноголосый шелест. Где-то в стороне треснула ветка, неожиданно громко. И тут же в этот шум барабанной дробью влился стук дятла… Но ничего постороннего я так и не услышал.

— Кричит кто-то! — Всполошился Константинов, вскакивая на ноги — Небось Пашка, как раз с той стороны голос.

— Ничего не слышу. — Честно признался я, на что старик только поджал губы, проворчав себе под нос о глухой молодежи.

Мне же, вдруг резко стало не до звуков природы. И поведя плечами, я машинально потер ладонью занывший шрам, про который давно забыл. Отметина, оставленная охотниками вначале лета вдруг разболелась, не сильно, но ощутимо.

Впрочем, довольно быстро я перестал обращать внимания на боль, и вскочив на ноги, устремился за стариком, уверенно шагающем на звук.

— Может поорем? — предложил я — Если вы его слышите, то и он нас услышит?

— Рано. — На ходу отмахнулся старик — Не поймет откуда голос, и снова помчится куда глаза глядят. Ищи его потом. Все, тихо, не отвлекай!

Конечно я замолчал. И только с каждым разом удивлялся, глядя как старик то прет вперед, ловко огибая препятствия, то замирает на несколько минут,