Тут мастер пустоты заговорил и стал рассказывать факты, которые уже должен был узнать любой уважающий себя претендент. Но большинство стояло с благоговейным видом и внимательно слушало, Фан Юань решил не выделяться из коллектива и тоже сделал вид, что он в глубоком шоке.

Речь была полностью ожидаема: это лишь крошечный мир, есть и другие; шесть сект, из которых прибыли эти люди, чтобы выбрать достойных; секты все из себя хороши, и попасть в них — большая честь. Из важного Фан Юань выделил только название следующих рангов: небесной судьбы, небесной звезды, небесной оси, дао дракона и боевой предок.

Ему были важны не столько сами названия, как то, что их пять, в прошлом мире было пять земных рангов, которые практически полностью соответствовали местным, и четыре небесных, на самом деле три и еще один, которого за всю историю смогли достичь лишь десять человек. Здесь же было пять небесных рангов, и, судя по краткому объяснению, все пять вполне доступны, то есть достичь боевого предка сложно, но такие люди есть, и они живы прямо сейчас. Это могло значить, что люди пиковой силы здесь превосходят тех, что были в мире ГУ. Но была и возможность того, что тот же или даже меньший уровень сил раздроблен на более мелкие ранги.

Фан Юань продолжал слушать, пока его внимание не привлекло то, чего он надеялся не услышать.

— Если вы готовы к установлению отношений между мастером и учеником и готовы нести Печать Души, тогда ваш мастер возьмёт вас в область Драконьих Руин, — произнёс мастер пустоты, окидывая всех взглядом, и продолжил. — После того как Печать Души сформирована, ваши отношения как мастера и ученика будут непоколебимы. В Области Драконьих Руин обман и предательство твоего мастера — самый тяжкий грех!

— Хотя Печать Души накладывает определённые ограничения на ученика, подобное также накладывается и на мастера. В Области Драконьих Руин те, кто установили Печать Души, имеют очень стабильные отношения мастер — ученик. Мастер также не нанесёт никакого вреда ученику.

Фан Юань был зол, он совершенно не собирался ставить на себя печать от сильных мастеров и тем более прикреплять всё это к своей душе. Нельзя сказать, что эта новость была абсолютно неожиданной для него, он предполагал, что что-то подобное может произойти, но не попытаться покинуть этот мир через этот портал он не мог.

Внезапно Кан Мин вышел вперед, поклонился и спросил:

— Глубокоуважаемый господин, я хочу спросить, кто будет нашим мастером? Будем ли мы сами выбирать своего мастера?

— Ваш мастер уже был определен. Если вы не согласны, вам позволено уйти!

Вопрос парня был довольно глупым, какой смысл в выборе сект, если претендентам до сих пор не известны даже их названия. А вот ответ мастера пустоты немного успокоил Фан Юаня, если у него есть возможность выбора, то он может действовать гораздо спокойнее.

Женщина указала на трех находившихся здесь девушек: Нин, Янг Син и Хуа Хо, и сказала, что они теперь её ученицы. Фан Юань лишь усмехнулся, взглянув на это, женщина явно была высокородной и поддерживала образ скромности и изящества, наверняка навязанный ей с детства. Весьма вероятно, что она рассчитывала на то, что её ученицы будут вести себя точно также, и когда она поймет, кого она получила, будет уже поздно что-то менять. Хотя, возможно, её секта предназначена только для женщин и выбора у нее просто не было.

Бай Ту и Дуан Цзянь оказались вместе, но Фан Юань не знал, вышло ли это случайно или старшие решили не разлучать хозяина с его собственностью. Когда все были распределены, то остался только Фан Юань, Не Ли и какой-то лысый парень, о котором Фан Юань ничего не знал. Ожидаемо, единственный оставшийся без учеников мастер пустоты пригласил их к себе.

Фан Юаня всё больше веселило распределение участников, особенно то, что он не может расстаться с Не Ли даже в другом мире. Однако, в действительности его настроение было отвратительным. Другие мастера уже начали ставить своим ученикам печати, и Фан Юань понял, что просто не может позволить себе принять подобную. Печать была слишком сложна, похоже, что она действительно была обоюдоострой и давала в том числе и защиту.

Будь необходимость не вредить только мастеру пустоты, Фан Юань ещё мог согласиться, но нитей духовной связи было больше чем две, намного больше. Сейчас связи были нарушены, вероятно, из-за изоляции мира, но по прибытию в секту они свяжут его с тысячами людей, вероятно, со всем руководством секты.

Формально они не смогут ему повредить, но на практике им достаточно просто послать старшего ученика, и он разберется с Фан Юанем. Судя по рассказу мастера пустоты, людей в секте намного больше нескольких тысяч, а значит, ученики не связаны между собой и навредить друг другу вполне способны. Это, в общем-то, нормальная практика, ученики постоянно меняются, и переделывать печать для каждого слишком сложно и дорого, поэтому получается, что печать не дает ученикам нападать на старейшин, а старейшинам — на учеников.

Печать слишком сложна, чтобы её снять или обойти, и накладывает на носителя слишком много ограничений, Фан Юань принял решение и произнес:

— Глубокоуважаемые великие мастера, этот младший хочет задать вопрос, который может показаться вам невежливым, но этот вопрос очень важен для меня, и я прошу не принимать его близко к сердцу.

— Говори, — нахмурился мастер пустоты, хотя из-за капюшона, закрывающего его лицо, этого никто не заметил.

— Все ли секты присутствующих здесь мастеров идут по праведному пути? — спросил Фан Юань и смиренно опустил голову.

— Можешь не беспокоиться, все наши секты праведны и живут как одна семья, — улыбнулась женщина-мастер.

— Благодарю старшую за ответ. Раз все ваши секты праведны, то я отказываюсь от поступления в них и ухожу, — спокойно произнес Фан Юань и ещё ниже склонил голову.

— Хах, неужели ты так хочешь стать мастером демонического пути, что готов отказаться от шанса, который мы тебе предлагаем? — удивился старик с флагом.

— Прошу простить меня, но старший неправильно меня понял. Я свободолюбивый человек, мой путь отрицает любые связи и привязанности, и я не хочу быть частью какой бы то ни было секты и тем более заключать договор на своей душе. Я задал этот вопрос не потому, что не хочу