— А черные опалы зачем? — продолжал допрос Животное.

— Глупенький железный рыбоубийца, ясно зачем.

— И зачем?

— Чтоб ручки и ножки Большого Тела слушались. В каждом опальчике живет маленький глупыщок. Берешь опальчик и ставишь к ножке, хоп, и глупыщок слушается тебя, а ножка глупышка. Удобно?

— Очень, — согласился робот.

Если во мне опал, то получается, что именно это и есть личинка. Именно их и нашел фон Браун. То есть ведь выходит, что все автоматоны вокруг носят другие осиные личинки? Опалы вставляют роботам и вынимают из зараженных? Сколько вокруг роботов? Сотни, тысячи или даже больше? Они работают на заводах, в полях, на паровозах и кораблях. А черные опалы продает Кронлайт. То есть получается, что там у них какие-то Осы откладывают личинки, их вынимают, как-нибудь, например, сушат или там жарят. И потом продают под видом мозгов для автоматонов. А люди при этом умирают? Это же огромная и очень денежная индустрия. И ведь тысячи опалов, сотни тысяч. Что там у них в Кронлайте вообще происходит? Хотя может человек не нужен и у ос как-то эти опалы просто так забирают? Доят, например. Фёдор попытался представить, и у него это не получилось.

И вот теперь наши. И среди них Улицкий. Они привезли Осу к нам в Лосбург. В мой родной город. И что сделали? Ведь не посадили её в какой-нибудь коровник или там осятник и давай опалами доить, нет. Она под себя подмяла верхушку страны, создала свою персональную церковь и теперь вот убила Государя Императора. Кто тут поступает лучше, Кронлайт, который, возможно, убивает десятки тысяч людей из-за огромных денег, или Улицкий, который подсаживает эту погань дворянам да священникам? Оба хуже.

— А зачем тогда красный опал? — продолжал допытываться Животное.

— Любопытный железный человечек, — ответил Клопик. — Любопытному человечку на базаре ножки переломали. Мой красный опальчик!

— Твой, не волнуйся. Просто ответь ему, — тихо сказал Фёдор, и Клопик его услышал:

— Красный камешек сидит долго-долго в голове. Три по пять и еще чуть-чуть зим. И тогда черненький глупыш превращается в красненького умныша. Клопик поставит себе умныша и сможет не только Большим Тельцем управлять. А Очень Большим! Очень-Очень-Очень Большим! А то бегают кусочки, бегают — и не хотят к Клопику. С красным опальчиком Клопик станет безбрежен. Как улица. Как город. И все кусочки будут моими! Как же Клопик счастлив!

Животное уставился на Фёдора и долго смотрел на него.

— Чего высматриваешь?

— Он забавный, — ответил робот и показал на Клопика.

— Очень.

— Ты умрешь?

— Умру, — спокойно ответил Фёдор. — Скоро уже.

Животное вздохнул, выпустил клуб дыма и отвернулся.

— Эй, Клопик, чего телепаемся как зимние мухи? Поддай парку и не лентяйничай.

Клопик противно захихикал и начал разгоняться ещё быстрее.

Глава 33

Федор курил в окно и смотрел на забор. Папиросы кончаются. Да и ладно. Сейчас-то уж зачем бросать?

— Гляди чего, — сказал из угла Животное.

В лапе у него была какая-то деревяшка, которую он стругал последние полчаса.

— Что это?

— Мозги твои, — ответил робот. — Это деревянный опал. Как с делами закончишь, твой веселый друг у тебя из головы осиный опал выймет. А это значит, мы заместо него вставим. И всё хорошо будет. Сейчас, подожди, я еще дырку для верёвки проковыряю.

— А чего деревянный?

— Потому что ты дурак.

— Как скажешь, — послушно согласился Фёдор.

— Когда выдвигаемся к особняку? — спросил Животное.

— Слушай, может ты не пойдешь?

Робот удивленно уставился на человека.

— Я сейчас эту деревяшку выкину, а как до дела дойдет, просто ваты тебе в башку напихаю. Или опилок. Чтобы я такое пропустил? Да никогда в моей чугунной жизни. Я уже револьверы начистил, разделыватели рыбы наточил, шило в ноге спрятал. Не обсуждается.

В комнату зашла Анафема, недовольно сжала губы и принялась демонстративно подметать пол.

— Анафема…

Девушка делала вид, что не замечает Фёдора.

— Ань, а я тебе тоже амулетик сделал, — сказал радостный Животное. — Лошадку. Из свинчатки. Пальцами вылепил, гляди.

Робот протянул грубо вылепленную из свинца лошадку, больше похожую на бегемота.

— Я иду с вами! — заявила Анафема, не обратив на автоматона ни капли внимания. — Я устала одна сидеть. Я тут жду, а вы где-то ходите. И ничего почти не рассказываете! Это не честно!

— Я, я, я, — передразнил её робот и тут же попытался увернуться от полетевшего в него веника.

— Я иду с вами! — грозно повторила девушка, потом уставилась в глаза Фёдору и как-то сразу осунулась и поникла.

Фёдор медленно подошел к ней и обнял. Она была совсем маленькая по сравнению с ним.

— Анафема. Слушай и запоминай. Тебе будет очень важное поручение. И никто кроме тебя его сделать не сможет. Я могу на тебя рассчитывать?

— Что за поручение? — спросила она, не поднимая головы. Федору показалось, что она сейчас расплачется.

— После того, как мы покончим с Осой, мы будем убегать. Выбираться из города. Времени на сборы не будет. Поэтому упакуй все вещи, мы вызовем извозчика. Ты поедешь в Сосновый Бор, это городок тут в паре часов езды. Там ты заселишься в городскую гостиницу и будешь ждать нас. Понятно?

— Но…

— Никаких но. Мы будем уходить налегке и сразу рванем к тебе. У тебя будут все наши вещи и деньги. Жди нас сутки. Если…

— Если мы не появимся, уходи, уезжай подальше и не возвращайся сюда.

— Двое суток.

— Хорошо, двое. Денег тебе на первое время хватит. Всё понятно?

— Нет. Не понятно. В каком это смысле «если вас не будет»? Вас там могут убить? Тогда я вас не отпущу!

— Анафема, — грустно произнес Фёдор.

— Нет. Давай прямо сейчас и уедем? Весь город на ушах, и всем не до нас. Давайте все вместе сядем на извозчика и поедем в этот ваш Сосновый Бор. Зачем рисковать?

— Не дрейфь, пехота, — влез Животное. — Никто нас не убьёт. Ты видела твоего папку в деле? Да ему слона дай, он его сожрет