Весь кислород покидает лёгкие, в глазах начинают мелькать багровые точки, когда я наконец замечаю сидящего за столом мужчину. И он не просто трахает Кортни глазами, но ещё и лапает. Скользит руками по её ногам, сжимает ягодицы и довольно улыбается, словно только что срубил джекпот.

Вот же сука!

– Ау! – стонет одна из девок, трущихся об меня, когда я ненароком чересчур сильно сжимаю её задницу. Но я ничего ей не отвечаю. Даже не смотрю в её сторону. Мой взгляд прикован к чужим мужским рукам, касающимся Кортни.

Он покойник! – это первая мысль, ворвавшаяся в мой нетрезвый разум. И она подстрекает меня сейчас же вскочить и сломать ему обе руки, ноги, шею, член. Все конечности, в общем. Раздробить. Перемолоть. Пропустить через дробилку. Однако я этого не делаю. Да… Прикидываете? Я весь дрожу от злобы, рычание вибрирует в горле, но я заставляю себя сидеть на месте. Не двигаюсь. Не моргаю. И вроде даже не дышу. А всё потому, что вижу, как Кортни сама позволяет ему себя трогать. Она смеётся, соблазняет, флиртует… И танцует, блять, именно для него, а меня наверняка даже не видит.

Так я думаю ровно до тех пор, пока эта сука не спускается со стола и, уместившись между ног своего хахаля, не поворачивается ко мне лицом.

Ни полумрак в зале, ни разноцветные огни, долетающие до нас со сцены, ни маска не мешают разглядеть острый взгляд тёмных глаз. Он летит в меня точно стрела, проникая под кожу горячей вибрацией, а дерзкая ухмылка красноречивее любых слов даёт понять, что именно и для кого эта стерва вытворяет.

Она узнала меня. И чуйка мне подсказывает, что не сейчас, а гораздо раньше, ещё до того, как я заметил её. И вместо того, чтобы не попадаться мне на глаза, она, наоборот, решила устроить передо мной спектакль. Зачем? Предполагаю, чтобы позлить меня. Чтобы в очередной раз спровоцировать меня на ревность. Чтобы наглядно показать, что без наших встреч она совсем не скучает.

И что я могу сказать?

Браво!

Других слов нет. Эта сука достигла своей цели. Я в бешенстве и не в силах совладать с дикой яростью, что с каждой секундой всё обильней пропитывает тело. Как и не могу прекратить смотреть, как она извивается перед другим мужиком. Хотя теперь уже на другом мужике.

Продолжая с вызовом смотреть мне в глаза, Кортни умещается задницей на его пах. Прижимается спиной к его груди и откидывает голову на плечо. Пока я тем временем под новый болезненный писк проститутки наблюдаю, как мужские губы присасываются к шее Кортни, одна ладонь забирается под жалкий клочок платья и начинает жадно сминать грудь, а вторая проскальзывает между ног прямо в трусы.

Пиздец.

Мне словно под дых заряжают со всей дури.

Весь главный зал «Атриума» вмиг расплывается, музыка приглушается, а голоса других людей исчезают. Слышу только свой сдавленный выдох, скрежет зубов и протяжный стон удовольствия Кортни, от звука которого у меня все органы рвутся в клочья. Прямо, как тогда… Несколько лет назад. В другом клубе. В приватной комнате. Когда собственными глазами увидел свою жену голую верхом на члене абсолютно незнакомого мужчины. Тогда она точно так же стонала. Точно так же прикрывала от наслаждения глаза. Точно так же подставляла губы для поцелуя. И точно так же убивала всё живое внутри меня, вдребезги разбивая всю мою веру в нашу крепкую, нерушимую связь.

Мой мир погас в ту треклятую ночь. Сразу же, как я грубо оттянул Кортни от того мужика, а она, вместо оправданий и объяснений, с пьяной ухмылкой сообщила, что та измена была далеко не первая. Она изменяла мне давно и постоянно. Так сказать, вносила в свою жизнь разнообразие.

В первые секунды я не верил. Точно так же, как не верил много раз до того происшествия, когда друзья и некоторые знакомые называли меня доверчивым ослом, раз я с такой лёгкостью позволяю Кортни постоянно ходить в клуб и тусоваться со своими подружками. Но я никого не слушал. Считал их слова бреднями. Я не хотел и не мог поверить, что моя Кортни способна на подобное. Это же невозможно. Она не могла так со мной поступать. Однако мигающий перед глазами кадр того, как несколько секунд назад в неё проникал другой член, наконец вправил мне мозги.

Тогда мерзкая реальность, в которой Кортни оказалась предательницей, обрушилась на меня сокрушительной лавиной. Она была совсем не той женщиной, которую я годами в ней видел. Но, видимо, Кортни мало той нестерпимой боли, что она принесла мне той ночью. Этой конечной суке всегда мало. Она не знает границ. И потому решила ещё и плюнуть мне в лицо сегодня, напомнив о той адской сцене, которую я десятки раз видел в кошмарах и с таким трудом вырвал из памяти.

Случайно или это заранее спланированная акция? Не знаю. Мой пьяный мозг не в состоянии найти ответ на этот вопрос. Как и не может разобраться, зачем она это делает? В отместку за то, что я относился к ней, как она того заслуживает? А, может, за то, что помог ей финансово? Спас её «друга»? Это с ним она сейчас лижется и кайфует прямо у меня на глазах? Решила таким образом сказать мне «спасибо» за спасение своего мудилы? Или просто захотела со мной поиграть, призвав мою тёмную сторону?

Что ж… У неё получилось. Да только она явно забыла, что в эту игру можно играть обоим. Несмотря на ярость, презрение, ревность, возбуждение и боль, смешавшихся внутри меня в мощный, неконтролируемый вихрь, я не собираюсь давать сучке то, чего она хочет. Не собираюсь вскакивать, оттаскивать её от этого мужика и устраивать сцену на людях. Этого она от меня не дождётся.

– Хватит. Уйди, – строго обращаюсь к девке, которая всё это время сосала мой член, и она без промедлений повинуется.

Услышав мой голос, Кортни разрывает поцелуй со своим спутником и поворачивает голову ко мне, спуская взгляд к моему члену. Смотрит несколько секунд, а затем переводит взор к женским рукам, что скользят по моей груди и ещё больше раскрывают полы расстёгнутой рубашки.

Я ухмыляюсь, ощущая импульсы её гнева даже с расстояния. Кортни, как всегда, хочется всего и сразу. И со своим мужиком потереться, и моё внимание на себе удержать, но не бывать этому. Не стану я и дальше смотреть, как она кайфует от прикосновений