Он всегда меня оберегал, относился с трепетом и заботой. Никогда не давал поводов усомниться в его верности и любви ко мне.

Даже когда Слава задерживался на работе, он сам мне звонил по видеосвязи, и мы могли так весь вечер переговариваться, параллельно занимаясь своими делами. Или вовсе молчать, но чувствовать присутствие друг друга.

Мы всегда и во всем поддерживали друг друга, а в спорных ситуациях всегда искали компромиссы, которые удовлетворят нас обоих. И в нашем браке всегда была не только любовь, но и взаимное уважение, без которого и рушится большинство браков.

Но внезапно все это превратилось лишь в пустые, но красивые слова. Мой брак был не таким, как у всех, а все равно дар глубокую трещину, которую уже не заделать.

А, может, это самый главный самообман всех женщин ─ считать, что именно у них не такие отношения, как у большинства? А потом глубоко разочаровываться из-за того, что их ожидания в один прекрасный момент перестают соответствовать реальности.

─ Отложи уже это чертово мясо и просто сядь, ─ цедит Слава сквозь стиснутые зубы и хватает меня под локоть. ─ Давай поговорим, как взрослые люди.

─ Пусти, ─ на выдохе произношу я, отчаянно отталкивая мужа, и его белоснежная рубашка окрашивается оранжевым следом маринада от моей ладони.

Лучше бы влепила ему пощечину. На его красивой, но лживой физиономии маринад смотрелся бы куда лучше.

Но у меня просто нет сил. Я не готова сейчас бороться с мужем ни физически, ни морально.

─ Какого хрена, Ксюш? ─ раздражается Слава и сдергивает с крючка полотенце, бестолково растирает яркое пятно по рубашке.

─ Я бы хотела спросить у тебя то же самое, ─ рвано шепчу я, задыхаясь от накатывающих чувств. ─ Какого хрена, Слава? Любовница? Ребенок?!

Я все больше начинаю осознавать происходящее, и оно бетонной плитой ложится на мою грудь, разрывая внутренние органы.

Отчаянно мотаю головой и бросаюсь к раковине. Судорожными движениями я пытаюсь оттереть руки, смыть уже въевшуюся в кожу окраску куркумы.

─ Я понимаю, каково тебе сейчас, Ксюш, ─ хрипло отзывается муж, и вот теперь мне, действительно, хочется зарядить по его физиономии.

─ Серьезно? Понимаешь? ─ в неверии усмехаюсь я. ─ Если бы ты хоть немного понимал, какого это, ─ отчаянно всплескиваю руками, и капли воды разлетаются в стороны, ─ то сейчас этого разговора просто не было бы. Не было!

─ Считаешь, лучше было скрыть это от тебя? ─ Слава хмурится, и морщинка на его переносице углубляется.

Господи… Что он вообще несет?

Я совершенно не узнаю своего мужа, его будто подменили.

Мы всегда понимали друг друга с полуслова, потому что наши взгляды на жизнь совпадали. Да и за пятнадцать лет было бы странно не изучить своего партнера.

Но сейчас… Сейчас мой муж будто отупел и не понимает очевидного. Или просто не хочет понимать.

─ Да лучше бы ты не делал того, что привело к этому разговору! ─ смотрю на Славу злобно и отчаянно, балансируя на грани нервного срыва. ─ Я об этом тебе говорю, а не о том, что ты должен был скрыть свою интрижку!

─ Лучше, ─ соглашается он, сжимая челюсти. ─ Но это уже случилось, Ксюш, и я поступил так, как считал более правильным.

─ Да неужели? ─ скрестив руки на груди в защитном жесте, я вновь нервно усмехаюсь. ─ Правильно не изменять жене, а не оповещать ее о том, что любовница залетела.

─ Согласен, ─ кивает Слава. ─ И ты бы ни о чем не узнала, если бы не эта беременность.

Потрясающе. Он совершенно открыто и прямо мне в лицо говорит о том, что продолжил бы обманывать меня, если бы не залет его подстилки!

─ Но такая правда в любом случае вскрылась бы рано или поздно, ─ продолжает муж. ─ Поэтому я счел нужным сказать тебе об этом прямо сейчас.

─ Спасибо, ─ цежу я по слогам. ─ Это так благородно с твоей стороны.

─ Дело не в благородности, Ксения. Я лишь пытаюсь исправить ошибки, чтобы сохранить наш брак.

─ Ты что, не понимаешь? ─ в неверии мотаю я головой. ─ Нечего уже спасать, Слава! Если ты позволил себе… боже…

Прячу лицо в ладонях и шумно выдыхаю.

У меня больше нет сил говорить о том, что все равно уже ничего не изменит.

─ Просто уходи, Слава, ─ едва слышно шепчу я. ─ Собирай вещи и катись к своей беременной любовнице.

─ Ксюша, ─ с тяжелым хрипом муж отнимает мои руки от лица, заставляя смотреть на него. ─ Не нужно принимать поспешных решений. Мы ведь семья, у нас дети. И мы любим друг друга.

─ О какой любви ты сейчас говоришь, Слава? Если бы ты меня любил, то не оказался бы в постели с другой женщиной!

─ Не нужно, Ксюша, ─ отчаянно мотает он головой. ─ Не приплетай сюда любовь. Это всего лишь интрижка, которая к чувствам не имеет никакого отношения.

─ Всего лишь интрижка, которая дала плоды! ─ вырываю руки из захвата мужа и толкаю его в грудь. ─ Знаешь, почему ты мне все это рассказал? Не для того, чтобы каким-то чудесным образом сохранить семью. Ты просто понял, что после такого это уже невозможно! И ты просто не стал оттягивать неизбежное!

─ Ты сильно заблуждаешься, ─ невозмутимо отвечает Слава. ─ Но сейчас нам лучше отложить разговор до тех пор, пока ты не успокоишься. Иначе это будет непродуктивно.

─ А-а, ну да, ─ киваю я, поджав губы. ─ Ты ведь все привык делать продуктивно. Даже секс с любовницей у тебя вышел о-о-очень продуктивный!

─ Хватит, ─ с утробным рычанием Слава дергает меня за руку, и внутри все сжимается в комок. ─ Хватит нести этот бред, Ксения. Я не хотел никакого ребенка и не планировал, ясно? И слишком поздно узнал, чтобы что-то предпринять.

Глава 3

Господи, сколько же злости в глазах мужа. И эта злость медленно, но верно начинает передаваться мне.

По какому вообще праву он на меня злится? Потому что я реагирую на его новость не так, как ему бы хотелось? Потому что отказываюсь искать компромиссы?

─ Злись сколько тебе влезет, но на самого себя, ─ слишком сильно дергаю рукой, вырываясь, и лопатку простреливает болью.