Саше стало стыдно – Алла Леонидовна хочет сделать для его мамы доброе дело, а он вчера заигрался, как маленький…

– Васина мама сказала, что у неё остался целый мешок шерсти, и она может эту шерсть вам отдать.

– Ну так я и ей носочки свяжу! Только нужно знать размер.

Саша задумался.

– Это, наверно, нужно у Васи спрашивать…

– Обязательно спрошу!

Саша вошёл в церковь, перекрестился, как это делают все прихожане, как научил отец Иоанн, и встал в уголке. Наверху, под куполом, звучали звонкие голоса – пел хор. И Саше вдруг стало от этого пения тепло и легко на душе.

После службы он вместе с Васей ждал отца Иоанна.

– Знаешь, дружище, это отличная мысль – насчет носков для мамы, – сказал Вася. – И даже вот что можно сделать – пригласить Аллу Леонидовну к нам в гости! Ты ведь можешь её привести?

– Могу, конечно.

– Пойду, обрадую маму.

Вниз с хоров спустились девушки, певшие в церковном хоре. Саша, когда их впервые увидел, сильно удивился: с виду обыкновенные, как старшеклассницы в его школе, только в юбках ниже колена и в платочках, а как поют – просто душа радуется! Он знал, что девушка с длинной тёмной косой – Даша, дочка отца Иоанна, знал, что рыженькая – Марина.

Хористки встали за свечным ящиком и стали шептаться, поглядывая на Сашу и Васю. Вася отвернулся.

– Нашли где смеяться… – проворчал он.

Саша удивился – девушки всего лишь улыбались, а потом и вовсе ушли. Тогда Вася подошёл к свечному ящику и стал разглядывать обложки книг в стеклянной витрине.

– Если не вылечусь – пойду в монахи, – сказал он Саше. – В монастыре никто не будет надо мной смеяться. Там всё равно – на костылях я или на своих ногах. Пока, дружище.

И Вася ушёл.

Саша вздохнул – очень ему не хотелось расставаться с Васей.

Наконец вышел отец Иоанн.

– А я тебя вчера ждал, – сказал батюшка. – Что-то случилось? Как мама?

– Врачи говорят, что стало немножко лучше. А вчера… – Саша смутился. – Вчера я не смог…

– Наверно, была серьёзная причина?

– Нет…

И Саша рассказал отцу Иоанну, как пытался выиграть у Валерки хотя бы одну партию, но не смог.

– И неудивительно – его ведь учит играть опытный тренер. Думаешь, почему Валеру возят на занятия за тридевять земель? Нашли самый лучший шахматный кружок. В шахматах есть такое понятие – «дебют». Так называется начало партии. Есть много дебютов, которые шахматисты знают наизусть. Твой друг как раз и разыгрывал такие дебюты, после которых он просто должен был выиграть. А ты об этом не догадался.

– Тоже мне друг! – воскликнул возмущённый Саша.

– Он не подумал, что ты так обидишься. Не расстраивайся – сейчас тебе просто некогда всерьёз заниматься шахматами. Если хочешь – попроси Васю, он для тебя найдёт в интернете уроки шахмат для начинающих. Но ведь у тебя и других дел хватает. Уроки в школе и домашку никто не отменял. Плюс на твоей совести – походы в магазин за продуктами и кошка Рыжка. И мусорный пакет сам себя не вынесет.

– Не вынесет… – печально согласился Саша. Как раз про мусор он всё время забывал.

– А знаешь, что с тобой вчера произошло? Тебя жадность одолела, – усмехнулся отец Иоанн.

– Как это? – Саша впервые не поверил отцу Иоанну. – Жадность – это когда денег жалко. Или у тебя игрушка дорогая, и ты не хочешь дать её кому-то хоть на десять минут…

– А есть и другая жадность – когда тебе своего времени для другого человека жалко. Ты сам сказал – от того дома до церкви идти тринадцать минут. У тебя были эти тринадцать минут. Ты мог их потратить на дорогу до церкви, а мог потратить на игру в шахматы. Ты пожалел потратить тринадцать минут ради Аллы Леонидовны и потратил их на себя. Видишь, ещё и такая жадность бывает. Но ты успешно искупил свой маленький грех, теперь всё в порядке.

– А вы помолились вчера за маму? – тихо спросил Саша.

– Помолился, конечно. Я же обещал. Держись, Сашок, общими усилиями мы здоровье твоей маме вымолим! Хочешь – сейчас пойдём вместе через парк? Мне нужно в торговый центр зайти.

Они вышли из церкви и увидели Аллу Леонидовну. Она тут же пошла к ним, катя перед собой столик.

– Добрый день, батюшка! – сказала она. – Что это с Васенькой? Выскочил из церкви сам не свой. Не обидел ли его кто?

– Кто мог его в церкви обидеть? – удивился отец Иоанн. – А куда он пошёл?

– Да не пошёл – побежал! Так быстро на своих костыликах заскакал – мне за ним и на здоровых ногах было бы не угнаться.

– Саша, ты что-нибудь понимаешь? – спросил батюшка.

– Он сказал, что хочет в монахи пойти.

– Вот это новость! Алла Леонидовна, куда Вася направился?

– Вон туда, к парку, – показала старушка.

– Идём, Сашок, с этим делом нужно разобраться. Ты знаешь, что такое монастырь?

Отец Иоанн на ходу объяснил: монастырь – это место, где живут монахи, и правила там очень строгие. Первого встречного туда не примут – настоятель монастыря должен убедиться, что решение принято не сгоряча.

– Быть монахом и молиться за весь род человеческий – очень трудно, Сашенька… Это не всем дано. Сперва человека, который хочет стать монахом, испытывают несколько лет. Потом происходит постриг. Священники читают молитвы, и у будущего монаха крестообразно состригают несколько прядок волос. При этом ему чаще всего меняют имя – а старое имя остаётся в его прежней жизни. Молодой монах получает право носить рясу. Святые отцы называют это записью в войско Царя Небесного.

– А что такое ряса? – спросил Саша.

– Это такое длинное одеяние тёмного цвета с широкими рукавами. Само слово – греческое, так называли вытертую и поношенную одежду. А вот и Вася!

Вася сидел на скамейке, повесив голову.

– Решил бросить всё и уйти в монастырь? – спросил отец Иоанн. – А знаешь, что на это нужно благословение священника, в чьём приходе ты состоишь? Ты – мой прихожанин, ты ко мне на исповедь приходишь и причастие из моих рук получаешь. Так вот – благословения я не дам.

Саша уже знал, что исповедь – это тихий рассказ священнику о своих грехах, а о причастии ему рассказывал Вася. Саша пока не понимал, как получается, что хлеб и вино превращаются в плоть и кровь Христову, и хотел как следует расспросить об этом отца Иоанна.

– Почему? – хмуро спросил священника Вася.

– Потому что идти