Вопросы

И опять вопросы у нас серьёзные. Сперва – что такое прощение? Приходилось ли тебе кого-то прощать? Легко ли это было?

А что такое предательство? Не торопись отвечать.

Попроси старших рассказать тебе о предательстве Иуды.

Как ты думаешь, легко ли простить предателя?

Бог уберёг

В день, когда была назначена операция, отец Иоанн отслужил в церкви молебен.

– А теперь остаётся только положиться на Господа и ждать, – сказал он. – Я вот не заметил, Анатолий Петрович был на молебне?

Так звали Машиного папу.

– И я его не заметила, – ответила Варенькина мама. – Алёша, может, ты?

– Вроде бы его не было. Бабушка Лиза?

– У меня уже зрение не то, – пожаловалась бабушка Лиза. – Может, он стоял в самом дальнем уголке?

– Это очень странно. Он же хотел прийти и помолиться вместе с нами.

– Я думаю, он так увлёкся ремонтом, что опоздал на молебен и поэтому решил не приходить, – сказал папа. – Он сегодня собирался клеить обои в Машиной комнатке.

– Не случилось ли чего? – забеспокоилась бабушка Лиза. – Надо бы сходить, проведать его. Вдруг он со стремянки свалился и ноги сломал?

– Всякое бывает, – согласился отец Иоанн. – Алёша, на всякий случай загляни к нему.

– Я с тобой! – сказала Люба. Они с Наташей помогли тёте Наде и Машеньке устроиться в гостинице, а потом вернулись на поезде домой.

– Я тоже пойду! – воскликнула Варенька. – Хочу посмотреть, как теперь выглядит Машина комнатка! Можно? Папочка, мамочка, можно?

– Можно, только потом – сразу же домой, – очень строго сказал папа.

И они втроём пошли к дому, где жили тётя Надя и Маша.

Сперва Алёша долго звонил в дверь, потом догадался нажать ручку. Оказалось, дверь не заперта.

– Мне это не нравится. Девочки, постойте здесь, а я пойду посмотрю, что в квартире, – сказал Алёша.

Через несколько минут он вышел.

– Анатолия Петровича там нет, – растерянно произнёс он. – Наверно, выскочил на несколько минут. Давайте подождём.

Они ждали примерно четверть часа. Машин папа не появился.

– Надо его искать, – решила Любочка. – Давайте выйдем во двор, может быть, кто-то из соседей его видел.

Оказалось, что Анатолий Петрович выносил мусор, которого во время ремонта бывает очень много, даже не стал дверь запирать. А потом он вышел на улицу, чтобы купить в магазине чайную заварку. Тогда-то он и увидел, что вот-вот случится беда.

Две молодые мамочки стояли с колясками на тротуаре и весело болтали. Одна рассмеялась и случайно упустила коляску. Та выкатилась на проезжую часть, прямо туда, где проносятся машины.

Прохожие закричали.

Анатолий Петрович был ближе всех к коляске. Он кинулся на помощь, успел схватить и вытолкнуть на безопасное место коляску, но его самого сбила машина. Добрые люди тут же вызвали «скорую помощь», и Анатолия Петровича увезли в больницу.

– Знаете, девочки, мне сейчас очень стыдно, – сказал Алёша. – Я ведь называл его трусом, а он, оказывается, совсем не трус…

– Мы все его осуждали. А теперь доставай телефон, будем звонить во все больницы и узнаем, куда его отвезли, – предложила Люба. – Когда узнаем, сразу поедем к нему. Поговорим с врачами, спросим, что ему нужно. Только сперва отведём Вареньку домой.

– Нет! Я с вами! – закричала Варенька.

Им довольно быстро удалось узнать, куда доставили сбитого машиной человека. И Алёша вызвал такси, чтобы поскорее туда попасть.

Конечно, в больницу нельзя приходить в любое время, когда захочется, но Алёша, Люба и Варенька ухитрились уговорить охранника их пропустить и вошли в палату.

Анатолий Петрович лежал на кровати, его голова была забинтована.

– Простите меня, пожалуйста, – сказал Алёша. – Я плохо о вас думал.

– И меня простите, – попросила Люба. – Я не думала, что вы такой смелый.

– Я не смелый. Я просто испугался, что с ребёнком случится беда. И мне было стыдно… – признался Анатолий Петрович. – Стыдно, что я тогда струсил. Я ведь всё последнее время думал – что же я за человек, если побоялся жить с больной доченькой? А впервые я задумался об этом, когда увидел на экране компьютера картинку, которую нарисовала Варенька. И я понял, что должен как-то искупить свой грех перед Надей и Машей.

– Было очень страшно? – тихо спросила Варенька.

– Да, очень… – прошептал Анатолий Петрович.

Потом Алёша, Люба и Варенька зашли в кабинет дежурного врача.

– Его Бог уберёг, – сказал врач. – Могло быть гораздо хуже. Он отделался ушибами. Дня два его тут подержим и выпишем.

– Бог уберёг, – повторила Варенька. И всю дорогу до дома она молчала.

Лишь потом, придя с Алёшей и Любой домой, она вдруг сказала:

– Я знаю, почему его Бог уберёг. Чтобы он мог попросить прощения у тёти Нади и Машеньки.

– Я думаю, ты права, – ответил Алёша. – Это действительно дар Божий – возможность попросить прощения у всех, кого ты обидел.

– Ну-ка, все живо за стол! – велела мама. – Я нарочно для вас сырники разогрела!

– Ребята, я вам главное не сказал! – воскликнул папа. – Мы весь вечер звонили в больницу! И вот нам сказали, что операция прошла успешно, что доктора очень довольны и что Маша будет ходить!

– Ура! – закричали Алёша и Люба.

– Ура! – подхватила Варенька и выскочила из-за стола.

– Ты куда собралась? – спросил папа.

– Обрадовать бабушку Лизу! Она ведь тоже молилась за Машеньку!

– Завтра все вместе поедем в больницу к Анатолию Петровичу и отвезём туда апельсиновый сок и яблоки, – решила мама. – И расскажем ему: в то время, когда он спасал ребёночка в коляске, доктор спасал Машины ножки.

– Вот как всё в Божьем мире связано, – сказал Алёша.

Вопросы

Как вышло, что Машин папа раскаялся?

Страх бывает разный. Сперва он испугался, что придётся возиться с больной дочкой, а потом – что погибнет чужой ребёнок. Выходит, страх бывает и хорошим?

Почему страх за чужого ребёнка оказался таким нужным и полезным?

Всё будет хорошо

Отец Иоанн позвонил в семинарию, чтобы Любу и Наташу отпустили на пару дней. Они должны были опять поехать к тёте Наде и Маше, чтобы помочь им добраться до дома.

Анатолий Петрович успел закончить ремонт, потом все вместе дружно убрали квартиру, а Варенька нарисовала целую картину.

На картине были Анатолий Петрович, тётя Надя и Машенька. Они танцевали вокруг новогодней ёлочки.

– А почему вдруг ёлочка? – спросил Алёша.

– Доктор сказал, что к Рождеству Маша будет ходить сама. А пока она только учится, – ответила Варенька. – Алёша, давай