и объявляя их собственностью своих монархов, не особенно задумывались над происхождением и историей народов, их населяющих. Они просто констатировали факт присутствия там человеческих существ, стоявших по своему развитию на самом низком уровне. Кук взглянул на местных жителей несколько иными глазами. «Сначала, когда я увидел туземцев Новой Голландии, — писал он, — они произвели на меня впечатление самых жалких людей на земле; но в действительности они гораздо счастливее европейцев, ибо незнакомы не только с излишествами, но и с необходимыми удобствами, столь распространенными в Европе... Они живут в спокойствии, которое не нарушается неравенством положения. Земля и море снабжают их всем необходимым для жизни. Они не мечтают о великолепных домах, домашней прислуге и т. д.; они живут в теплом и прекрасном климате и наслаждаются здоровым воздухом... Мне кажется, они считают, что имеют все необходимое для жизни».
Еще в самый ранний период европейской колонизации Австралии и Океании буржуазные ученые выдвинули «теорию» о неполноценности аборигенов, органической неспособности их к прогрессивному развитию, которая весьма помогала в «освоении» захваченных земель, связанном зачастую с массовым уничтожением коренного населения.
В наше время наука располагает данными, позволяющими утверждать, что отставание в развитии коренных жителей Австралии до прихода европейцев объясняется объективными общественно-историческими условиями. «Комплексное изучение самобытной культуры аборигенов Австралии, — пишет советский исследователь В. Р. Кабо, — свидетельствует, что в целом, несмотря на сохранение некоторых архаических элементов, она на протяжении многих тысячелетий непрерывно развивалась. И хотя австралийцам... довелось пережить глубокий культурный кризис, связанный главным образом с катастрофическими изменениями природных условий, развитие их культуры продолжалось, хотя и более замедленными темпами».
Как показали археологические открытия в Юго-Восточной Азии и Австралии в 50 — 60-х годах нашего столетия, заселение Австралии началось не менее 30 тыс. лет назад, в палеолитическую эпоху, когда пятый континент был связан с Юго-Восточной Азией материковыми мостами, азиатским и австралийским континентальными шельфами и проливы между ними не были непреодолимым препятствием даже для людей, обладавших крайне примитивными средствами навигации.
Существовавшие в тот период естественно-географические условия благоприятствовали освоению и заселению людьми Австралийского континента, включая его внутренние области, которые превратились в зону пустынь и полупустынь лишь в период, термического максимума, т. е. от 7 тыс. до 4 тыс. лет назад. Резкое изменение среды обитания привело к значительному регрессу австралийской культуры. Этому содействовала глухая изоляция австралийцев от внешнего мира.
Приход европейцев не только не способствовал культурному развитию австралийских аборигенов, но, напротив, явился для них новым тяжелейшим испытанием, которое можно сравнить лишь со стихийным бедствием огромной разрушительной силы. Многие тысячи аборигенов были уничтожены. Колонизаторы вытеснили коренных жителей из прибрежных районов в пустыни и тем самым обрекли их на вымирание. Если к приходу англичан общая численность аборигенного населения достигала 300 тыс. человек, то спустя двести лет их число не превышает 150 тыс., включая метисов.
Глава II. БРИТАНСКАЯ КОЛОНИЗАЦИЯ АВСТРАЛИИ В КОНЦЕ XVIII — ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.
Создание первой колонии в Австралии — Новый Южный Уэльс
Идеологи колониализма обычно стремятся доказать, что колонизация заморских территорий была объективно необходима вследствие перенаселения европейских государств. Однако история британской колонизации Австралии опровергает это утверждение. Лишь через восемнадцать лет после посещения Дж. Куком восточных берегов Австралии английское правительство вспомнило о своих «правах» на этот материк и приступило к его колонизации.
Но и в 80-х годах XVIII в. в Австралию начали переселяться не жители английских городов, а обитатели английских тюрем. Развитие капитализма в Англии сопровождалось страшным обнищанием народных масс. С конца XV в. в сельском хозяйстве Англии наблюдалось быстрое развитие овцеводства. Крупные землевладельцы во все более широких масштабах превращали свои земельные угодья в пастбища. Более того, они захватывали общинные земли и сгоняли крестьян с их наделов. При этом сносились не только отдельные крестьянские дома, но и целые деревни.
Крестьяне, лишившись земли, не имея возможности найти работу, вливались в огромную армию бродяг, скитавшихся по стране без средств к существованию. Те из них, кому удавалось найти работу на мануфактурах или крупных фермах, попадали в условия безжалостной эксплуатации. Рабочий день в централизованной мануфактуре продолжался 14-16 часов и более. Произвол хозяина был неограничен. Заработной платы не хватало даже на хлеб, поэтому широкое распространение получило нищенство. На мануфактурах применялся детский труд. «Несчастные дети в возрасте шести или семи лет должны были работать двенадцать часов в день, шесть дней в неделю в страшном шуме ткацких фабрик или под землей в темных как ночь угольных шахтах». «Голодные женщины даже «продавали» своих детей на шахты и фабрики, ибо сами не в силах были найти себе работу. Тысячи и тысячи безработных, бездомных людей стояли перед дилеммой: «украсть или умереть»». Результатом социальных бедствий был рост преступности. «Банды грабителей наводили ужас на города. Правящая каста, страшась неуправляемых толп мужчин и женщин, обрушилась на них всей силой варварских уголовных законов».
Английские уголовные законы того времени отличались необычайной жестокостью. Смертная казнь предусматривалась за 150 видов преступлений — от убийства до кражи из кармана носового платка. Разрешалось вешать детей, достигших семилетнего возраста.
Чтобы разгрузить тюрьмы, власти отправляли каторжников в Северную Америку. Плантаторы охотно оплачивали доставку даровой рабочей силы: от 10 до 25 ф. ст. за человека, в зависимости от его квалификации. В период между 1717 и 1776 гг. примерно 30 тыс. заключенных из Англии и Шотландии и 10 тыс. из Ирландии были высланы в американские колонии.
Когда же американские колонии добились независимости, британское правительство попыталось посылать заключенных в свои владения в Западной Африке. Последствия оказались катастрофическими. Губительный климат приводил к колоссальной смертности среди ссыльных. В 1775—1776 гг. в Западную Африку было выслано 746 заключенных. Из них 334 человека умерли, 271 человек погибли при попытке к бегству, об остальных министерство внутренних дел сведений не имело. Английскому правительству пришлось отказаться от использования западноафриканских колоний как места ссылки.
Прошло немало лет, прежде чем правительству Англии пришла мысль отправлять заключенных в Австралию. Ботаник Дж. Бенке, участник экспедиции Дж. Кука, в 1779 г. выступил перед специальным комитетом палаты общин, созданным для изучения вопроса о создании заокеанских поселений для заключенных британских тюрем.
Как свидетельствует протокольная запись, «Джозеф Бенке, когда его спросили, в каком отдаленном месте земного шара можно создать колонию для каторжников, откуда бы был затруднен побег и где плодородная почва дала бы им возможность существовать после первого года, в течение которого родина будет оказывать им небольшую помощь... информировал комитет, что, по его мнению, наиболее подходящим местом
