Мартима Афонсу де Суза, моего советника, главным капитаном флота, который я направляю в страну Бразилию, а также всех земель, которые указанный Мартим Афонсу сможет обнаружить и открыть в этой стране. Я повелеваю капитанам указанного флота, грандам, дворянам, оруженосцам, солдатам, лоцманам, корабельным мастерам, морякам, всем другим, кто отправится с флотом, окажется или останется на землях, которые он откроет, признавать указанного Мартима Афонсу де Суза главным капитаном флота и земель и всегда подчиняться всем его приказам и выполнять их точно так же, как в случае, если бы они отдавались нами: под страхом телесных наказаний и материальных взысканий для тех, кто не будет выполнять его распоряжений. В дополнение к этому я передаю ему все полномочия криминальной и гражданской юрисдикции, распространяющейся на всех лиц указанного флота и па всех тех, кто живет, посещает или поселится на упомянутых землях или кто окажется там по какой-либо другой причине; и он будет решать юридические дела, вынося приговоры, включая смертные приговоры, если он будет считать таковые уместными и соответствующими законам и моим повелениям… Я даю указанному Мартиму Афонсу де Суза полномочия устанавливать соответствующие знаки, символы моей власти, в землях завоеванных и исследуемых и во всех тех, которые он сможет найти и открыть… Для исполнения порученной ему миссии он наделен всеми полномочиями, которые должны обеспечить успешное ее выполнение… По мере надобности он может пользоваться ими, в подтверждение чего я даю Мартиму Афонсу это письмо, подписанное мною и скрепленное печатью, поставленной в городе Красту Верди в двадцатый день ноября года одна тысяча пятьсот тридцатого от рождения господа нашего Иисуса Христа. Пусть также будет известно, что в случае, если указанный Мартим Афонсу должен будет покинуть открытые им земли, то он может избрать наиболее подходящего, по его мнению, человека для управления упомянутыми землями. Он может передать этому человеку все или часть вышеуказанных полномочий. Я повелеваю, чтобы этому человеку подчинялись точно так же, как указанному Мартиму Афонсу…»{41}

Мартим Афонсу де Суза

На него возлагалось решение грандиозной задачи: положить конец вторжениям французов, закрепить власть Португалии в Новом Свете, создать условия для прочного заселения Земли Святого Креста. В его 30 лет ему предоставлялись безграничные полномочия. Лишь совершившие преступление гранды для окончательного приговора и исполнения наказания должны были быть отправлены в Лиссабон. Но это согласовалось с традицией и юридической практикой королевства. В Португалии, феодальном сословном государстве, дворяне занимали привилегированное положение, а высшая знать — гранды — самое привилегированное. Король не делал исключения для Земли Святого Креста. Это не вызвало возражений у Мартима Афонсу, который сам принадлежал к высшему сословию и воспринимал его привилегии как нечто вполне закономерное. В остальном он становился полным хозяином и повелителем новой страны, всех живущих на ней людей.

3 декабря 1530 г. Лиссабон провожал еще одну экспедицию. В сердцах людей, стоявших по берегам Тежу, смешивались чувство гордости и печали: они провожали конкистадоров, прославлявших родину; они провожали также тех, кто уплывал навсегда. Паруса наполнились ветром. Корабли накренились, ускорили ход. В открытом море они повернули, взяв курс на Землю Святого Креста. Туда вместе с моряками и солдатами плыли 400 колонистов. Они везли с собой скот, семена (в частности, сахарного тростника), нескольких черных невольников.

Через 30 дней эскадра бросила якорь у Итамараки (Пернамбуку). В конце апреля 1531 г. она пришла на новую стоянку: в бухту Рио-де-Жанейро, которую индейцы называли Гуанабара. Здесь построили форт, мастерские по ремонту и строительству кораблей. 20 января 1532 г. были уже в бухте Сан-Висенти. «Всем нам это место показалось столь хорошим, что капитан Мартам де Суза решил основать здесь поселение, и он пожаловал всем людям землю для ее возделывания. Он приказал основать город на острове Сан-Висенти и другой — на берегу, на расстоянии девяти лиг вверх по течению реки Пиратининга. Он распределил людей соответственно для двух городов и назначил должностных лиц и офицеров. Все происходило в полном порядке и в соответствии с законом, что понравилась людям. И действительно, люди, оставшиеся в основанных поселениях, жили в законе и порядке, могли вступать в брак и жить в соответствии со своими обычаями, владеть своей землей, могли исправлять случавшиеся несправедливости и наслаждаться зажиточной и оседлой жизнью»{42}. Такую запись 22 января сделал Перу Лопис де Суза — брат Мартима Афонсу, главный лоцман экспедиции и ее летописец. Его «Дневник плавания» — один из ценнейших источников бразильской истории эпохи колонизации.

С той же целью — закрепления на Земле Святого Креста — были установлены контакты с мирными индейскими племенами. Этому способствовали жившие среди них португальцы, неизвестными судьбами заброшенные за океан. Среди них в хрониках упоминаются имена Карамуру (у Баии), Антониу Родригеша, а также Жоау Ромальу (у Сан-Висенти){43}. Мартам Афонсу правильно оценил возможность использования таких людей в качестве проводников португальского влияния среди индейцев. Он не стал интересоваться их прошлым. Они оказали ему множество услуг, без которых новые колонисты попали бы в чрезвычайно затруднительное положение{44}.

В глубь страны отправились три экспедиции для разведки новых земель и поисков золота. Первая из них (1531 г.), пройдя 115 лиг и пробыв в пути 60 дней, достигла территории современного штата Минас Жераис. «…65 лиг они шли по большим горам и 50 лиг по обширным долинам; они встретились с великим королем, владетелем всех тех мест, который принял их с большим почетом и сопровождал их обратно до резиденции капитана; он принес капитану много хрусталя и сообщил, что на реке Парагвай имеется много золота и серебра. Капитан оказал ему радушный прием и наградил большим числом подарков…»{45}, — записал Перу Лопис.

Золотой мираж манил португальцев. О золоте им рассказывали индейцы, моряки с потерпевшего крушение испанского судна. Все, что можно, истолковывалось как признак, говорящий о залежах драгоценного металла. На поиски золота была снаряжена новая экспедиция. Командовал ею Перу Лобу. Если в первой участвовало всего четыре португальца, несколько носильщиков и проводников-индейцев, то теперь — 80 человек. Вступив в тропический лес 1 сентября 1531 г., Лобу и его люди исчезли бесследно.

Третья экспедиция направилась к Ла Плате. Но вернулась, столкнувшись с испанцами, которые не пропустили ее дальше. Дело, правда, обошлось без кровопролития: встреча произошла там, где предполагалось прохождение «папского меридиана». Иначе обстояло дело, когда португальцы встречали французов. Их не щадили. Морские и сухопутные силы капитан-мора преследовали их непрерывно, разрушали их торговые фактории, сжигали корабли, убивали, реже брали в плен.

Среди всех мер,