Профессор Меррик.

Его лицо представляло собой маску из засохшей крови и изрезанной кожи. Нос отсутствовал, посреди лица зияли две скелетные дыры. От запаха мочи и кала Зака затошнило. Очевидно, он просидел так несколько дней, если не дольше. Рядом с ним лежали бутылки с водой, одни пустые, другие полные. Чтобы поддерживать в нем жизнь до тех пор, пока его не найдут.

Святые угодники.

Наверху послышались шаги и голоса. Прибыла кавалерия. Когда Зак повернулся, чтобы сообщить их местонахождение, то заметил на стене слова, написанные, похоже, кровью профессора: Bellum finivit. Зак знал всего несколько латинских слов, но это он смог разобрать.

Война окончена.

Зак обратился к офицерам наверху, сообщив им, что место происшествия безопасно и нужно вызвать скорую. Профессору требовалась немедленная медицинская помощь.

— Коуп, — сказал один из офицеров, проходя мимо. — Мы нашли Рейган Хатчисон, прикованную цепями в одном из пустующих домов на Виктор-стрит. Она жива, только обезвожена и голодна. Сейчас ее транспортируют. С ней все в порядке.

ГЛАВА 45

Зак не сводил глаз с двери, и когда она начала открываться, сердце его подпрыгнуло. Он встал вместе с мистером и миссис Дэвис и их адвокатом. Джози вошла первой, ее адвокат — следом. Зак попытался посмотреть ей в глаза, но она опустила взгляд. Он попытался прочесть выражение ее лица, но что бы она ни чувствовала, девушка держала это в тайне. Его сердце сжалось от боли. Ему хотелось протянуть к ней руку, прикоснуться к ней. За два дня до этого он отвез Джози в больницу, где она сломалась у постели Рейган, обе женщины смеялись, плакали и обнимали друг друга, пока не пришел врач Рейган и не сказал, что ей нужно отдохнуть. Зак был захвачен вихрем событий, связанных с исчезновением Чарльза Хартсмана, преступлением против профессора и всем остальным, что обрушилось на них подобно урагану.

Он звонил Джози несколько раз, когда выходил на воздух, но трубку брала ее подруга Рэйн. Она шепотом заверяла его, что с Джози все в порядке, просто она много спит. Рэйн временно жила в ее доме и рассказала ему, что слышала, как Джози вышагивала по комнате в предрассветные часы.

Это знание почти сломило Зака. На него нахлынули воспоминания о том времени, когда он стоял на страже у ее больничной палаты и сквозь щели в жалюзи окна, выходящего в коридор, видел, как она вышагивает поздно вечером. Когда он наблюдал за ее движениями, его осенило, почему ей так необходимо вставать и двигаться после месяцев, проведенных в цепях и кандалах, и это понимание вызвало в нем душевную боль. Тогда в палату вошла медсестра и с руганью уложила ее обратно в постель. «Пусть бедная девушка двигается», — подумал он тогда. — «Дайте ей эту маленькую милость». Его так и тянуло войти в эту комнату, предложить ей... хоть какое-то утешение. Хоть что-то. Но это было не его дело, он был всего лишь охранником.

Но сейчас... сейчас он так отчаянно хотел быть рядом с ней, быть тем, к кому она обратится в те полуночные часы, когда все боли становятся еще глубже. Позволить ей двигаться, если ей это необходимо. Черт побери, идти вместе с ней, если это поможет. Но он был погребен под последствиями дела. И знал, что она эмоционально готовится встретить сына дома.

Зак был благодарен ей за то, что Джози хотела видеть его здесь. Ее адвокат позвонил ему тем утром и сказал, что она попросила Дэвисов встретиться с ней. Он знал, что она хочет договориться о том, чтобы Рид жил с ней. И, несмотря на внутреннюю борьбу, не мог ее винить. Джози потеряла все, боролась за свою жизнь не раз и не два, и, ради всего святого, она заслуживала счастья. Семью. Кого-то, кого можно любить.

Нет, Зак не винил ее. Он любил ее.

Джози села в кресло, сложив руки на коленях. Она была бледна и дрожала, и ему потребовались все силы, чтобы не встать и не подойти к ней.

Она подняла глаза на Эмери Дэвиса.

— Вы уже рассказали ему? Об усыновлении?

На ее щеках появился румянец, и она покачала головой.

— Нет, я... мы, — она взглянула на мужа, — собирались, но потом узнали, что произошло между вами и его биологическим отцом. — На ее глаза навернулись слезы. — Мне так жаль, Джози. Мы так молились за ваше исцеление. — Она сглотнула и сделала паузу. — Надеюсь, вы понимаете искренность нашей заботы. — Женщина снова прочистила горло, словно едва сдерживая рыдания. — Это немного сместило наше внимание, но мы это сделаем. Мы скажем ему сегодня вечером.

Джози опустила глаза, ее ресницы темными полумесяцами легли на щеки.

— Нет, — выдохнула она, а затем взяла себя в руки. Она посмотрела на своего адвоката, казалось, не в силах произнести больше ни слова.

Адвокат повернулся к Дэвисам и достал из портфеля папку. Открыв ее, он извлек пачку бумаг, скрепленных на углу.

— Мисс Стрэттон подготовила документы об отказе от всех родительских прав.

У Зака похолодела кровь. Джози сидела, выпрямившись, с отсутствующим выражением лица.

— Что? — Миссис Дэвис ахнула, поднеся руку ко рту. — Почему?

— Мисс Стрэттон решила, что в интересах Рида, чтобы он продолжал воспитываться у вас. Она уже подписала бумаги. И просит только, чтобы вы ежегодно присылали ей по указанному адресу фотографии и краткие сведения.

Миссис Дэвис разрыдалась, ее муж прильнул к ней, обнял за плечи, явно пытаясь сохранить самообладание.

— Да, — всхлипнула она. — Да, конечно. Конечно.

Дэвисы встали, и миссис Дэвис сделала несколько шагов к тому месту, где сидела Джози, наклонилась и обняла ее.

— Спасибо. О, спасибо вам. Мы так любим его. Спасибо вам.

Джози оставалась неподвижной, ее позвоночник напрягся, когда она позволила женщине обнять себя, но не ответила на объятия. Когда миссис Дэвис отступила назад, Джози слабо улыбнулась и кивнула.

— Спасибо, — прошептала она в ответ.

— И последнее, — сказал адвокат Джози. — Вы, конечно, как его родители, определите подходящее время, чтобы рассказать ему об усыновлении. Если это когда-нибудь понадобится, в досье содержатся медицинские документы мисс Стрэттон и копия медицинских документов биологического отца, предоставленная городом Цинциннати. Там же находится письмо, написанное мисс Стрэттон вашему сыну, которое он сможет прочитать в подходящее время, когда вы решите. — Он обеспокоенно взглянул на Джози. — На этом наша встреча завершена.

Джози встала, слегка пошатываясь. Адвокат взял ее за