— Будут. Как же без разноцветных огоньков. Без огоньков нас Дед Мороз не отыщет, — лукаво улыбается дочке Матвей.

— А звезда на макушку? Ой! У нас в сумке тоже есть игрушки, только немного. Мы собирались раздобыть елку. Не знаю где, наверно в лесу срубить. Противозаконно. — выдает дочь.

Откуда Майя про лес взяла? Оле бы и в голову не пришло, срубить где-то елку, она за ней в райцентр собиралась. У Майи свое видение.

— Ну, теперь нам рубить ничего не нужно, мы с тобой вполне законно заказали ель в магазине. Звезда на макушке, непременно будет, завтра найдем на полках в кладовке звезду. — спокойно отвечает ребенку Матвей,

Надо сказать, если он перед ней и терялся вначале, то теперь, явно уверенней себя чувствует. Оля побаивалась, что неопытный Матвей, попытается с ребенком, что называется — сюсюкать. Майя к такому обращению непривычная, уж точно не поняла бы, зачем с ней так странно папа общается. К счастью этого не произошло: никаких сюсюканий со стороны Матвея не последовало.

Он посмотрел на часы, потом на Олю, следом на дочку.

— Май, у меня предложение. Подошло время ужина, я предлагаю устроить пикник. В маминой спальне. Пойдем с тобой провиант добывать, а маму отправим наверх, дожидаться нас с провиантом.

— Оль ты не против?

— Мамочка точно не против! Мы с ней любим устраивать пикники! В спальне правда никогда не устраивали. Добудем для мамы рыбную котлету и компот! — отодвинув коробку с елочными игрушками, воодушевленная идеей Майя, вскочила с ковра.

Ну как с ними спорить? Пришлось согласиться.

Матвей вместе с подпрыгивающей в предвкушении дочкой, отправились на кухню. За добычей. Оля поднялась наверх. По пути, завернула в гардеробную: достала из сумки дочкину пижаму и зубную щетку, занесла в отведенную Майе комнату, положила на кресло. После, прошла в свою спальню, не удержалась, прилегла на постель, накрылась пледом.... И не заметила, как заснула.

Слышала сквозь сон тихий голос Матвея: Майечка, пусть мама спит, идем в кабинет деда, там стулья с высокими спинками, мы с тобой возьмем покрывало, из стульев соорудим домик и в нем поужинаем.

— Хорошо. После ужина чем займемся? — теперь голосок доченьки слышится.

— Мультфильмы посмотрим. Или почитаем.

— Ладно. Посмотрим мультики.

Щелкнул выключатель, Оля разлепила глаза. Доченька и Матвей с подносом в руках, чём-то наполненным доверху, крадучись выходят из спальни. Матвей остановился в дверях, повернулся лицом к Оле и прошептал:

— Спи моя хорошая. Спи спокойно, я уложу дочку.

И Оля снова уснула. Спокойным сном. И снилось ей что-то хорошее. Проснулась от долетевшего из коридора дочкиного голоса:

— Спокойной ночи папочка! Не скажем маме, что смотрели мультики до десяти часов, чтобы она не расстраивалась.

— Нет малыш, мы не станем обманывать маму. И больше не будем так долго смотреть мультики. Договорились? Спокойной ночи. — ответил ребенку Матвей.

Хлопнула соседняя дверь. Доченька спать отправилась.

Спустя минуту, тихонько открылась дверь спальни. И что-то громко зашипело.

— Кеша! За кого ты меня принимаешь? Я только одеяло поправить, неужели ты думаешь, что я такой урод, что могу сейчас к Оле в постель залезть, когда она плохо себя чувствует? У нас с ней впереди достаточно ночей. — возмущенный шепот Матвея.

Кот благосклонно мяукнул. Наверное разрешил одеяло поправить.

Строгий нам котик достался, у такого не забалуешься. Улыбнувшись, подумала сонная Оля.

А снег за окном, все валил и валил...

Глава 6

Сна ни в одном глазу. Давно перевалило за полночь, а Матвей все бродил по дому. Спускался вниз, подходил к окнам, смотрел сквозь стекло на заснеженный сад, на едва обозначенные за снежной пеленой очертания соснового бора, снова поднимался на второй этаж.

Каждый раз, как только он подходил к дверям Олиной спальни, откуда не возьмись возникал кот Кешка и принимался угрожающе шипеть. Матвей отгонял кота, заглядывал в комнату, убеждался, что Оля мирно спит и одеяло не сбросила, прикрывал дверь, переходил к соседней двери, теперь её осторожно приоткрывал, и так же, внутрь заглядывал.

Сквозь отверстия в виде маленьких звездочек, свет ночника разрисовал потолок и стены, превратил их в звездное небо.

Дочка спит безмятежно, руки сложила под щечку. Его доченька. Сколько всего упущено: первые шаги, первое слово, первый осознанный Новый год. Жаль. Искренне жаль, но уже ничего не изменишь. Остается не оглядываться назад, радоваться настоящему и планировать будущее. Важно дать Майе хорошее образование. Нет, не хорошее — лучшее.

Матвей принялся мысленно перебирать в голове, возможные варианты учебных заведений.... И одернул себя. Дочка еще в первый класс не пошла, а он уже вузы подбирает. Проблемы нужно решать по мере поступления, на данный момент первоочередная задача, устроить для ребенка незабываемый новогодний праздник. И не менее важная задача — вылечить Олин бронхит. Переутомления и нервных потрясений, у нее больше не случится. Однозначно. Он не допустит.

Без четверти три, Матвей загнал себя в постель. Завел будильник на восемь утра, еще какое-то время поворочался, и наконец погрузился в сон.

Поспать до восьми не удалось, ровно в семь: настойчиво возвопил смартфон.

Подскочивший с постели Матвей, в первый момент не на шутку перепугался, увидев номер деда на экране: дед не имел привычки беспокоить во время отпуска в такую рань, раз звонит, значит что-то случилось.

Лишь бы не со здоровьем, и не с братом Стасом какие — нибудь неприятности. — мелькнула тревожная мысль.

— Дедуль, привет! У тебя... — приняв вызов, заговорил хрипловатым спросонья голосом,

Дед перебил на полуслове:

— Матвей! Ты что ж творишь? Я думал порядочного человека вырастил, а ты? Не ожидал от тебя такого, в жизни бы не подумал, что мой внук может так поступить!

Обалдевший от ледяного тона и непонятных претензий Матвей, откинул одеяло, выбрался из постели. И осторожно поинтересовался у замолчавшего деда:

— А нельзя поточнее, что именно, ты от меня не ожидал?

— Поточнее? — возмущенно переспрашивает дед, — могу поточнее. Матвей, ты ко мне обратился с просьбой: изобразить Деда Мороза для... Правнучки. Я не задавая лишних вопросов — согласился. Сам подумал: видимо встретил мой внук женщину с ребенком, и молчал, опасался негативной реакции. Зря опасался, ребенок — не помеха. Примем как родных: и женщину и девчушку! — дед перевел дыхание, — поздно вечером, мне позвонил Глеб Георгиевич. Поздравил с наступающим и сообщил, что доченька Матвея — ну просто его копия. Раз на папу похожа — счастливая будет. Примета такая.

Копия...Меня как громом поразило! Дошло до мня — это