— Привет, соня, — пробормотал Кэм.

Я позволила своим векам дрогнуть и мечтательно посмотрела в его глаза. Я была зажата между реальностью и фантазией. Насколько это было реально?

— Что ты рисуешь у меня на спине? — сонно спросила я.

Отвечая, он остановился.

— Всё, что я когда-либо хотел тебе сказать.

Искренность в его глазах напугала меня, и не потому, что я боялась его. Я не была уверена, что моё сердце выдержало бы удар, если бы причиной его слов было наше послекоитальное блаженство.

Я откатилась в сторону, но недалеко. Наши соединённые запястья не позволили бы этого.

— Почему ты убегаешь? — спросил Кэмерон.

— Ты знаешь почему?

Наше прошлое было сложным даже больше, чем фактор Эдди.

Он вздохнул.

— Долгое время я был уверен, что Эдди влюблён в тебя.

У меня отвисла челюсть. Это было последнее, что я ожидала от него услышать.

— Ни за что. Мы просто друзья.

— Я этого не знал. Единственный человек, о котором он когда-либо говорил, была ты. Я подумал, может быть, он тебе ещё не сказал.

Мы с Эдди изучили эту возможность. Но после одного очень странного и неудачного поцелуя на первом курсе средней школы мы поняли, что больше всего похожи на брата и сестру.

— Это не остановило тебя...

Я замолчала, вспомнив одну конкретную ночь, которую мы провели вместе.

— Я был безумно влюблён в тебя так долго, — начал он.

— Ни за что, — вмешалась я, хихикая, и игриво шлёпнула его.

— Да, именно так. В выпускном классе я предостерегал всех парней держаться от тебя подальше.

Сколько потрясающих моментов у меня было бы в этом разговоре?

— Ты. Предостерегал. Нет.

Меня переполняло удивление, но это объясняло, почему я провела год в качестве социального изгоя.

— Эдди продолжал говорить мне, что причина не во мне, — рассеянно сказала я.

— Он знал. Он помог мне.

Я села так, словно обладала способностями к левитации.

— Я убью его, — сказала я, уже думая о множестве способов, которыми мне это могло бы сойти с рук.

Он усмехнулся, и я, прищурившись, посмотрела на него.

— Поверженный убийца. Как ты объяснишь ему, что узнала?

Это лишь немного охладило меня. Это было не похоже на то, что я могла вернуться назад и что-то изменить.

— Теперь понятно, почему на следующий год парни начали приглашать меня на свидания.

Выражение его лица потемнело.

— Не рассказывай мне об этом. Я знаю, где живут некоторые из этих маленьких ублюдков.

Я не должна была быть озадаченной, но я была.

— Откуда ты это знаешь?

Выражение его лица было достаточным ответом.

— Вы с Эдди говорили о том, с кем я встречалась?

К тому времени нам с Эдди было одинаково хорошо находиться во френдзоне. Но он был моим лучшим другом, и некоторые вещи, о которых мы говорили, были секретами, которые мы должны были унести с собой в могилу.

— Возможно, я подтолкнул разговор к тому, что ты задумала. Он всегда казался таким раздражённым из-за парней, которые тебя интересовали. Вот почему я думал, что он влюблён в тебя.

Я поджала губы, как будто отхлебнула чего-то кислого.

— Это отвратительно. Я имею в виду, что люблю его, но не в этом смысле. Он тоже нет и никогда не полюбит.

— Да, я понял это слишком поздно, — сказал Кэм.

— Как? — переспросила я, по-настоящему заинтересованная.

Он вздохнул.

— Мы поговорили как мужчина с мужчиной в выпускной вечер. Он сказал, что он... — Кэм махнул левой рукой.

— Собирается трахнуть Хиллари. — В то время так звали давнюю подружку Эдди.

— Да, её. Я спросил его о тебе, и он одарил меня тем взглядом, будто проглотил что-то плохое, как ты только что посмотрела, и я понял.

Я вспомнила ту ночь и то, как мой кавалер повёл себя как придурок. Он флиртовал там с каждой девушкой, как будто меня не существовало. Дело в том, что Джонни был флиртующим, и я это знала. Но какая девушка не хотела бы почувствовать себя особенной в выпускной вечер?

— Значит, ты решил соблазнить меня? — спросила я, скрывая смех от выражения его лица. Меня не нужно было соблазнять.

— Если я правильно помню, ты зашла. И теперь, когда я знаю, что ты знала, что Эдди собирался переспать с Хиллари, твоё оправдание о том, что ты хотела дождаться его возвращения домой, было ложью.

— И да, и нет, — призналась я. — Я знала, что ты там, и мне нужно было с кем-то поговорить.

Это не было похоже на то, что мы не разговаривали. Мы говорили. На протяжении многих лет он давал мне советы по любому поводу, начиная с учителей и заканчивая мальчиками, от которых он меня предостерегал. Мы не были незнакомцами, просто друзьями, недоступными друг для друга.

— Ты сожалеешь об этом? — тихо спросил Кэм.

Я встретила его нерешительный взгляд, как будто он затаил дыхание, ожидая моего ответа.

— Нет.

Это было дико и совершенно незапланированно. Выражение его лица было бесценным, когда он понял, что я была девственницей.

— Я должен был…

Я подняла руку.

— Ты извинялся миллион раз, и я простила тебя.

— Просто я бы поступил по-другому.

Я покачала головой.

— Так было лучше. У меня действительно было не так много времени, чтобы подумать о том, чем всё кончиться. — Я слегка хихикнула. — Кончиться, — повторила я.

Та ночь навсегда запечатлелась в моей памяти. Его руки и рот были повсюду, когда он вернулся из колледжа только на выходные. Он заставил меня кончить так сильно только от этого, что я была в другом месте, когда он погрузился глубоко в мои шелковистые глубины.

— После этого ты стала сама на себя не похожа, — сказал он, удерживая мой взгляд с такой искренностью, что я решила признать правду.

— Я не хотела играть по твоим правилам.

Прежде чем он успел разбить мне сердце, я предупредила его и записала это «событие» как одноразовое. Он был шокирован, и я тоже. Хотя он звонил, я проигнорировала его.

— Так было лучше, — сказала я.

Я защищала своё сердце. Он был призван и собирался бросить колледж, чтобы играть в НФЛ. Как бы он меня представил? Как его школьная подружка? Конечно, мне исполнилось восемнадцать до того, как он это сделал.

— Так ли это было? Я звонил тебе бесчисленное количество раз, но ты избегала меня. Ты перестала приходить, когда я был дома.

Я никак не могла сказать ему, что безумно влюбилась в него после той ночи. Он был